Дмитрий Симоненко
Управляя кризисом: Как выращивать успешные компании

Моим родителям посвящается

© Симоненко Д., текст, 2021

© BOOKWINGS, издание, оформление, 2021

Благодарность

Я хочу выразить огромную благодарность моей жене Татьяне. Эта книга, как и колоссальное перерождение моих взглядов на жизнь, были бы невозможны без нее. Вера этой женщины в меня позволяет мне превосходить себя, справляться с любыми бедами и избавляться от любых страхов, которые встают на пути. Спасибо тебе, моя муза!

Предисловие от издателей

Чтобы достичь успеха, перестаньте гнаться за деньгами, гонитесь за мечтой

ТОНИШЕЙ,

основатель компании Zappos

Чем мечтатель отличается от бизнесмена? Первый способен придумать гениальную идею, которая перевернет мир, второй – знает, кому и как ее выгодно продать. Когда эти двое работают в связке, шансы на успех возрастают. А если обе «ипостаси» заключаются в одном человеке, он набирает в команду таких же гениев-мечтателей-бизнесменов до мозга костей. И тогда рождается не просто компания, а явление на рынке, казавшееся чем-то невозможным. Например, частное производство гироскопов для военного и космического сектора. Или IT-стартап, который покупает американская корпорация, и тот становится «единорогом» с капитализацией 1,6 млрд долларов!

Опыт Дмитрия доказывает, что можно вырулить из самой безнадежной ситуации. Что команда мечты – не просто фигура речи, а реальные люди, которые могут работать на вас уже завтра. Что продать бизнес, созданный в России, – не область фантастики, а следствие грамотных решений.

В книге автор разбирает более 20 бизнес-кейсов. Рассказывает, как запустить и масштабировать бизнес, привлечь инвестиции, распознать в идее коммерческий потенциал, нанять в команду «звездных» сотрудников, «упаковать» и выпустить продукт на рынок, справиться с внешними и внутренними кризисами, и многое другое.

Сейчас, когда мировая экономика переживает период «турбулентности», нам всем нужна точка опоры. Если вы начинающий или уже опытный предприниматель, эта книга поможет трезво посмотреть на свою компанию, вовремя сделать важные шаги. Или НЕ сделать (сэкономив десять лет и несколько миллионов долларов!)

Полезного вам чтения!

ЛАНА БАСАРГИНА и МУСЛИМ ЧЕЧЕНОВ,

сооснователи продюсерского агентства бизнес-бестселлеров и издательства BOOKWINGS

Введение

Как я стал миллионером, но не сразу…

СЕРЕДИНА МАЯ 2000 ГОДА, ГОЛУБОЕ НЕБО, ЯРКОЕ СОЛНЦЕ И НЕВЕРОЯТНАЯ ВЕСНА ВОКРУГ.

Воздух, прозрачный и чистый, как кристалл, кружит голову. Я вдыхаю его полной грудью, постепенно привыкая к новому ощущению: я – чертов гений! Я только что продал свой первый бизнес, компанию Plesk, за 40 миллионов долларов – совсем неплохо для стартапа из Новосибирска, которому едва исполнилось 8 месяцев. Правда, осталось утрясти ряд мелких формальностей, но по всем ключевым вопросам мы уже договорились. Двадцать я получу сразу кэшем, еще двадцать – акциями, через несколько месяцев, когда покупатель – крупный американский хостинг-провайдер Rackspace выйдет на IPO. Сегодня парни из Сан-Антонио закончили due diIligence компании, и я, как водится, позвал их отметить это дело. Ну и мой день рождения заодно.

Подумать только – еще год назад я был обыкновенным эмигрантом из России, которых в США пруд пруди, и работал «на дядю», пусть и на достаточно высокооплачиваемой работе в телеком-компании. А сегодня мне исполняется тридцать, и я мультимиллионер, причем благодаря бизнесу, сделанному в России! Вот что значит удачно угадать с бизнес-идеей – мы занялись программным обеспечением для автоматизации веб-хостинга ровно в тот момент, когда о сайтах и хостинге задумались все. И это – только начало! Рынок «доткомов» прет как сумасшедший. Кстати, надо глянуть, какие там прогнозы, сколько сегодня прибавил NASDAQ? Хотя это может подождать и до завтра. А сегодня можно расслабиться и насладиться моментом. Жизнь – прекрасна и надо ценить каждое ее мгновение!

«Не будем торопиться», – подумал я. Еще не зная, насколько я чертовски прав…

Все дороги ведут…

Моя жизнь – наглядная иллюстрация того, какая маленькая у нас планета. Я окончил физико-математическую школу в Новосибирске, служил во внутренних войсках в Забайкалье, учился в Киеве, а затем изучал computer science в США. В Штаты я уехал вслед за своей первой большой любовью и в итоге вернулся в Россию, чтобы построить свой первый бизнес.

В США, после университета, я работал в консалтинговой компании ComSearch, которая занималась проектированием сотовых систем связи для клиентов по всему миру. В тот год, когда я оканчивал университет, Федеральная комиссия по коммуникациям США выдала три новые лицензии для сотовых операторов по всей территории страны. Потребность в инженерах, которые разбираются в радиосетях, была колоссальной. Моя карьера шла в гору, я зарабатывал все больше и больше и, казалось, вот-вот осуществлю американскую мечту.

И вот, в 1997 году случилась командировка, которая изменила всю мою жизнь. Мне предложили съездить в Москву, чтобы поработать на компанию Qualcomm – она подписала контракт с «МТУ-информ» на строительство сети, которая называлась «Сонет» (потом – Skylink).

Дела в Москве двигались очень хорошо, и за 3 месяца мы подготовили весь дизайн – моя работа подходила к концу, но я вдруг понял, что не хочу уезжать. Калифорния, с ее вечной жарой, и Америка в целом, с ее зашоренностью, зарегулированностью и рамками во всем – от мысли о возвращении туда становилось тошно. С другой стороны, в России на тот момент был настоящий wild wild West, а если точнее – East! Только вместо золота – идеи и предприниматели. Воздух был буквально пронизан опьянением свободы, граничащим с передозом от долгого воздержания. Это лето изменило меня навсегда…

Череда идей

Я давно уже задумывался о том, чтобы перестать работать «на дядю», но решился на это именно в России. Первая идея была простой и банальной – Интернет начинал взлетать, всем были нужны веб-сайты. Я решил делать их в России дешево, а продавать в Америке дорого. Помочь в этом должен был найденный мною партнер в Новосибирске – молодой парень, дизайнер Алексей Кандиков.

Первый вопрос, который перед нами возник: а кому, собственно, эти сайты продавать? Нужно было найти дешевый метод добраться до людей, которым нужны веб-разработка и дизайн. Я рассудил, что, скорее всего, эти люди окажутся среди тех, кто только что зарегистрировал новый домен. Теперь, когда у них есть имя, им нужно разработать свой сайт – это же логично. Нужно только посмотреть, как работает система регистрации и можно ли как-то вытащить ее клиентскую базу.

Стал разбираться, как регистрируются домены, и наткнулся буквально на Клондайк. Выяснилось, что единственный оператор, который этим занимался в США, компания InterNIC, берет за это $140. Причем половина этой суммы – это стоимость самой регистрации, которую надо заплатить регулятору, а вторую половину – по сути, клиент платит лишь за то, чтобы домену дали адрес сервера, который он даже не обязан использовать. При желании это можно сделать и самостоятельно – было бы желание чуть-чуть разобраться в нюансах. Но большинству разбираться было лень, так что они продолжали платить двойную цену – своеобразный налог на лохов.

За пару недель мы с партнером сделали сайт domainforfree.com. Суть была простая: ты приходишь, платишь лишь 70 баксов (вместо 140), которые идут регулятору, и регистрируешь свой домен. А дальше написанный нами скрипт автоматически прописывает все настройки совершенно бесплатно. Как вы понимаете – все данные клиента проходили через нас, и он туг же получал предложение по разработке сайта. Стоит ли говорить, что трафик на этом веб-сайте стал зашкаливать буквально через несколько недель. Мы поставили пару рекламных баннеров – и только на них стали зарабатывать $10 тыс. в месяц. Попутно мы сделали два неожиданных открытия.

Первое, неприятное, – оказалось, что услуги по дизайну веб-сайтов, на которые мы рассчитывали, оказались никому не нужны. Мы опередили время-тогда, на заре Интернета, важность качественного дизайна большинству людей была совсем не очевидна. Этот факт полностью уничтожал саму идею нашего бизнеса!

Но было и второе открытие – почти все, кто регистрировал домен, задавали один и тот же вопрос: «А хостинг у вас есть?» И мы подумали: «И в самом деле, что нам мешает?»

Сервер-то у нас был, причем совершенно недозагруженный, стало быть, была и возможность разместить на нем дополнительные сайты. Мы сделали форму, привязали оплату кредитной картой и… захлебнулись. Прекратили прием заказов меньше, чем за 24 часа, потому что физически не успевали обрабатывать поступающие запросы. Так как все делалось вручную администратором в Новосибирске, который по совместительству был студентом второго курса института, шансов на качественное обслуживание было просто ноль.

Я понял, что так нельзя, надо как-то автоматизировать этот процесс, чтобы не делать все вручную. В идеале – какой-нибудь простой и наглядный интерфейс для пользователей, чтобы они сами могли управлять своим хостингом, особо не вникая в технические детали. Я сел писать техническое задание, и туг меня осенило! Такой интерфейс нужен не только нам, он же нужен абсолютно всем хостинговым компаниям! Получилась виртуальная панель управления сервером через браузер. Сейчас-то такое решение кажется самоочевидным, но по тем временам это была мегапрорывная идея. Так и появился Plesk.

Конечно, как и любая хорошая идея, она пришла в голову не только мне. Параллельно возникло еще 2 компании, которые начали предлагать аналогичный софт: Sphera из Израиля и Ensim из Калифорнии. При этом денег у них было на порядок больше – если в Plesk удалось вложить около $1 млн, то израильская компания привлекла $15 млн инвестиций, а американская – $100 млн.

Самое смешное, что спустя несколько лет мы купили обе эти компании.

Зачем покупают бизнес?

Первую копию Plesk мы продали в декабре 1999 года, под самый занавес девяностых годов. И сразу стало понятно, что этот бизнес – настоящая машина по производству денег. На разработчиков в Новосибирске Plesk тратил $40 тыс. в месяц, при этом уже через полгода ежемесячная выручка компании превышала $100 тыс. В то же время акции доткомов росли как на дрожжах – индекс NASDAQ Composite всего за год вырос вдвое. Так что я не сильно удивился, когда в один прекрасный день мне позвонили из компании Rackspace и вежливо поинтересовались, не думал ли я о том, чтобы продать компанию. Я не думал, но все же спросил, сколько они предлагают.

И вот туг я удивился. Сорок миллионов – это было реально круто. Не только потому, что мне предложили такую кучу денег за проект, которому не было еще и года. Главным было чувство признания – я сделал что-то такое, что реально нужно людям, что-то, во что верят!

И все же почему люди в Rackspace были готовы заплатить такую сумму за программное обеспечение, а не сделали его сами? Что, у них инженеров не было? Конечно, все у них было, но… Во-первых, цена компании – это вопрос качества продукта и размера рынка. Наш продукт точно попал в потребности аудитории, а рынок показывал абсолютно взрывной рост. Во-вторых, продукт был нужен именно в это время и именно им. Они выходили на IPO, и наш продукт идеально вписывался в их стратегию развития. Показав дополнительный доход от нашего продукта (что внутри их инфраструктуры было равно десяткам миллионов), Rackspace получал мультипликатор 30 дополнительно на эту сумму к своей оценке на рынке. В-третьих, у них были деньги, так как по договору они платили после IPO, когда уже заработали в 10 раз больше на нашем продукте, чем заплатили нам. Так что проще и выгоднее было нас купить, чем создавать что-то свое. Но это в теории.

На практике все вышло немного по-другому…

Крах доткомов, но не надежд

Перед сделкой американцы решили съездить в Россию и посмотреть на нас и наш бизнес, провести due diligence. Сделали в лучшем виде – один в один как в фильме «Особенности национальной охоты». Полный комплект: застолья, откуда бедолаг-американцев буквально выносили на руках, бани сдлинноногими красавицами, даже стрельба по банкам из табельного оружия знакомого полковника милиции. Разве что медведя с балалайкой не было, но впечатлений гостям и так хватило на всю жизнь.

Поездка была, по сути, развлекательной – все решения приняты, предварительные документы подписаны, американцы счастливы. А дальше…

А дальше все опять произошло как в кино. Пока мы, пьяные и счастливые, путешествовали по Сибири и я примерял корону нового Билла Гейтса, котировки американских технологических компаний ухнули. К октябрю индекс упал на 70 %, общие потери составили умопомрачительные 5 триллионов долларов. Словом, когда мы вернулись в Штаты, слово «дотком» уже было синонимом понятия «нелепая фантазия, отдаленно напоминающая бизнес-идею». Крах был настолько эпичным, что инвесторы перестали шарахаться от интернет-компаний только года через три-четыре. Так что мне быстро стало не до мечт о миллионах – туг в трубу бы не вылететь.

А шансы на это были высоки как никогда. Я же – чертов гений. Я же лучше всех знаю, что нужно рынку. Пока шли переговоры с американцами, я еще успел вложить все свободные средства в запуск нового продукта – Plesk Enterprise Manager, который управлял уже не одним сервером для хостинга, а целой фермой мощных компьютеров. Этот новый продукт съедал ровно в 10 раз больше средств и времени, чем основной. Мы увеличили штат программистов в шесть раз – на нас работали уже 120 человек. Мало того, в результате особо острого приступа гениальности я еще умудрился оформить предоплату в $300 тыс., которую внесли Rackspace, как займ. И тоже пустил ее в дело. А чего мелочиться?

В общем, когда сделка сорвалась, я остался не просто с нулем, а с кучей долгов, в том числе и перед вчерашними покупателями. Ситуация резко изменилась. Если первый наш продукт приносил деньги, второй – их съедал. Сразу закрыть Plesk Enterprise Manager у меня не хватило духа. Именно это могло предотвратить острую необходимость поиска новых ресурсов. Буквально за несколько дней из гениального стартапера я превратился в предпринимателя, который теряет деньги. Выкрутиться из этой ситуации мне помог новый партнер Сергей Белоусов, но это – уже другая история.

Забегая вперед, скажу, что на конец 2019 года Plesk был продан в четвертый раз за 1,6 млрд долларов. Продукт за 20 лет не изменил своей сути и на сегодняшний день занимает невероятные 98 % мирового рынка!

Уроки…

Успех – странная и неожиданная штука. Нельзя сказать, что я ставил перед собой четкие цели и год за годом их добивался. Я старался следовать зову своего сердца. На каждом повороте судьбы я множество раз слышал, какой я ненормальный. По-другому просто нельзя объяснить логику многих решений. Я мало задумывался о рисках и возможных проблемах, просто делал то, что чувствовал. Каждый раз, когда я не предавал себя, удача следовала за мной. И каждый раз, когда я шел против внутренних убеждений, руководствуясь понятиями, страхом, жадностью, ленью, беда была уже не за горами.

Не бывает негативного и позитивного опыта, любой опыт – ценность. Нужно учиться и через победы, и через поражения. Победа может парализовать мозг точно так же, как поражение. Это все – часть одной и той же цепочки жизни, которая не делит мир на плохое и хорошее. Все, что мы знаем и видим, есть творение Создателя, имеющее свои смысл и предназначение.

История с Rackspace дала мне огромный опыт. Если бы эта сделка произошла, я бы точно решил, что я – абсолютный гений. Я уже был близок к этому состоянию, и $40 млн на счету замуровали бы меня бы в нем. Этот урок очень хорошо вправил мне мозги – он точно стоил тех денег, которые я за него «не получил». Я не был морально готов ни к столь быстрому взлету, ни к такому стремительному падению. Пройдя его, я больше никогда не терял голову при виде любых денег, обещаний и надежд.

Тот факт, что рынки рухнули и сделка не произошла, запустил вереницу захватывающих, порой невероятных событий, которые позволили мне научиться падать и подниматься. Однако, самое важное – пришло почти наркотическое состояние радости от того, что ты создал то, что изменило качество жизни людей! Это невероятное чувство, настолько всеобъемлющее и вдохновляющее, что именно оно стало основой моего мировосприятия. Деньги с тех пор я воспринимал лишь как следствие, одно из проявлений того, что мне удалось создать ценность.

Часть 1
Выйти из зоны комфорта

Глава 1
Зачем и для кого я пишу эту книгу?

С чего все началось

ГОД НАЗАД Я РЕШИЛ ОТОЙТИ ОТ ОПЕРАТИВНОГО УПРАВЛЕНИЯ ВСЕМИ СВОИМИ КОМПАНИЯМИ.

У меня по-прежнему сохраняются доли в разных проектах, я так же принимаю участие в заседаниях советов директоров, разрабатываю для них стратегии и пишу бизнес-планы. Но непосредственно в оперативном управлении я уже не участвую – для этого есть специально нанятые под эту задачу компетентные люди. Нельзя сказать, что я принял это решение, потому что я устал заниматься бизнесом. Как раз наоборот, сил и желания у меня стало только больше. Проблема заключалась совсем в другом – по мере того, как проекты становились все более зрелыми, пространства для творчества оставалось все меньше. Зато все больше времени уходило на рутину, важную, ответственную, но, увы, не дающую такого драйва, чувства новизны и, самое главное, – ощущения, что я развиваюсь.

Я стал искать для себя очередной проект, в который мог бы погрузиться. И туг у меня началась ломка. Я не мог выбрать что-то одно. Мне ничего не нравилось.

Я долго не мог понять, в чем дело. Но в конце концов осознал корень проблемы – я просто перерос уровень стартапера. Я прекрасно знаю, как запускать новые бизнесы, но делать это самому мне стало неинтересно. В этом процессе для меня слишком многое стало привычным, обыденным. И, погружаясь в работу над одним проектом, я не только не избегу отнимающей время рутины, я при этом автоматически потеряю возможность заняться каким-нибудь другим. Это и рождало чувство неудовлетворенности, которое не отпускало меня все это время.

Стало очевидно, что я должен отойти от оперативного управления существующими бизнесами и заняться тем, что мне действительно нравится и что у меня получается лучше всего – разработкой стратегий и бизнес-планов по созданию и трансформации бизнесов. Направлять перспективные стартапы и помогать уже подросшим бизнесам превращаться в крупные корпорации.

За 20 лет активной бизнес-карьеры я создавал, выращивал, покупал, продавал, терял, возрождал с десяток компаний из совершенно разных областей. Это были компании, создающие программное обеспечение, компании, производящие уникальные точные приборы для ракет, космических аппаратов, нефтедобывающей промышленности и транспорта, компании, производящие роботов, торговые компании, компании, производящие напитки и продукты питания…

Мои компании вели бизнес на всех континентах и в совершенно разных юрисдикциях. Мы имели дело с государственными органами разных стран, получая разрешения на экспорт товаров двойного назначения – что порой приравнивалось к оружию. Мы получали субсидии от правительств разных стран на десятки миллионов долларов. Команды этих компаний порой составляли более 25 национальностей.

Были в моей практике выяснение отношений с ФСБ и ФБР, корпоративные разборки акционеров и работников с арбитражами от Лондона до Тель-Авива…

Эта книга – для людей бизнеса, которые уже многого достигли, но хотят большего. Я чувствую и знаю боли этих людей. Свежий взгляд зачастую позволяет найти нестандартные решения, которые люди, находясь внутри ситуации, не могут увидеть. Я пишу эту книгу в надежде, что мой опыт позволит им избежать очевидных ошибок и даст вдохновение и силы создать что-то великое, что изменит жизни людей к лучшему!

Чему не научат в бизнес-школах

БИЗНЕСУ НЕ УЧАТ В УНИВЕРСИТЕТАХ.

Даже те люди, что получают МВА, обычно идут работать в банки или инвесткомпании, чтобы донимать потом настоящих бизнесменов своими представлениями о том, как работает бизнес и как его надо правильно оценивать. Настоящие предприниматели если и получают МВА, то уже после того, как что-то создали, когда понимают, что им не хватает конкретных управленческих навыков или фундаментальных знаний для того, чтобы двигаться дальше.

Быть предпринимателем дано не каждому – в среднем по миру доля людей, занимающихся бизнесом, составляет примерно 8 %. Это занятие требует, в первую очередь, определенного склада характера, а также личных качеств, которые могут быть даны от природы, сформироваться под воздействием жизненного опыта или в результате целенаправленной работы над собой.

Но одних талантов недостаточно для того, чтобы стать успешным предпринимателем. Двигаясь на ощупь, в поисках верных решений бизнесмену предстоит сделать немало дорогостоящих ошибок, прежде чем он приобретет опыт, и еще больше – пока он его не осмыслит, не обобщит и не превратит в знание.

Такой предприниматель, то есть тот, кто опирается на эмпирическое знание, подобен народному целителю – он точно знает, какое средство работает в том или ином случае, но не понимает конкретного механизма его действия и потому не может успешно экстраполировать свой опыт на более крупные или общие задачи. Он может расти только методом проб и ошибок, которые с ростом масштабов бизнеса становятся слишком дорогостоящими. Проблема бизнес-школ – обратного свойства. Они как раз дают знание, но чаще всего оно носит слишком общий характер, чтобы вы могли приложить его к конкретной ситуации, не обладая достаточным практическим опытом. Продолжая медицинскую аналогию, школы выпускают студентов, которые знают, как делать операции на сердце, но только в теории. Поэтому пройдут еще годы практики, прежде чем им можно будет доверить лечить простой аппендицит.

Таким образом, и тому и другому, прежде чем стать настоящим врачом, придется проделать долгий и трудный путь. И далеко не всем удается пройти его до конца.

Но существует способ его существенно сократить – найти опытного наставника. Это человек, который, с одной стороны, обладает глубоким знанием теории, а с другой – умеет ее применять, соотнося ее с конкретным случаем из практики. Поэтому он может стать ключом к качественной трансформации, как для первых, так и для вторых:

– «эмпирику» помогут его знания – он может показать ему общую картину и помочь определить верное направление движения;

– «теоретику» пригодится его опыт – конкретные советы и подсказки, что делать в определенной ситуации.

Этим наставником может быть партнер, инвестор, консультант, член совета директоров и т. д. Дальше мы поговорим о всей палитре возможностей. Что касается конкретно меня, то в списке бизнесов, трансформацией которых я занимался как основатель, инвестор или наставник-консультант, есть проекты обеих разновидностей.

Очень часто для того, чтобы добиться качественного прорыва, предпринимателю требуется не столько глубокая экспертиза в его предметной области, сколько опытный взгляд со стороны. Какие-то элементы решения просто невозможно увидеть «изнутри» бизнеса, каким бы знающим и опытным не был его основатель. Зато снаружи оно часто видится как лежащее на поверхности – конечно, если знать, куда смотреть. Это как фокус: пока вы не знаете секрета, вы видите магию и волшебство, но стоит дать подсказку- и вы удивитесь: это же очевидно, как вы раньше этого не заметили?

Вот лишь несколько примеров из практики, иллюстрирующих распространенные барьеры на пути к трансформации бизнеса, которые сразу видны со стороны, но неочевидны для самого предпринимателя:

Одна из самых частых проблем – непонимание, в чем именно состоит конкурентное преимущество. Например, один из моих клиентов считал, что оно – в солидном бренде, эксклюзивным поставщиком которого в России он является. Все остальные торгуют бюджетными аналогами из Китая, а у него – «настоящее немецкое качество». Однако, несмотря на растущий рынок, его продажи заметно отставали. Начал разбираться – оказалось, что рынок на бренд не смотрит вообще. Главное, что интересует покупателя, – компетентность продавца и доступность продукции. С первым у основателя все было хорошо, в отличие от второго. И стоило ему договориться о лицензировании производства в России и снизить цену продукции, как через некоторое время он вышел в лидеры.

Другая распространенная ситуация – непонимание рынка, на котором вы находитесь. Как ни странно, но предпринимательский опыт туг ни при чем – можно годами заниматься бизнесом в данной сфере и делать это относительно успешно, но не понимать его. Так, другой мой клиент вложил колоссальные деньги, чтобы выйти на европейский рынок. Конкуренция там высокая, но его продукция не уступает по качеству, при этом заметно дешевле. Однако результаты оказались далеки от ожидаемых, несмотря на активную кампанию по продвижению. А все потому, что рынок, на который он стремился попасть, во-первых, очень консервативный, и покупатель ориентируется именно на бренд, а не на стоимость, а во-вторых, имеет ограниченную емкость. Зато в Азии и на Ближнем Востоке, на которые я посоветовал ему обратить внимание, его продукция вызвала фурор – сочетание широкого ассортимента и привлекательной цены позволили ему в кратчайшие сроки получить приличную долю рынка.

Третий популярный ограничитель роста – попытка тащить все на себе. Уникальные компетенции основателя бизнеса часто становятся его проклятием – он не может никому ничего делегировать. До поры его способностей хватает, чтобы поддерживать текущий уровень активности, но добиться качественного рывка таким образом невозможно – просто нет времени и сил, чтобы заняться стратегическими задачами. Особенно часто к заблуждениям такого рода склонны люди с «техническим» складом ума и соответствующим образованием. Для них привычно смотреть на бизнес как на механизм – детерминированную систему, требующую точных решений. Именно поэтому многие стартапы так и остаются на стадии «многообещающих», не трансформируясь в многомиллиардные корпорации, хотя имеют для этого все возможности.

Единственный способ для предпринимателя преодолеть это ограничение – научиться управлять не процессами, а людьми. Это железное правило – предприниматель и управленец растет за счет команды! И если он не избавится от установки «хочешь, чтобы что-то было сделано хорошо, – сделай это сам», не начнет доверять людям и отпускать вожжи – он никогда не создаст большой бизнес.

Зачем нужна эта книга?

ЧТО ОБЪЕДИНЯЕТ ЭТИ ПРИМЕРЫ?

Эти ошибки не только очень распространены, но и весьма коварны, поскольку проявляются не сразу и самостоятельно их заметить непросто, особенно начинающим. Именно для этого им бывает необходима помощь, чтобы вовремя выяснить, что идет не так.

Таких кейсов в моей практике много. И главное, что их объединяет, – для того чтобы увидеть выход из тупика, их владельцам нужно было посмотреть на свой бизнес со стороны. Первых успехов можно добиться, опираясь на интуицию, прошлый опыт или удачное стечение обстоятельств. Но потенциал этих факторов рано или поздно исчерпывается – когда компания вырастает до определенного размера, дальнейшее развитие требует уже качественных изменений, причем как в бизнес-модели, так и в самих предпринимателях и управленцах. Для этого нужны более фундаментальные знания и навыки. Нужен опыт и связи другого порядка. Ни того, ни другого обычно не хватает.

Средний бизнес в России обычно завязан на основателя, и большинство из предпринимателей оказываются не готовы к тому, что выросшая компания нуждается в новых методах управления, возможно – в новых людях, и точно – в новых подходах. Наступает тяжелая ломка.

С одной стороны, предприниматели, развиваясь вместе со своим бизнесом, приобретают компетенции и опыт. Но без целенаправленной работы по их осознанию и обобщению, с какого-то момента их дальнейшее развитие оказывается невозможным. С другой стороны, у любого существующего бизнеса есть конкурентное преимущество – если его нет, то и бизнеса быть не может. Это преимущество всегда существует в определенной точке времени и пространства, говоря по-простому – важно оказаться в правильном месте в правильное время. Осознать это преимущество – 50 % успеха. Научиться им пользоваться – вторые 50 %.

Теорема Гёделя о неполноте гласит, что невозможно описать систему, оставаясь в рамках этой системы. Вне зависимости от ума, знаний и опыта человек всегда будет оценивать себя субъективно, даже если ему кажется, что он объективен и оперирует исключительно фактами. Поэтому для осмысления собственных компетенций и опыта, равно как и для осознания конкурентных преимуществ своего бизнеса, ему нужна помощь внешнего эксперта. Важно понимать, что все ответы лежат внутри самого человека. Но для того чтобы добраться до истины, нужно задать ему правильные вопросы и получить честные ответы.

Для кого эта книга?

ОСНОВНОЙ АУДИТОРИЕЙ, С КОТОРОЙ Я РАБОТАЮ 1/1 КОТОРОЙ ЭТА КНИГА АДРЕСОВАНА В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ, ЯВЛЯЮТСЯ СОБСТВЕННИКИ БИЗНЕСА.

А также те представители топ-менеджмента, чье вознаграждение напрямую связано с финансовыми показателями их компаний. Иными словами, она – для бенефициаров, для тех, кого интересует предпринимательская сторона дела.

Наибольшую пользу из нее извлекут представители среднего бизнеса. Те, кто уже обладает опытом и знаниями, собрал команду, выстроил процессы и добился первых значимых успехов. Но, подобно героям рассказанных выше историй, столкнулся с замедлением роста. Или чувствует, что мог бы добиться большего, но словно упирается в невидимую стену, несмотря на огромное желание работать и прикладываемые усилия, результат оказывается ниже ожиданий. Именно им в первую очередь пригодится мой опыт трансформации и преодоления кризисов, с которыми неизбежно сталкивается компания, проходя через этапы своего жизненного цикла.

Впрочем, остальным бенефициарам она тоже может пригодиться. Конечно, у акционеров и СЕО крупного бизнеса способов решения стратегических задач и преодоления кризисных ситуаций гораздо больше-от усиления совета директоров опытными руководителями до найма дорогостоящих консалтинговых агентств. Но у меня нет задачи заменить их опыт и компетенции – данная книга может помочь им взглянуть на проблему в целом, самостоятельно осознать какие-то риски и найти возможности. И тем самым сделать взаимодействие с консультантами и советниками более продуктивным.

С другой стороны, стартаперам также может пригодиться изложенный мною на страницах этой книги опыт запуска новых компаний в разных отраслях и странах. Надеюсь, она поможет им избежать ошибок, которые в свое время сделал я, и пройти через испытания легче и быстрее.

Наконец, ее будет полезно прочесть всем, кто только задумывается над тем, чтобы начать свой бизнес.

Так почему же ко мне стоит прислушаться?

ПОТОМУ ЧТО Я БУДУ ГОВОРИТЬ ТОЛЬКО ТО, ЧТО ПРОЖИЛ САМ.

А мой опыт разнообразен и интересен. Он достаточно нетипичен для предпринимателя из России. На моем счету – создание многих международных компаний и бесчисленное количество консультаций бизнесов, которые добились успеха.

Я создал компанию-единорога. Мой самый первый бизнес, компания Plesk, – это система для управления серверами, софтверная компания в чистом виде. Этот продукт, который я придумал, занимает 98 % своего рынка. Компания недавно было перепродана в четвертый раз – за $1,6 млрд. Конечно, с момента создания в ней многое поменялось и не раз – собственники, управленческая команда, но сама бизнес-идея, бизнес-модель оставалась ровно такой же, как я задумал 20 лет назад.

Другая компания, к опыту создания и развития которой я буду обращаться на страницах этой книги, – Innalabs. Она делает высокоточные приборы – гироскопы. Они используются в системах навигации, которые стоят в самолетах, военных и космических ракетах, на спутниках, находятся на буровых установках, в танках и подводных лодках. Мы сумели превратить инженерную идею, находящуюся в зачаточном состоянии, в международный бизнес, среди клиентов которого – Boeing, Airbus, NASA, ESA, SpaceX и бесчисленное количество производителей военной техники.

Я забрал из крупных корпораций самых крутых людей: собрал инженерную команду из представителей 10 стран – французов, англичан, русских, украинцев, поляков, испанцев, латышей, немцев… Обеспечил финансирование проекта, капиталоемкость которого намного превысила самые смелые прогнозы. И в итоге организовал сложнейшее производство высокоточных приборов в Ирландии – на нейтральной территории, чтобы обойти ограничения на экспорт продукции двойного назначения. В результате эта страна заняла седьмое место в списке производителей навигационного оборудования – там, где ее до этого не было вообще. Сегодня компания успешно продает свои изделия военным по всему миру, в том числе геополитическим противникам, – что тоже является не самой простой задачей. Если посмотреть внимательно на мировой рынок, то таких частных компаний практически не существует – все аналогичные производства создавались и финансировались государствами. Как это получилось у меня – я до сих пор до конца не понимаю. Видимо, дело в том, что я просто не знал, что частному бизнесу не положено заниматься такими вещами. Ignorance is a bliss, как говорят американцы – «незнание есть благословение». И этот факт сам по себе содержит глубокий урок, которым я хочу поделиться с вами.

Создание такого капиталоемкого бизнеса не могло не сопровождаться акционерными конфликтами и вниманием со стороны различных государств. Я проходил арбитражные суды в Лондоне, визиты в «подвалы Лубянки» и аналогичные места в ФБР.

В то же время мне довелось создать в России нишевого дистрибьютора радиоуправляемых моделей hobbycenter.ru. Я писал для них бизнес-план, финансировал и запускал проект. Уже почти 20 лет эта компания – номер один на рынке радиоуправляемых моделей. Конечно, между космическими спутниками и радиоуправляемыми моделями лежит пропасть, но это тоже интересный и ценный опыт.

Это лишь несколько типичных представителей разных бизнесов, которых в моей жизни было множество. С каждым из них я проходил все стадии становления и развития. Продумывал идеи и разрабатывал бизнес-планы, привлекал финансирование от частных инвесторов и от фондов – американских, европейских, российских. Собирал команды, создавал производства, выводил новые продукты на новые рынки, покупал и продавал доли в компаниях, в разных странах, в разных отраслях.

Я всегда был СЕО своих компаний, был управляющим партнером. И вот пришел к пониманию, что не хочу за пускать очередной бизнес для себя, не хочу управлять – все это перестало быть мне интересным. Меня устраивает роль инвестора и члена совета директоров компаний. Я занимаюсь созданием их стратегии и участвую в изменениях. Бизнес – это живой организм, постоянно требующий каких-то коррекций. По сути, я выбрал роль ментора для владельцев бизнеса и управленцев бизнесом.

Я не считаю, что мой опыт – самый полный, или что мой путь – самый правильный. Вряд ли такой вообще существует – мир бесконечен в своем разнообразии, и у каждого в нем своя неповторимая дорога. Я привожу его лишь затем, чтобы вы могли соотнести его со своим собственным, и, надеюсь, увидеть в нем что-то новое. Избавиться от сомнений, осознать что-то важное. Именно поэтому я буду рассказывать только о том, что лично испытал и сделал, и по мере сил буду воздерживаться от какой-либо назидательности.

Для чего мне это нужно? Мне интересно. Я обожаю учиться, и каждый раз, знакомясь с новым для себя бизнесом, незнакомым рынком, нетипичной ситуацией, я испытываю неподдельное удовольствие, когда ищу решения для возникающих задач. Я не просто приумножаю свои знания и опыт – на большой выборке я делаю это быстрее и эффективнее, чем если бы я занимался очередным своим проектом.

А еще есть такой важный фактор, как патриотизм. Я верю в Россию и наших людей. Мне важно, чтобы здесь, вокруг меня, рядом со мной появлялись сильные люди, сильные компании. Чтобы талантливая молодежь не разбегались по миру в поискахлучшей доли, а работала и добивалась успеха дома. Я верю, что будет день, когда к нам потянутся караваны не только иностранных разнорабочих, но и высококвалифицированных специалистов. Я прожил 18 лет за границей, даже имел американское гражданство, от которого в итоге отказался, но никогда не считал себя эмигрантом. Там я учился и работал, но не прекращал думать над тем, как мне делать то же самое, но дома. Мне кажется, что я наконец нашел этот способ.

Глава 2
Принципы

Я ЗАНИМАЮСЬ БИЗНЕСОМ НА ПРОТЯЖЕНИИ УЖЕ ТРЕТЬЕГО ДЕСЯТКА ЛЕТ. КОМПАНИИ, КОТОРЫЕ Я ЗАПУСКАЛ, РАБОТАЮТ НА ТРЕХ КОНТИНЕНТАХ И НА САМЫХ РАЗНЫХ РЫНКАХ-ОТ ПИТЬЕВОЙ ВОДЫ И РАДИОУПРАВЛЯЕМЫХ ИГРУШЕК ДО РОБОТОВ И КОСМИЧЕСКИХ РАКЕТ. И ЕСЛИ ВЫ МЕНЯ СПРОСИТЕ, КАКОЙ САМЫЙ ГЛАВНЫЙ УРОК ИЛИ ВЫВОДЯ ИЗВЛЕК ИЗ ЭТОГО ОПЫТА, ТО, ПОЖАЛУЙ, НАЗОВУ ОДИН. МОЖЕТ, ОН И НЕ САМЫЙ ГЛАВНЫЙ С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ БИЗНЕСА И НЕ ПРЕТЕНДУЕТ НА УНИВЕРСАЛЬНУЮ ИСТИНУ. НО ОН ДОСТАТОЧНО ВАЖЕН ДЛЯ ТОП ЧТОБЫ ПОСВЯТИТЬ ЕМУ ЭТУ КНИГУ.

Кризисы неизбежны

ЛЮБОЕ РАЗВИТИЕ, ЛЮБОЕ ПОСТУПАТЕЛЬНОЕ ДВИЖЕНИЕ ВПЕРЕД НЕИЗБЕЖНО ВЕДЕТ К НАКОПЛЕНИЮ ПРОТИВОРЕЧИЙ.

Выбор одного направления в подавляющем большинстве случаев означает отказ от другого. Вложив ресурсы – деньги, время, интеллект, волю, творческие силы в какое-нибудь дело или продукт, вы уже не сможете использовать их для чего-то другого. Во всяком случае, параллельно. Кроме того, результат ваших усилий может оказаться не совсем таким, каким вы ожидали. Это бизнес – тут нет гарантий успеха и окончательных побед, есть только вечная борьба. Поэтому сомнения в правильности принятых решений и последствия неизбежных ошибок всегда будут присутствовать в вашем сознании. И время от времени проявлять себя в виде мучительных кризисов переоценки себя, своих ценностей и призвания.

Вторая болезненная истина для предпринимателя – не все зависит от вас. С одной стороны, предприниматель тем и отличается, скажем, от наемного менеджера, что он сам творит свою судьбу. Только он несет ответственность за свой бизнес, лишь от него зависит, сумеет ли он воспользоваться благоприятными возможностями и справиться с неблагоприятными. Но с другой – никакой талант, сила воли, знания или опыт, словом, никакие личные качества и компетенции не в силах отменить объективную реальность. Ситуация на рынке может поменяться быстро и непредсказуемо – особенно в наше время. Современный мир становится все динамичнее – технологические, социальные, демографические, политические, культурные тренды сменяют друг друга со все возрастающей скоростью. Идеи, подходы, приемы, которые вчера выводили вас в лидеры, сегодня могут оказаться фатальными. Продукт, который приносил вашей компании основную прибыль, внезапно может оказаться никому не нужен. И альтернативы, как водится, нужно было продумывать еще вчера. Иными словами, время от времени вы будете испытывать кризис идей – как в виде необходимости отказаться от старого, так и необходимости рискнуть и попробовать что-то новое.

Третье – никакое серьезное дело не может быть сделано в одиночку. Успешный предприниматель – это в первую очередь успешный руководитель. Лидер, за которым идут. И не потому, что он платит хорошую зарплату сотрудникам или обещает высокие дивиденды партнерам. Это, конечно, важно и нужно, но это не главное, особенно на старте. Чтобы добиться успеха, вам нужны в первую очередь соратники – люди, которые разделяют ваше видение, ваши ценности и принципы. Словом, необходима прочная система близких социальных связей с людьми, которые будут готовы делиться с вами своими ресурсами вне контекста банальной сделки. И если ценность этих ресурсов можно измерить деньгами, то сами такие связи построить за деньги нельзя, точно так же, как нельзя купить любовь или дружбу. Увы, большинство людей не привыкли задумываться об этом, не говоря уже о том, чтобы сознательно строить вокруг себя окружение, которое способствовало бы их росту. Но даже те, кто активно работает над этой задачей, могут столкнуться с ситуацией, когда силы их нетворка не хватает для того, чтобы сделать следующий шаг. Иными словами – с кризисом окружения.

Кризис кадров – еще один неизбежный вызов для предпринимателя. Дело даже не в том, что чем более амбициозную задачу вы перед собой ставите, тем выше требования к людям, которые будут заниматься ее реализацией. Эта мысль кажется логичной или даже банальной, но в реальности все намного жестче и бескомпромисснее. Вы можете добиться успеха только в том случае, если вы будете набирать в свою команду лучших из лучших. Команда «середнячков» не покажет даже среднего результата. А выдающихся результатов добиваются только команды с выдающимися людьми. Поэтому задача находить, убеждать и, самое главное, удерживать лучших людей никогда не будет для вас как предпринимателя второстепенной. И, увы, время от времени в ее реализации будут случаться сбои и неудачи.

Финансовые кризисы я оставил напоследок, но лишь потому, что проблема нехватки денег – это первое и наиболее очевидное препятствие, с которым сталкивается предприниматель. Любой бизнес в конечном счете начинают ради денег. И он должен зарабатывать деньги, чтобы жить и развиваться. И соответственно, рано или поздно каждый сталкивается с тем, что, для того чтобы сделать следующий шаг или хотя бы удержаться на достигнутом уровне, нужно больше денег, чем он создает в моменте.

Что с этим делать?

ПОДВЕДЕМ НЕБОЛЬШОЙ ИТОГ.

Итак, кризисы неизбежны – поскольку являются неотъемлемой частью процессов развития. Вам в любом случае придется столкнуться в том или ином виде с: кризисом лидера – переоценкой себя, своих целей, ценностей, способностей и компетенций;

кризисом рынков – внезапными и сильными изменениями рыночной конъюнктуры, экономической ситуации и прочих факторов непреодолимой силы;

кризисом идей – необходимостью отказываться от старых идей, поиска и принятия новых;

кризисом людей – проблемой недостаточной силы вашего нетворка или команды;

кризисом финансов – нехваткой ресурсов для развития.

Возникает законный вопрос: что с этим знанием делать?

В популярной литературе можно прочесть, что в китайском языке слово «кризис» записывается иероглифами «угроза» и «возможность». Так вот – это выдумки, во всяком случае, ни один знакомый китаец об этом никогда ничего не слышал. Но мысль бесспорно, красивая и, что более важно, верная по сути. Кризис действительно создает угрозу – если система не сумеет его преодолеть, она разрушится. С другой стороны, преодоление кризиса, то есть разрешение системного противоречия, позволит высвободить ресурс, который до сих пор был им заблокирован, и тем самым даст дополнительный импульс к ее развитию.

Этот эффект станет еще более выраженным, если мы говорим о кризисе, который происходит не внутри отдельной компании, но в отрасли или даже в экономике в целом. В этом случае те, кто его успешно преодолел, не только высвободят внутренние резервы, но и получат приток ресурсов извне – в результате распада тех, кто с кризисом не справился. Поэтому для экономики в целом они тоже полезны, хоть в моменте могут восприниматься очень болезненно.

Разумеется, все это верно лишь в том случае, если вы попали в число тех, кто справился. Соответственно, возникает вопрос: если избежать кризиса нельзя, можно ли как-то повысить свои шансы на его успешное преодоление?

Мой ответ: да, можно.

Но важно понимать – к кризису нельзя быть полностью подготовленным, иначе это не кризис, а плановая задача. Вся его суть – это внезапное и резкое обострение ситуации, которое ставит систему на грань жизни и смерти. Но с другой стороны, в мире много людей, чья профессия как раз заключается в том, чтобы противостоять развитию подобных сценариев, – спецназ, пожарные, реаниматологи, спасатели. Как это получается у них?

Ответ вы, конечно, знаете – путем постоянных тренировок. Если они не заняты делом, они заняты подготовкой к делу. Иначе не бывает.

Бизнес так не может, конечно. Не может быть никакого развития, если весь ваш ресурс уходит или на борьбу с угрозами, или на подготовку к этой борьбе. Но позаимствовать определенные подходы из арсенала оперативных служб все-таки возможно.

Во-первых, важно знать, что такие угрозы есть и, более того, они определенно реализуются в какой-то момент времени.

Во-вторых, знание процессов, которые приводят к накоплению противоречий и возникновению угроз, может помочь «разрядить» их заранее. А точнее, не дожидаясь, когда ситуация дойдет до стадии полномасштабного кризиса, сработать на опережение и создать «микрокризис». Такой подход поможет решить сразу две задачи. Как минимум вы снимите остроту противоречий и либо оттянете момент его наступления или сделаете его менее острым и болезненным. Кроме того, вы получите опыт, то есть, по сути, проведете тренировку. Так что, если (а точнее-когда) события вдруг начнут разворачиваться не проектным образом, вы уже будете знать, что делать.

Собственно, моя книга посвящена именно этому – какие кризисы вас ожидают и как их правильно «разряжать», чтобы не доводить дело до постановки экзистенциальных вопросов.

Точка опоры предпринимателя

ЛЕГКО СКАЗАТЬ, КОНЕЧНО, – «РАЗРЯДИТЬ КРИЗИС ЗАРАНЕЕ».

Или, как это принято говорить в популярной литературе по саморазвитию, «выйти из зоны комфорта». Сделать – это намного труднее. И дело вовсе не в том, что большинство людей слишком ленивы или слишком любят комфорт. Такие не попадают в предприниматели в принципе.

Сложность заключается в совсем другом. Кризис – это не просто проблема или неудобство. Это переоценка, переосмысление каких-то фундаментальных основ. Тех самых, на которых стоите вы и ваше дело. И сделать это так же трудно, как вытащить самого себя из болота за волосы. Была бы какая-то опора – другое дело. Как некогда справедливо указывал Архимед, когда она есть, не только себя – можно весь земной шар поднять. Вопрос в том, где ее найти.

Итак, мы приходим к самому главному – в чем заключается точка опоры для предпринимателя, которая позволила бы ему проводить переоценку и переосмысление пройденного, давала видение будущего и силы рискнуть, шагнуть в новое, неизвестное?

Вряд ли тут существуют какие-то универсальные ответы. Думаю, каждый сам решает, на что ему опереться. Но мой опыт предпринимателя привел меня к определенному набору принципов и подходов, которые никогда не менялись, вне зависимости от того, где, когда и в каких обстоятельствах я оказывался. Как вы увидите из дальнейшего повествования, ситуации бывали самые разные, в том числе, и весьма драматичные. Мне приходилось сталкиваться и с бандитами и со спецслужбами, и с законами, регулирующими экспорт продукции двойного назначения, и с законами физики и химии, не говоря уже о самых разнообразных рисках – от банкротства до недружественного поглощения. Переоценивать и переосмысливать приходилось многое – и себя, и людей. Но какие-то вещи оставались всегда неизменными. Именно опора на них помогала мне преодолевать все вызовы и сюрпризы, которые преподносила судьба. Поэтому, не претендуя, конечно, на их исключительность или универсальность, я хотел бы поделиться ими с вами на страницах этой книги. Не исключено, что они принесут пользу и вам.

Итак, принципы.

То, ЧТО ВЫ делаете, ДОЛЖНО нести ЛЮДЯМ пользу. Это один из важнейших принципов. Жизнь людей должна становиться лучше, удобнее, интереснее, словом, вы должны давать им ценность.

Самая дорогая ценность – время, поскольку его невозможно вернуть или компенсировать. Поэтому, если ваш продукт или услуга позволяет им его экономить, – это отлично. Конечно, вы не в силах помешать им тратить эти драгоценные минуты жизни на какую-нибудь ерунду, но это уже их ответственность, не ваша. Главное – вы дали ценность. Например, я в свое время создал Plesk – платформу для веб-хостинга. На нее ежедневно смотрят миллионы миллионов глаз, а компания, владеющая ею сегодня, оценивается более чем в 1,6 млрд долларов – в первую очередь потому, что она позволяет сделать очень быстро то, на что раньше уходила уйма времени и сил. Может, это и не такой уж большой вклад в масштабе всего человечества, но тем не менее ощущение того, что я причастен к тому, что жизнь людей стала чуточку проще и легче и у них появилось больше времени на другие мечты и планы, очень воодушевляет.

Конечно, в этом есть и, скажем так, рациональный интерес. Я же не просто оказываю благодеяние – я продаю продукты и услуги, за которые мне платят деньги. Но принципиально важно, чтобы в данном случае происходил обмен ценности на ценность, в результате которой каждый оказывался бы в выигрыше.

Именно поэтому мне никогда не приходило в голову заниматься алкоголем или сигаретами. Да, на этом можно хорошо заработать, но потребитель по большому счету оказывается в минусе – он тратит не только деньги, но и рискует своим здоровьем, социальным статусом, отношениями. При этом я не хочу сказать, что те, кто занимается этим бизнесом, – плохие люди, или что я лучше них. У каждого своя функция и своя миссия. Не было бы спроса – не было бы и предложения.

С другой стороны, верно и обратное – если бы никто не продавал, не было бы и спроса. Но, как пишут в мудрых книгах, слаб человек и зело исполнен неведения. Слабости и пороки заключены в самой нашей природе, и, пока они существуют, всегда будут те, кто строит на этом бизнес. Но одно точно – это буду не я.

Это принцип. У каждого есть миссия на земле, и лучшее, что я могу сделать, – это помогать людям продвигаться к ней. Либо напрямую – через продукты и услуги, либо косвенно – облегчая и улучшая их жизнь, тем самым помогая им направить дополнительный ресурс на то, что для них важно.

Это бывает непросто. Например, один из самых моих серьезных внутренних кризисов случился, когда продукцию компании Innalabs стали покупать военные. Высокоточные гироскопы, которые я создал для целей навигации, стали применять в ракетах-то есть для убийства людей. Наверное, уже тогда мне надо было последовать зову сердца – собрать партнеров и сказать, что я ухожу из бизнеса. Но я этого не сделал – осознание этого пришло не сразу. Вначале я радовался тому, что дела в компании идут хорошо, растет число заказов, появляются новые партнеры, новые интересные задачи. Затем голос моего сердца заглушался соображениями долга и ответственности. Я убеждал себя, что не могу подвести остальных, бросить компанию, которой отдал столько лет, душевных и творческих сил. Удерживал и страх – куда я уйду, как, с чем? Но когда оно все-таки пришло, это было невыносимо. У меня развилась такая депрессия, что я буквально не мог работать. И если в этих случаях вы ничего не делаете – Создатель сам решит ваши проблемы. И я все равно оказался перед выбором – уйти или остаться. Но это уже были совсем другие ставки.

Пожалуй, на тот момент ситуацию спасло то, что в том числе и моими стараниями (и страданиями) компания стала заниматься космосом. Кроме того, нашу продукцию стал покупать Израиль для систем противоракетной обороны «Железный купол». С их помощью сбиваются ракеты, которые террористы запускают по жилым кварталам. То есть получилось так, что мои гироскопы стали использоваться и для спасения жизни.

Но урок я получил важный – в любой непонятной ситуации слушай свое сердце. Будь верен своим принципам, когда с тобой говорят небеса.

Что бы ВЫ НИ решили делать, ВЫ В ЭТОМ ДОЛЖНЫ быть лучшими. У вас обязательно должно быть конкурентное преимущество – только в этом случае у вас есть шанс на успех. Мы подробно рассмотрим этот вопрос в соответствующих главах, но пока я просто обозначу это как принцип – вы должны стремиться быть самым лучшим в своем деле.

При этом даже необязательно изобретать что-то свое, можно посмотреть на чужой продукт или бизнес и сделать свой такой же, только лучше. Масштабировать его, вывести на другой рынок, найти интересную нишу – неважно, главное – чтобы вы действительно это могли. Вообще, по моему опыту, первопроходцы редко оказываются действительно успешны. Чаще всего сливки снимают не они, а ранние последователи – пользуясь опытом предшественников, они не потратят столько ресурсов на повторение их ошибок. Если при этом получится не наделать своих, а еще лучше – добавить что-то свое, чего не было у них… Собственно, в этом-то все и дело – ищите свое преимущество, то, в чем вы однозначно лучше других, или что-то такое, что нелегко повторить. Оно обязательно найдется, задача лишь в том, чтобы его правильно идентифицировать и понять, как им воспользоваться.

У ТОГО, ЧТО ВЫ делаете, должен быть большой рынок. В маленьком аквариуме и рыбки вырастают маленькими – посмотрите на золотую рыбку в зоомагазине и рыбу кои в китайском пруду. Рынок должен быть достаточно велик, чтобы конкуренция не превращалась в отчаянную драку за возможность выжить. Чтобы вы чувствовали себя свободно, чтобы физический объем спроса не становился ограничителем вашего роста. Поверьте, на вашем пути будет и так немало вызовов, чтобы прибавлять к ним еще и эти сложности. Выбирайте рынок, который достаточно большой по сравнению с масштабом вашего бизнеса. Не создавайте условия, при которых вам за это еще придется бороться. Конкуренция эффективна лишь тогда, когда она дает вам стимул расти самому, а не стремление уничтожить других. Война – дело затратное, и в современных условиях в ней проигрывают все.

Оборотная сторона этого же принципа – никогда не обольщайтесь видимым отсутствием конкуренции. Если вам кажется что в каком-то сегменте ее нет, то чаще всего это происходит не потому, что никому пока не пришло в голову ее занять. Скорее всего, там просто нет достаточно интересного рынка. Если в окрестностях вашего дома нет кафе – это еще не повод его открывать. Возможно, здесь нет достаточно емкого спроса. С другой стороны, открыть еще один бар на улице, где они встречаются через каждые 20 метров, может быть правильной идеей – большое количество игроков может указывать на то, что здесь большая проходимость и, соответственно, спрос.

Самый идеальный вариант, конечно, – создать свой рынок. В качестве примера приведу компанию Aripix, которая производит промышленных роботов. Большинство роботов, которые используются в промышленности, предназначены для точных манипуляций с тяжелыми объектами и потому стоят очень дорого. Поэтому их ставят только на те виды операций, которые создают большую ценность с точки зрения конечного продукта. Все остальные «малоценные» операции делают люди на конвейерах. Как правило, низкоквалифицированные и низкооплачиваемые – отчего, собственно, заменять их автоматикой невыгодно. Но в какой-то момент Aripix сосредоточилась на задаче построить простого робота для выполнения как раз таких примитивных задач. Поскольку от него не требовалось ни такой точности, ни способности работать с такими нагрузками, робот получился неожиданно дешевым – настолько, что мог конкурировать с неквалифицированными работниками. Таким образом, на уже поделенном, казалось бы, рынке возник огромный сегмент, где у Aripix нет конкурентов.

Конечно, долго это не продлится. Там, где есть незакрытый спрос, неизбежно появятся и другие игроки. Но так уж устроен мир: чтобы куда-то плыть, ты должен двигать плавниками.

Ваш продукт ИЛИ сервис должен быть маржинальным. Это не означает, что у вас должна быть какая-то фантастическая норма прибыли. Маржинальное не значит дорогое. Вопрос туг в эквивалентности ценностей, которыми вы обмениваетесь с покупателем. Допустим, вы продаете хлеб. Человек хочет есть – то есть у него есть проблема, которую он решает, покупая у вас этот хлеб. В этот момент ценность денег, которые он отдал, для него меньше ценности хлеба, который он приобрел. Для вас же ситуация выглядит противоположным образом – ценность полученных денег выше затрат на производство товара. В итоге вы оба готовы обменяться и каждый субъективно получает больше, чем отдал.

Но у потребителя субъективная ценность может меняться в зависимости от обстоятельств. Находясь посреди раскаленной пустыни, он будет готов отдать за бутылку воды куда больше, чем сидя в ресторане. Однако для вас, как для владельца товара, есть и вполне объективный критерий его ценности – себестоимость производства. Соответственно – маржинальность – это разница между нею и суммой, которую за ваш товар готов заплатить покупатель.

Что позволяет делать маржинальность? Разумеется, кроме того, чтобы вывести всю прибыль и стать «богатеньким Буратино». Главное – маржинальность дает пространство для маневра, возможность экспериментировать. Она позволяет делать несколько попыток и исправить последствия ошибок. Которые, напомню, неизбежны. И это нормально, более того, только благодаря тому, что вы ошибаетесь, вы получаете опыт, становитесь умнее, сильнее и быстрее. Как говорил Ницше: «То, что меня не убивает, делает меня сильнее». Маржинальность – и есть фактор, который не дает вашим ошибкам убить ваш бизнес и тем самым сделать его сильнее.

На 2–3 % могут жить только компании, у которых есть устойчивая бизнес-модель на стабильном рынке. Например, Coca Cola, которая производит 120 миллионов бутылок в месяц. В их бизнесе нет неизвестных, поэтому они могут себе позволить не закладывать резервы на случай возникновения непредвиденных обстоятельств. Они не инновационные – у них нет дорогого и рискованного R&D, нет ситуаций, где надо хеджироваться, соответственно, они могут оптимизировать затраты до предела. Но, с другой стороны, если такие обстоятельства все-таки возникнут, конец может быть быстрым и громким.

С другой стороны, есть Apple, у которого наличных на счетах больше, чем в бюджете Российской Федерации. Почему? Потому что себестоимость, скажем, Iphone 11, по данным Techinsights, составляет 490 долларов, в то время как в магазине он продается за 1400. Ее продукты очень маржинальны, что и позволяет им делать колоссальные инновации и не бояться ошибиться.

Любая Идея ничего не СТОИТ без команды, которая может привести эту идею в жизнь. Как я уже писал выше – для того, чтобы добиться успеха, вы должны брать на работу самых лучших из тех, кого вы можете себе позволить. Не жалейте на это денег. Специалист, который стоит в три раза дороже, сделает работу в 20 раз быстрее и лучше. Мало того, он сохранит вам огромное количество времени, ценность которого иногда вообще невозможно измерить деньгами. Сложность лишь в том, чтобы их найти.

Как это делаю я? Первое – смотри на дела, не смотри на слова. Это железный принцип. Вы можете оценить человека только по его делам. Ничто другое не работает – ни красивые резюме, ни убедительные рекомендации. Только факты – что делал, что получилось. Ты можешь оценить специалиста только по делам. Когда я начинал новое дело, я обязательно проводил исследование – кто и что делал в этой сфере до меня, кто именно это был, какие результаты были достигнуты. Как правило, удавалось выйти на конкретных людей – их я и пытался нанять на работу.

Здесь опять же важны не столько деньги – обычно этим людям и так неплохо платят. Но всегда есть что-то еще, какие-то незакрытые потребности, желания. Если у вас получится идентифицировать и закрыть их, помочь ему их удовлетворить, то человек ваш.

Вообще, это очень важно – понимать, что драйвит людей, что им нужно для роста, и давать им это. Так вы не просто нанимаете лучших – вы формируете из них эффективную команду.

В Америке есть компания под названием «1_3». Вся их бизнес-модель построена именно на этом. Эта аббревиатура расшифровывается как «Level 3» – Третий Уровень. Их стратегия – покупать третью по величине компанию на интересующем их рынке. Первая и вторая обычно стоят слишком дорого, но самое главное – обычно находятся в состоянии борьбы за первенство, куда, собственно, уходит немалая часть их ресурсов. Третий же игрок, как правило, имеет меньший объем продаж, но не особо уступает лидерам по части компетенций. Все, что им нужно, – ресурс для развития. И «L3», покупая их за весьма умеренную цену, дает им этот ресурс, благодаря которому компания резко взлетает и прибавляет в стоимости. Подчас настолько, что обходит лидера.

Иными словами, не нужно думать, что все лучшие уже скуплены лидерами. Вполне может быть, что по-настоящему лучшим просто не хватает ресурса, чтобы раскрыться в полной мере.

Нанять – это только половина дела. Куда сложнее – удержать таких людей в команде. Тем более что остальные игроки тоже будут всеми силами стараться переманить их к себе. Поэтому вы должны создавать условия, при которых им выгодно эффективно работать на вас. Не скупитесь на опционы, планы profit share и другие формы мотивации, позволяющие людям получить выгоду от достижения качественного результата.

Еще один важный принцип. Не нанимайте друзей на работу, не занимайте им ДеНЬГИ И Не продавайте ИМ СВОИ машины! К родственникам это тоже относится, между прочим. Правда, не всегда: для представителей традиционных культур, для которых характерна так называемая «расширенная семья» и важны социальные связи, типично делать бизнес именно с родственниками. Такой подход распространен в Китае, Корее, Индии, а на территории бывшего СССР – у народов Закавказья.

Но там, где подобной культуры не сложилось, этот подход приводит к пагубным последствиям. Почему «не нанимай»? Потому что это две разные роли. И если их не разделять, то это вопрос времени, когда они войдут в противоречие между собой. Друг – это равный. А работник – это не равный, он подчиненный. И этот перекос неизбежно опрокинет всю конструкцию.

Можно стать другом с партнером по бизнесу – потому что вы равны. Но еще важно понимать, что и бизнесы, и люди – это динамические системы. Они меняются, эволюционируют. Отношения исчерпывают себя. Вы можете перерасти вашу компанию или ваше окружение, или, наоборот, они перерастут вас. Словом, может получиться так, что если у вас с одним человеком сложились и личные и деловые отношения, из-за разницы в скорости их развития, они также войдут в противоречие.

То же самое касается денег – они по определению создают неравенство. Это их прямая функция – количественно измерить, у кого больше ресурсных возможностей. Поэтому если вы одалживаете их кому-то, возникает неравенство. А вместе с ним – и напряжение, которое рано или поздно проявит себя. Как правило, в наиболее неподходящий момент. Единственный способ этого избежать – выводить деньги из формата сделки, то есть отношений «qui pro quo». Проще говоря, если друг попросит у меня денег, я не займу. Я их ему либо отдам, если у меня есть такая возможность, либо не отдам, если ее нет.

Что же до того, что нельзя продавать машину друзьям – это говорит мой опыт человека, который работал продавцом подержанных машин в США-то есть там, где эта профессия фактически является синонимом слова «мошенник». Беда в том, что любая машина со временем неизбежно ломается. Но если для новой машины виноватым в этом будут считать обезличенного производителя или на худой конец абстрактных рабочих с конвейера, то в случае подержанной машины виновным в поломке неизбежно и бесповоротно будете персонально вы. Даже если она сломалась от того, что нынешний владелец утопил ее в пруду. Не надо множить поводы для негативных эмоций в свой адрес, тем более если они совершенно не заслужены.

Но, как обычно, в любом правиле есть исключения. Я не могу здесь не сказать о моем дорогом друге, Азизе Ахмаджонзода, который самоотверженно пережил десятилетия невзгод топ менеджера обремененного дружбой со своим начальником. Я думаю что только его врожденное чувство такта и восточная мудрость позволило выдержать этот марафон на высоко профессиональном уровне!

Еще один принцип, которого я, правда, не всегда придерживался, зву

чит следующим образом: делайте свой бизнес так, как будто это последний.

Представляйте, будто никакого другого вам уже сделать не дадут и что именно за счет него, вы будете зарабатывать на жизнь и кормить семью. Смотрите на него именно так или, если не можете, вовсе им не занимайтесь. Как говорил магистр Иода: «Делай или не делай. Но не пробуй».

Но вторая сторона этого же принципа: будьте готовы его продать в течение часа. Иными словами – не привязывайся к результату, не западай душой. Это всего лишь бизнес, но не вы и не ваша жизнь. Не должно быть такого бизнеса, который в принципе нельзя было продать, вопрос лишь в деньгах, которые за него предложат. Поэтому если к вам придут с подобным предложением – чем спокойнее вы возьмете в руку бумагу и карандаш или запустите Excel, тем лучше. На ваши решения должны влиять только рыночные факторы. Если этого нет – значит, под вами мина, которая однажды обязательно рванет. Неважно, что именно вас держит: лень, привычка, ностальгия, страх – рано или поздно это обернется против вас.

Да, психологически это очень трудно. Когда вы вкладывали столько сил, времени и денег, буквально не спали ночами, преодолевая собственные неуверенности и страхи, недоверие других, сопротивление конкурентов… трудно после всего этого просто «взять и отдать». Даже за большие деньги. Не последнюю роль, кстати, играет и страх – как подумаешь, что при запуске нового бизнеса снова придется проходить через все это… Но иначе нельзя. Более того – поверьте человеку, который уже запустил и продал немало бизнесов, – все не так уж и страшно. Настоящий предприниматель никогда не сидит на месте. Деньги для него – это не столько цель, сколько возможность попробовать еще что-то новое, но уже с большим багажом знаний, опыта и связей. Так что этот поход никогда не кончается. Любой бизнес – это жизненный этап, которому нужно отдать все силы, но в конечном счете – только этап. Боритесь за результат, но не привязывайтесь к нему.

И напоследок: не бойтесь признать ошибку. Это очень и очень важно. Если вы

совершили ошибку и поняли это, то чем быстрее вы начнете ее исправлять, тем лучше. Не бойтесь показаться смешным или слабым. Наоборот, способность признавать свои ошибки и исправлять их является одним из самых ярких и значимых проявлений силы.

Показателем качества – что человека, что бизнеса, что какой-либо системы вообще, – является не наличие ошибок и даже не их число, а то, как они на них реагируют. Мы всегда делаем ошибки, это неизбежно. Только так мы набираем опыт и приходим к пониманию, которое позволит нам сделать следующий шаг. И, возможно, наделать новых ошибок. Развитие в каком-то смысле – это и есть работа над ошибками. Поэтому пусть у вас всегда будет, что исправить, – это значит, что жизнь продолжается и вам есть куда двигаться.

Вот, пожалуй, основные грани, через которые я воспринимаю свой предпринимательский опыт. Теперь давайте поговорим наконец о тех кризисах, с которыми вы столкнетесь на пути к успеху вашего бизнеса, и вам решать, как и насколько полезным это окажется вам в будущем!

Часть 2
Кризис идей

Глава 3
Где брать идеи и как превращать их в бизнес?

Курица или яйцо?

В ОСНОВЕ ЛЮБОГО БИЗНЕСА ЛЕЖИТ ПРОДУКТ – ТО, ЧТО ЭТОТ БИЗНЕС ПРОДАЕТ.

Это не обязательно что-то материальное: устройство, приспособление или вещество. Продуктом вполне может быть и метод, услуга или сервис. Для нас в контексте этой главы важно лишь то, что продукт всегда является воплощением какой-либо идеи. Именно она лежит в основе любого бизнеса.

Новые идеи бывают двух видов – открытия и изобретения. Открытия – удел ученых. Когда-то, когда наука была уделом энтузиастов-одиночек, большинство открытий происходило совершенно случайно и неожиданно. В наше время научными исследованиями занимаются организации, включающие в себя тысячи человек и получающие десятки миллиардов долларов от частных компаний и государств. Доля открытий, которые можно сделать в одиночку, экспериментируя у себя в гараже, значительно сократилось, хоть и не до нуля. Тем не менее уверенно предсказать, когда и на каком именно направлении удастся добиться очередного прорыва, по-прежнему очень трудно.

Без открытий невозможны никакие прорывные инновации, но, как правило, их невозможно сразу использовать на практике – прежде чем превратиться в продукт, они должны пройти длинный путь. Сперва до лабораторной модели – демонстратора работоспособности идеи, затем – до прототипа продукта, обладающего хотя бы минимальной полезной функциональностью, после чего необходимо изготовить промышленный образец, чтобы убедиться в возможности его массового производства, и так далее. Даже первый шаг на этом пути может занять десятки лет – слишком долго для того, чтобы построить на этом бизнес. Именно поэтому научные исследования, которые приводят к открытиям, так часто финансируют из некоммерческих источников – государственных или частных грантов, например.

Их полная противоположность – изобретения. В отличие от открытий, они появляются в результате целенаправленных попыток найти решение какой-либо прикладной задачи. Все великие бизнесы, как правило, возникают на основе изобретений. Но не всякое изобретение может стать основой успеха бизнеса – все зависит оттого, что послужило отправной точкой для постановки задачи, в результате решения которой оно родилось.

Исходя из этого, существует два вида идей, которые могут стать основой для бизнеса – «идеи от продукта» и «идеи от рынка». И в зависимости оттого, к какому виду она относится, есть два пути развития компании. Рассмотрим их подробнее.

Идеи «от продукта»

КАК СЛЕДУЕТ ИЗ НАЗВАНИЯ, КАК ПРАВИЛО, ОНИ ПРЕДСТАВЛЯЮТ СОБОЙ ЗАМЫСЕЛ КАКОГО-НИБУДЬ ПРОДУКТА.

Таких идей всегда очень много, поскольку они случайным образом возникают в умах инженеров и изобретателей, часто от любопытства, скуки или в результате поиска ответа на какую-нибудь интересную задачу – от конкретной до чисто умозрительной. Инженеру все равно, применима ли она в реальной жизни, можно ли на ней что-то заработать и тому подобные соображения. Ему интересен сам процесс поиска решения, его привлекает его красота и изящество. Поэтому он может долго корпеть над ним, улучшая и совершенствуя и в итоге влюбляясь в свое детище.

Иногда ему удается прельстить им кого-то, кто может профинансировать его воплощение в продукт. Если ему повезет, им окажется предприниматель – то есть тот, кто профессионально умеет превращать идеи в бизнес. Но чаще всего он находит инвестора, то есть того, у кого есть деньги, но далеко не всегда есть понимание рынка и его потребностей. В итоге они все-таки доводят идею до стадии продукта и лишь затем начинают думать, куда его пристроить. Увы, в 90 % случаев их ждет жестокое разочарование. И дело отнюдь не в том, что продукт недостаточно хорош – он может быть гениальным, но, если под него нет достаточно емкой потребности, бизнес на нем не построить никогда.

Лишь в одном случае из десяти такие компании выживают – либо потому, что им просто повезло и их продукт совпал с какой-то существующей потребностью, либо потому, что им удалось трансформироваться и переработать свой продукт под реальный запрос рынка Как правило, потратив на это кучу времени, нервов и денег.

Поэтому, несмотря на широкую распространенность идей «от продукта», строить на них бизнес – это тяжелый путь.

Идеи «от рынка»

ВСЕ ВЕЛИКИЕ КОМПАНИИ, КОТОРЫЕ СМОГЛИ ПРОНЕСТИ СВОЙ БИЗНЕС СКВОЗЬ ГОДЫ, СТРОИЛИСЬ НЕ ОТ ПРОДУКТА, А ОТ РЫНКА, ОТ ПОТРЕБНОСТЕЙ ЛЮДЕЙ.

Даже такой удивительный пример, как iPhone, который якобы создал рынок для самого себя. Как раз наоборот, его триумф является блестящей иллюстрацией подхода, когда компания, вместо того чтобы следовать принятым в индустрии представлениям, как должен выглядеть продукт, начинает мыслить сточки зрения того, чего же в действительности хочет потребитель.

Почему так получается? Потребности людей со временем изменяются гораздо медленнее, чем способы их удовлетворения, поэтому бизнес, построенный на идее «от рынка», по определению будет более жизнеспособен, чем тот, что строится на идее «от продукта».

Продукты, возникшие из идей «от рынка» очень часто не содержат никаких прорывных технологий. Напротив, в подавляющем большинстве случаев все великие продукты возникали на стыке уже известных решений. Например, мобильный телефон – комбинация телефона и радио, известных человечеству еще с позапрошлого века. Сама идея переносного телефона также не нова – впервые ее озвучил американский журналист Роберт Слосс еще в 1910 году, а первые попытки создать такой телефон предпринимались уже в 1920-х. Появлению в 1973 году первого настоящего мобильного телефона – Motorola DynaTAC 8000Х предшествовали десятки разработок, многие из которых действительно работали. Но ни одна из них не стала коммерчески успешной. DynaTAC 8000Х, кстати, тоже провалилась – лишь спустя еще 10 лет на рынке возникла достаточно емкая потребность в телефоне, который можно носить с собой, и сделавшая мобильный телефон коммерчески успешным продуктом.

Наследник мобильника – смартфон, также является квинтэссенцией огромного количества уже известных технологий. Компьютер, Интернет, телевизор, тачскрин, плеер, фотоаппарат – внутри смартфона вы не найдете ни одного решения, которого не существовало бы до его появления. Это просто очень качественная концентрация существующих технологий.

Но это вовсе не означает, что придумать стоящую идею легко. История моей компании Innalabs – отличная иллюстрация того, как инженерная идея пробивалась на рынок и через сколько итераций прошла, чтобы превратиться в востребованный продукт.

Крутая идея – плохое решение

КОМПАНИЯ INNALABS БЫЛА СОЗДАНА БЛАГОДАРЯ КОНКРЕТНОМУ ИЗОБРЕТЕНИЮ, ПОЯВИВШЕМУСЯ КАК РЕШЕНИЕ УМОЗРИТЕЛЬНОЙ ЗАДАЧИ.

Компания Innalabs была создана благодаря конкретному изобретению, появившемуся как решение умозрительной задачи. То есть имел место классический «тяжелый путь».

Чтобы объяснить суть разработки, которая легла в основу Innalabs, нужно провести небольшой ликбез. Есть такое вещество – ферромагнитная жидкость, представляющая собой взвесь микроскопических частиц в органическом растворителе или воде. Эти частицы обладают магнитными свойствами, из-за чего вещество ведет себя как жидкий магнит.

Ферромагнитная жидкость используется в огромном количестве приборов, в том числе, например, в динамиках. Суть нашего изобретения была в том, что в емкость, наполненную ферромагнитной жидкостью, помещался стеклянный шарик и по трем осям вокруг нее создавались магнитные поля при помощи внешних катушек. При перемещении емкости с ферромагнетиком в пространстве по любой из трех осей шарик тоже смещался за счет инерции, толкая диполи жидкого магнита и вызывая изменения в магнитном поле. Эти изменения можно было измерить с помощью все тех же катушек. Иными словами, у нас получилось устройство, при помощи которого можно было отслеживать перемещения в трехмерном пространстве. Первой идеей было использовать его в игровой индустрии – в игровых контроллерах для виртуальной реальности или 3D-nrp. Для этого я полетел в Токио, где представил эту разработку в Sony и Sega, затем в Сиэтле встретился с представителями Microsoft. У них был интерес к такому устройству, но им всем была нужна компактность и супернизкая цена.

Через два года эта идея трехмерного джойстика для игр была воплощена компанией Nintendo – они выпустили приставку Nintendo VII. Увы, не с нами – они использовали иной принцип. Как вы уже поняли, наша беда была в том, что наш прибор оказался очень дорогим и очень громоздким, он был нетехнологичным с точки зрения производства. Да, он решал реальную задачу, которая была на рынке, но из-за особенностей конструкции был совершенно неконкурентоспособен, так как существовали и другие пути ее решения – гораздо более эффективные, дешевые и технологичные. В итоге использование акселерометров на основе MEMS позволило получить тот же самый трехмерный джойстик, но намного более компактный и недорогой. Это отличный пример того, что продукты, придуманные в голове инженера, но без учета реальной потребности рынка, обычно не «взлетают».

Я правильно определил, что будущее игровой индустрии – за трехмерными контроллерами. Моя догадка опередила время – на тот момент на рынке еще не было ничего подобного. У меня даже был продукт, который принципиально решал задачу отслеживания перемещений в трехмерном пространстве. Но в том-то и проблема, что он решал ее лишь «в принципе», в то время как рынку всегда нужно конкретное решение конкретной задачи. В итоге нашлись другие умные люди с финансами и ресурсами, которые посмотрели на нее со стороны рынка и смогли решить ее проще и эффективнее.

Миллионы Пентагона

НА ЭТОМ, СОБСТВЕННО, ДОЛЖНА БЫЛА ЗАКОНЧИТЬСЯ ИСТОРИЯ КОМПАНИИ INNALABS.

Но как это часто бывает, несмотря на то что исходная идея продукта оказалась провальной, она вывела нас на рынок, откуда к нам пришла уже совершенно новая идея. Самое важное в таких случаях (и одновременно самое сложное для многих технологических предпринимателей) – не бояться отказаться от старого. Пусть с игровыми приставками у нас ничего не вышло, но наш трехмерный контроллер каким-то удивительным образом обратил на себя внимание людей из оборонной промышленности США.

В Америке существует система финансирования DARPA: это форма частно-государственного партнерства, в рамках которого финансируются исследования и разработки, имеющие военное назначение. Работает она как акселератор стартапов: финансирует много проектов, а потом отсеивает самых слабых. Таким путем военные решают свои технические задачи, не создавая свои собственные институты, а используя инфраструктуру частного предпринимательства. Для этого выделяются колоссальные средства – в 2020 году бюджет организации составлял более 3,5 млрд долларов – на уровне крупнейших венчурных фондов мира. Компании, получившие эти средства, далеко не всегда доходят до финала (при этом никого не сажают за мошенничество), но зато они создают продукты, которые оказываются востребованы и в гражданском секторе. Таким образом, DARPA стимулирует не только и не столько военно-промышленный комплекс США, но и американскую экономику в целом.

Итак, на одной из выставок на нас обратил внимание представитель DARPA и описал нам суть задачи, которую им надо было решить. Военным, рассказал он, нужно тренировать солдат. Обычно это делается так – они прицепляют к автоматам лазеры, а люди надевают костюм с фотодатчиками. И если лазер попадает в датчик, то он срабатывает и солдат считается убитым. Напоминает аттракцион Lasertag, только с боевым оружием и на большом полигоне.

Но есть ряд проблем. Во-первых, оборудование громоздкое. Одна только батарея весит пять килограммов, а еще есть сам лазер, датчики. Все это таскать очень тяжело, даже без учета другой амуниции, которая обычно надета на солдата. Во-вторых, бойцы часто, случайно или намеренно, пачкают датчики грязью, и те перестают срабатывать. В-третьих, от лазера можно спрятаться за листвой, он не пробивает обычные кусты, что снижает качество имитации настоящего боя. И главное – пуля-то летит по параболе, а лазер стреляет только по прямой, что тоже снижает эффективность тренировки.

Что они придумали? На каждого солдата, на каждый танк, на каждую боевую единицу прицепить спутниковые датчики GPS, которые будут показывать их местоположение. А на каждый ствол – прибор, который будет считывать его ориентацию в пространстве и который по-английски называется Attitude Heading and Reference Systems (AHRS), а по-по-русски – гирогоризонт. И тогда лазер не нужен совсем – по направлению, в котором смотрит ствол, и по положению на поле солдат можно точно рассчитать траекторию полета пули и понять, куда она попадет. Соответственно, реалистичность симулятора значительно увеличивается.

Мы получили ТЗ, в котором определялись основные параметры: точность, вес, срок работы, цена. И первый финансовый транш в $50 тысяч для проведения feasibility study, то есть для того, чтобы разобраться – решаема ли данная задача при помощи нашей технологии в принципе. Если окажется, что она подходит, то последуют новые транши – на последующие исследования и разработки. И в финале – если мы создадим продукт, удовлетворяющий всем параметрам заказчика, то сумма контракта на его поставку составит около $100 млн. Замечу в скобках, что «мы» на тот момент – это стартап, в котором работали 5 человек. И, забегая вперед, в общей сложности за последующие пять лет, пока длилась эта история, мы получили от них около $10 млн.

Мы сделали все расчеты, и уже через две недели стало понятно, что на базе нашей технологии задача не решается никак. Продукт на ее основе не попадет в указанные параметры – ни по стабильности работы, ни по габаритам, ни по цене, и, самое главное, – его точности не хватит для расчета траектории пули.

Потеряв надежду решить поставленную задачу при помощи нашей разработки, но желая отработать полученные деньги, мы стали выяснять, существуют ли альтернативные способы. Еще через 2 недели пришли к выводу, что на рынке вообще отсутствуют датчики, которые соответствуют такому ТЗ. Разве что повесить на солдата полноценную навигационную систему, которая стоит как самолет, да и весит примерно столько же.

Исследуя вопрос дальше, я осознал, что рынку нужен компактный и высокоточный гироскоп, и если бы он только появился, то решил бы огромное количество военных и космических задач. Возникло четкое понимание огромного рынка, его потребностей и конкретного технического задания.

И в анналах Интернета я нахожу статью ученого, исследователя из Украины, который рассказывает об идее гироскопа, который сделан на твердотельной основе. Я созвонился с ним и поехал на Украину, где мы потом и открыли свой офис. Забегая вперед, скажу, что именно так и родился наш гироскоп, который сейчас летает на спутниках Google и помогает запускать ракеты SpaceX.

Так, потратив несколько лет, кучу сил, нервов и огромное количество денег (счастье еще, что не своих), мы пришли к пониманию того, как нужно было действовать с самого начала. Итак, еще раз – вместо того чтобы придумать продукт и затем пытаться найти ему применение, необходимо сперва изучить рынок, понять с максимальной степенью конкретизации его потребность и лишь потом разрабатывать продукт, который ее удовлетворит. Именно этот подход привел в итоге компанию Innalabs к успеху. А наша «трехмерная мышь» на основе ферромагнитной жидкости была положена на полку. Мистическим образом она сделала свое дело – позволила нам дойти до определенного уровня понимания мира, но сама была забыта навсегда.

Это очень важно – уметь вовремя отказаться от идеи, если она ошибочная.

На самом деле, придумать «новое» легко. Самое сложное в жизни предпринимателя – это признать ошибку и отказаться от «старого». Если ты это умеешь делать, у тебя всё будет хорошо.

Кстати, история с американскими военными у нас тоже не задалась. Хотя мы и нашли оптимальное решение, но наша разработка была лишь маленькой частью этого большого проекта. Помимо высокоточного гироскопа системе требовались GPS-датчики, системы передачи данных, технология обработки информации в полевых условиях. Интегратор, перед которым стояла огромная задача собрать всю эту серию технологий и объединить в единое решение, не справился. Эта программа так и не была реализована, и американские солдаты так и продолжают стрелять из лазеров по чумазым товарищам и прятаться в листве.

Но, несмотря на провал проекта, отдельно взятые технологии, которые в него входили и финансировались из его бюджета, работают сейчас прекрасно.

Конкурентное преимущество: время и место

У ВАС МОЖЕТ БЫТЬ МИЛЛИОН ИДЕЙ 1/1 ДАЖЕ ПРОДВИНУТЫХ ИНЖЕНЕРНЫХ ИЗОБРЕТЕНИЙ, НО ОНИ НЕ СТОЯТ НИЧЕГО, ЕСЛИ ВЫ НЕ ЗНАЕТЕ, КАК ПРЕВРАТИТЬ ИХ В КОНКУРЕНТНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО.

Бизнес-модель выстраивается на основе конкретного конкурентного преимущества, а не идеи. Об этом не принято говорить, но преимущество может быть абсолютно простым и даже тупым.

Например, в России писать высокотехнологичный софт очень выгодно. Почему так получается? Во-первых, у нас есть мощная система образования в области точных наук. Наша математическая школа до сих пор является одной из самых лучших в мире. Это стало общеизвестным правилом в отрасли: если вам нужен простой код, то вы идете к индусам, но за интеллектуальным обращаться следует к русским. Skype почти полностью работает на российских алгоритмах, практически все транзакции MasterCard и Visa основаны на российском софте. Компания Plesk тоже появилась благодаря новосибирским программистам. Во-вторых, наши программисты при этом относительно недорого стоят. В-третьих, вы очень слабо зависите от государственного регулирования. Наконец, нет проблем с какой-либо офлайн логистикой – вы можете продавать свой продукт по всему миру, не создавая для этого дорогостоящей инфраструктуры. Так что создание компании по разработке софта в России является очень разумным решением.

Почему в России можно создавать качественный софт, а в Ирландии, к примеру, нет? Прежде всего, потому, что там очень мало высококвалифицированных программистов, а те что есть – стоят очень дорого. Вы не сможете ни с кем конкурировать, ни по цене, ни по качеству. Но главная причина – отсутствие фундаментальной образовательной базы в области информатики, без которой невозможно создать что-то действительно прорывное.

Ноу Ирландии есть другие преимущества, которые позволили компании Innalabs стать международным поставщиком гироскопов – результат, которого невозможно было бы добиться, если бы я открыл эту компанию в России. Дело в том, что Ирландия производит много сложной медицинской техники – соответственно, в стране есть целые команды, специализирующиеся на медицинских технологиях. Процесс контроля качества в этой индустрии является краеугольным, что тоже оказалось для нас большим плюсом, так как в точном приборостроении дела обстоят точно так же. В итоге клиентам наш уровень качества казался каким-то чудом. Нам неоднократно приходилось слышать: «Как? Как вы это сделали? Мы бились над задачей десять лет, потратили в сорок раз больше денег, но таких результатов не достигли». Ответ прост – наши люди раньше работали с медицинской техникой, и для них строжайшие требования к качеству и соответствующая производственная культура были нормой. Им и в голову не приходило, что в приборостроении можно как-то по-другому. Оказалось, что благодаря этим компетенциям мы сумели делать гироскопы лучше, чем кто-либо другой.

Кроме того, Ирландия является нейтральной страной и для компании, производящей продукцию двойного назначения, это также является большим плюсом. Для европейских и американских компаний геополитические обстоятельства серьезно сокращают доступный рынок – мы же никогда не имели никаких проблем с государственными ограничениями на выбор стран, куда можно экспортировать нашу продукцию.

В другом месте у нас это просто не получилось бы. Именно Ирландия позволила сразу нескольким звездам собраться в созвездие. К ирландским производственникам я добавил французских инженеров, причем взял их с позиций «второго эшелона», но в Innalabs они получили возможность стать первыми и в карьерном смысле и в творческом. К этому я добавил русские деньги – для наших инвесторов это была возможность вложиться в международную компанию в одной из наиболее стабильных стран Европы, работать с клиентами из списка «Форбс» и не иметь каких-либо проблем из-за своего российского происхождения. В итоге из этой «гремучей смеси» у нас получился действительно прорывной продукт. Конечно, здесь присутствовал довольно заметный элемент авантюризма, но результаты говорят сами за себя – мы смогли освоить технологию в 3–4 раза быстрее, чем обычно требовалось другим компаниям, и примерно в 4 раза дешевле.

Конкурентное преимущество: на одном языке

КОНКУРЕНТНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО МОЖЕТ ПОЯВИТЬСЯ С СОВСЕМ НЕОЖИДАННОЙ СТОРОНЫ.

Например, я служил во внутренних войсках, где, конечно, научился говорить на блатном жаргоне. И в 1990-е годы в России это очень пригодилось. Периодически возникали ситуации, которые могли бы плохо закончиться, если бы не моя способность использовать в общении с некоторыми категориями собеседников определенный понятийный аппарат. Но благодаря способности находить общий язык даже с такими контрагентами, все заканчивалось благополучно. Можно ли сказать, что умение говорить «по понятиям» является конкурентным преимуществом? В том моменте – однозначно да, эта компетенция имела значение.

В качестве другого жизненного примера можно привести hobbycenter. гы. Это небольшая, локальная компания, но в то же время является номером один в нашей стране по продаже радиоуправляемых моделей. Она принадлежит моему брату и отцу. Я стоял у истоков и помогал им со стратегией.

Конкурентных преимуществ у нас было два. Первое: страна у нас большая, а магазинов с товарами для хобби мало. Двадцать лет назад мы одними из первых поняли, что нужно научиться продавать наш товар по Интернету. То есть нужно было сделать качественный веб-сайт. Отец и брат какое-то время своей жизни провели в Америке, они сами были программистами и очень хорошо понимали, что нужно делать.

А второе: я сел в самолет и полетел договариваться с четырьмя крупнейшими в мире производителями радиоуправляемых моделей. Три из них располагались в Японии: Kyosho, Futaba, O.S.Engines. Я приехал туда и убедил их дать нам эксклюзивные права на продажи в России. Благодаря этим правам мы начали завозить эти модели в Россию, но самое главное – стали завозить легально и дешевле, чем раньше.

Последующие переговоры с другими поставщиками об эксклюзивных правах, как правило, тоже оказывались удачны, поскольку с нами уже работали ключевые участники рынка. К тому же у нас уже была финансовая сила и доказательства того, что мы – номер один на рынке.

Но изначально моим конкурентным преимуществом были знание английского языка и самоуверенность. Почему японцы пошли мне навстречу? Потому что раньше они не общались с предпринимателями из России, которые убедительно и уверенно представляли свои возможности. Их модели завозились к нам «вчерную». А я приехал лично и пообщался с ними на понятном им языке. И они меня услышали. Если бы мы общались через переводчика, то, может быть, результат был бы другим.

Конечно, повлияло и то, что я к тому времени прожил в Америке 13 лет, и для меня этот процесс был довольно привычным, то есть я не боялся разговаривать с серьезными людьми. А у многих предпринимателей в России, а именно из этой отрасли, не хватало уверенности и знаний, чтобы сделать то же самое.

Систематизировать имеющиеся у вас конкурентные преимущества порой очень сложно. Одно и то же свойство вашего бизнеса может являться как плюсом, так и минусом в зависимости от места и времени. Способность видеть плюсы в окружающих вас минусах и есть одна из ключевых компетенций, приводящих к успеху.

Так где же брать идеи?

БИЗНЕС, КАК ПРАВИЛО, РЕШАЕТ КАКУЮ-ЛИБО ПРОБЛЕМУ. НЕТ ПРОБЛЕМЫ – НЕТ БИЗНЕСА.

Суть в том, чтобы ваше решение его проблемы стоило меньше, чем те деньги, в которые он оценивает эту проблему.

Самое интересное, что эти проблемы в нашей жизни встречаются сплошь и рядом. Мы просто к ним привыкли и порой не замечаем. И как только кто-то их «неожиданно» решает, мы с удивлением задаем себе вопрос: «А как же я без этого жил вообще?»

Например, нам всем нужно ходить в магазин, покупать продукты. Как здорово было бы, если бы холодильник сам заказывал привычный набор товаров и вам никогда не надо было бы ходить в магазин. Представьте, вы открываете дверцу, а там есть всё, что вам нужно. Еще пару лет назад такой подход мог показаться утопией, но вот наступила пандемия, пошли в рост сервисы экспресс-доставки, и идея кажется уже не столь фантастической. То есть источником идей является сама жизнь.

Как правило, люди не осознают какую-то привычную ситуацию как проблемную. Десятилетиями люди пользовались обычными телефонами, и ни у кого не было ощущения, что что-то не так. Но стоило появиться мобильным телефонам, и классические аппараты просто пропали из наших домов и офисов. Все чувствовали себя прекрасно с кнопками на мобильных телефонах, но как только появились тачскрины – кнопки за несколько лет превратились в раритет. А что будет завтра? Какую «проблему» из тех, что вы не замечаете, уже увидел новый «Стив Джобс»?

Но есть каста предпринимателей и инженеров, которая все эти проблемы видит и все время ищет решения. Нас совсем немного, безусловно, это особый склад ума, но мы есть.

Когда я иду по улице, то постоянно вижу, где и как можно сделать бизнес. У меня просто голова разрывается: на что бы я ни посмотрел, я везде вижу какие-то нестыковки. И понимаю, как их исправить и начать зарабатывать. Это состояние ума и души. Оно было у меня с детства, но не хватало базовых понятий, фильтров. Сейчас я очень легко прогоняю любую идею или любой запрос через эти фильтры, и тут же появляется решение: либо отказаться либо начать что-то делать. Надеюсь, эта книга поможет сформировать эти фильтры и вам.

Проблемы всегда существуют на разных уровнях: на бытовом, государственном, геополитическом. Видеть их мешает зашоренность, а реализовать – страх ошибки. Главное – всегда задавать себе вопросы, ставить под сомнение привычные нормы. Если ты пытаешься понять мир, то идеи приходят всегда. Как правило, ты понимаешь, что эта проблема есть не только у тебя, но и у других людей. И если ты находишь путь решения, то люди с удовольствием тебе заплатят. А если это настоящая проблема, не придуманная, то бизнес получится долго-играющим.

Итоги: как отсечь лишнее и не пропустить важное

1 ЗАПРОС РЫНКА

Жизнеспособными являются идеи, которые отражают потребность рынка. И только наличие потребности и является критерием ее ценности для бизнеса. Если она отвечает потребностям, то она ценна. А если она не отвечает, даже если она очень интересная и оригинальная, она ценности не имеет. Не всегда рынок формулирует свой запрос в явном виде, часто идее предстоит пройти длительную трансформацию, чтобы нащупать потребности, как это было с Innalabs. Нужно искать применение своей идее, а самое важное – найти в себе силы отказываться от нее, если она оказалась никому не нужна.

2 КОНКУРЕНТНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО

Востребованных идей возникает много, а одну и ту же потребность можно удовлетворять разными путями. И мерилом успешности зачастую является наличие конкурентного преимущества. Идеальная идея имеет в себе заложенное конкурентное преимущество, которое позволяет реализовать проект наилучшим образом. Оно может быть связано с личностью основателя, его финансовыми и когнитивными способностями. Местом и временем, когда и где идея реализуется. Уникальными ресурсами, которые есть у команды основателей. Если идею легко повторить, а особых конкурентных преимуществ у нее нет, то создать бизнес надолго получится вряд ли.

3 БОЛЬШОЙ РЫНОК

Вы можете обнаружить уникальную нишу и решить потребности узкой группы людей. Бизнес-идея может быть востребована единицами энтузиастов. Если рынок изначально узкий, большой бизнес на нем не создашь, то зачем размениваться по мелочам?

Глава 4
Как написать бизнес-план на $100 млн?

У вас есть план?

В МОЕЙ ЖИЗНИ МНЕ ПРИХОДИЛОСЬ ВЕСТИ БИЗНЕС В САМЫХ РАЗНЫХ СТРАНАХ: В США, ЕВРОПЕ, НА БЛИЖНЕМ ВОСТОКЕ.

В моей команде работали и работают люди более двадцати пяти национальностей. Благодаря этому опыту я понял несколько важных вещей.

Во-первых, когда имеешь дело с людьми, терпеливость и методичность в коммуникациях крайне важны. Существует теория, что люди воспринимают на слух не более 12,5 % сказанного. И то при условии, что говорящий и слушающий используют родной язык, находятся на сопоставимом уровне интеллектуального развития в похожей области образования.

Во-вторых, руководитель обязательно должен уметь четко и последовательно выражать свои мысли. В международных командах задача дополнительно усложняется тем, что не все владеют рабочим языком (как правило – английским) в равной мере. Но даже если он был бы родным для всего коллектива, это не отменяет индивидуальных особенностей человека: его культурной среды, образования, прошлого опыта и тому подобных факторов.

Вообще, языковые и особенно культурные барьеры являются серьезной проблемой – будьте готовы к тому, что одни и те же слова могут быть поняты другими людьми совершенно по-разному. Причем разница в оттенках смысла между сказанным и услышанным может быть поначалу не очевидна, поэтому вы и не поймете, что что-то не так, пока не будет поздно. Единственное средство – стараться всегда говорить очень конкретно и предметно. И обязательно получать обратную связь, не лениться и не стесняться проверять, так ли вас поняли. Когда я давал какие-то указания сотрудникам, я обязательно просил их повторить сказанное – и неоднократно слышал от них нечто полностью противоположное тому, что имел в виду. Так что, поверьте, в этом вопросе лучше быть занудой.

Наконец, третье, вытекающее из первыхдвух-у вас и у команды должно быть единое понимание всех ключевых терминов и понятий, которые вы используете в работе. Не оставляйте ничего, не поддавайтесь на «да это и так все знают». Поверьте – не все. Люди могут существенно расходиться в понимании даже самых простых, обыденных и общеупотребимых вещей.

Одним из самых ярких примеров этого феномена является такое понятие, как бизнес-план. Каждый бизнесмен знает, что это такое, но, если вы попросите десять предпринимателей объяснить, что это такое, вы вряд ли услышите два одинаковых определения.

Поэтому, прежде чем двигаться дальше, давайте поговорим о том, что под этим термином понимаю я.

В большинстве случаев, когда речь заходит о бизнес-плане, под этим термином понимают некую специальную бумажку, которую нужно показать инвесторам для того, чтобы они дали деньги. План может быть подробным или поверхностным, самописным или заказанным дорогостоящим консультантам – это неважно. Главное – что это примерно такая же формальность, как кандидатская диссертация: вроде как предполагается, что в ней должна быть какая-то научная новизна, но на самом деле она никого не интересует, важно лишь, чтобы соискатель продемонстрировал знакомство с предметом и умение пользоваться научным методом. Будет ли бизнес-план соответствовать реальности – несущественно, в конце концов, как говорил генерал Хельмут Мольтке, начальник германского Генерального штаба во времена Первой мировой войны, «ни один план не выдерживает встречи с противником». Правда, не лишним будет напомнить, что Германия ту войну проиграла.

Мое понимание термина «бизнес-план» иное. В первую очередь, план – это набор четких инструкций, «методичка», которая описывает все компоненты вашего бизнеса и то, как они должны взаимодействовать между собой. Это как руководство полетной эксплуатации самолета: чем более подробно в нем расписаны все его особенности и характеристики, режимы полета и управляющие ими процедуры, тем больше шансов, что благополучно взлетите и долетите куда надо. В идеале в плане должно быть учтено все: команда, продукт, рынок, конкурентное преимущество, маркетинг, потребитель и др. Во-вторых, это именно план, то есть последовательных действий, которые нужно предпринять, чтобы все сработало как надо. В-третьих, как уже можно было догадаться, настоящий бизнес-план пишут не для инвесторов, а для самих себя.

Правильный и честный бизнес-план у стартапа – это редкость, но, когда он есть, начинается магия. Если, конечно, есть еще дисциплинированная команда, и она достаточно профессиональна, чтобы выполнять инструкцию.

От кофемолки к роботам

К СОЖАЛЕНИЮ, КОГДА Я НАЧИНАЛ СВОИ ПЕРВЫЕ БИЗНЕСЫ У МЕНЯ НЕ БЫЛО ТАКОЙ РОСКОШИ, КАК ДЕТАЛЬНЫЙ БИЗНЕС-ПЛАН.

Более того, я изначально и понятия не имел, как и что буду делать, – у меня не было советчиков и товарищей, которые помогли бы мне все продумать на берегу. То, что у меня при этом что-то получилось, отнюдь не говорит о том, что планы не важны. Как раз наоборот, сейчас, глядя на эти истории со стороны, я осознаю, как мне, на самом деле, повезло, и что я мог бы сэкономить невероятное количество времени, нервов и денег, если бы действовал более основательно и составил бизнес-план.

В качестве примера проекта, для которого с самого начала все делалось правильно, могу привести компанию Aripix Robotics, где я выступал в роли инвестора и советника. Это российская компания, которая выпускает роботов для автоматизации процессов, которые обычно выполняют самые низкооплачиваемые и неквалифицированные работники. Именно исключительно подробный и качественный бизнес-план помог компании быстро стартовать и стать лидером в своей необычной нише.

Этим проектом руководит потрясающий инженер и подающий огромные надежды управленец – Андрей Спиридонов, который раньше занимался тем, что изготавливал на заказ различные автоматизированные производственные комплексы. В его портфолио были машины для производства шоколада, кофе и даже свечной завод – полностью автоматизированный. Так что, помимо хорошего образования – МВТУ имени Баумана, у него был отличный опыт практической инженерии. Единственным его недостатком было отсутствие знаний и опыта в том, как управлять бизнесом полного цикла, а не командой в пару человек.

Почему именно робототехника? Потому, что это очень хорошо коррелирует не только с мировыми трендами, но и с российскими. Людей у нас мало, а рутинной работы очень много. При этом электроника сейчас достигла такого уровня, что роботам можно дать очень приличный интеллект за относительно небольшие деньги. Скорость обработки данных выросла, а цена процессоров снизилась – делать роботов стало выгодно.

При этом в России рынок практически пустой. На начало прошлого года в Южной Корее было 380 роботов на 10 тысяч человек, в среднем по миру около 70 роботов, а в России – 3. Стали разбираться, почему так?

Роботизация обычно увеличивает производительность труда. Роботы не курят, не выпивают, не болеют, работают круглосуточно. Когда мы стали разбираться подробно с этим рынком, то выяснили, что роботы – это в целом замечательная идея, но робот роботу рознь. В мире больше всего роботов сделано под базовую индустрию – автомобилестроение. И они должны делать то, что люди не могут или им это очень тяжело. Поэтому появились огромные дорогие роботы, которые могут взять двигатель и засунуть его в автомобиль. Соответственно, роботы стали прерогативой очень крупных предприятий. Целые заводы возводились вокруг таких роботов.

Это большой рынок, но с нуля на него никак не зайти. Маленький бизнес не может взять и договориться с автоконцернами и начать им поставлять роботов за миллионы долларов. Было понятно, что стартапу туда идти бессмысленно.

Но с тех пор, как автогиганты стали активно использовать роботов, прошло много времени. Поменялось практически все, и появились новые ниши. Посмотрите, кто у нас работает на самой тяжелой, но при этом низкооплачиваемой работе? Конечно, трудовые мигранты, люди из Средней Азии. Значит, у нас не хватает собственных рук. Огромная страна, невероятное количество ресурсов, но людей не хватает, мы вынуждены привлекать их из-за рубежа.

И возникла идея: что, если поставить робота не в том месте, где люди не справляются, а наоборот, взять самую простую работу и заменить самого низкооплачиваемого работника? Почему низкооплачиваемого? Да потому, что он самый проблемный. Любой владелец бизнеса вам расскажет: чем меньше платишь сотрудникам, тем больше с ними проблем. То напьются, то сломают что-то. И самое опасное, когда эти люди стоят на операциях, которые очень простые, но при этом критически важные.

Вот вам типичная история от одного из предприятий, с которым мы работаем: на заводе стоит очень дорогой станок с ЧПУ. Станок все делает сам, единственное, для чего ему нужен человек – раз в полчаса загружать в него новую болванку. Открыл, вставил, закрыл – не сложнее, чем поставить банку пива в холодильник. Просто до слез. И что делает этот человек? В ночную смену, когда никого нет рядом, берет горсть шариков от подшипников и засыпает их в станок, намертво его заклинивая. Зачем?! Начальник обидел? Конкуренты подкупили? Нет, говорит, просто спать сильно хотелось, а наладчик до утра не придет.

Заменить дешевого работника – это реальный запрос от рынка. Но не менее важно то, сколько это будет стоить. Цена владения этим роботом должна быть ниже, чем в случае с наймом человека. Могут ли люди в России позволить себе инвестировать в робота, который будет окупаться 10 лет? Конечно нет. Даже два года не могут себе позволить. Максимум, на который ты можешь рассчитывать, – это один год. Поэтому была поставлена задача продавать роботов за цену, равную расходам на низкооплачиваемого работника в год. Мы посчитали, что это около 2,5 млн рублей, учитывая, что робот работает в три смены и за него не нужно платить социальные налоги.

То есть на этапе бизнес-плана был не только определен рынок, но и цена, за которую должен продаваться этот робот. Это означало, что мы можем разговаривать с клиентами на оперативном уровне – выходить на начальников цехов, подразделений. Они могли принять решение о покупке такого робота самостоятельно, потому что у них уже был бюджет на это – не было необходимости идти к руководству или к акционерам и просить у них инвестиционный бюджет.

Это обстоятельство резко меняло процесс продаж и рынок. Цена робота уже определяла его себестоимость. Исходя из этого, принимались решения по конструкции, по технологиям, которые использовались, то есть писалось техническое задание под рыночные реалии.

Роботы: техзадание и первые клиенты

В ТЕХНИЧЕСКОЕ ЗАДАНИЕ НА РОБОТА МЫ ВПИСАЛИ НЕКОТОРЫЕ ОЧЕНЬ ВАЖНЫЕ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЕ ТРЕБОВАНИЯ, КОТОРЫЕ Я КОГДА-ТО УСВОИЛ НА СОБСТВЕННОМ ОПЫТЕ.

Например, что в роботе не должна использоваться ни одна уникальная технология – то есть такая, источником которой является один-единственный поставщик. Слишком рискованно – поставщик может поднять цены или вовсе отказаться от сотрудничества, разориться, перепродать бизнес конкуренту, да мало ли что может произойти. И происходит, увы. Например, во время моего владения долей компании Eiratech Robotics Ltd. там как раз была такая история. Они делали роботов, которые перемещались в пространстве по особым меткам. Но при движении от метки к метке машина шла вслепую, и, чтобы она не сбилась с курса, надо было, чтобы ее колеса вращались со строго одинаковой скоростью. Нужен был контроллер, который управлял бы двигателями с высокой точностью. Ребята решили срезать угол – нашли двигатели с уже установленными контроллерами, которые обеспечивали нужные характеристики. Я предложил не спешить, изготовить свои контроллеры, но меня не послушали. И что вы думаете? Они все сделали, продемонстрировали клиентам, получили контракт на 10 млн долларов и… не смогли его выполнить. Потому что немецкий поставщик этих двигателей загружен заказами и прислать их в требуемом количестве сможет только через 1,5 года.

Поэтому в Aripix Robotics перед нами стояла задача, чтобы в этом роботе не использовались никакие уникальные детали. Только стандартные, которые уже можно купить в Китае, в Америке, в Корее и так далее.

Электронику мы решили делать сами, но она тоже не уникальна, так как существуют десятки производителей, которые сделают платы на заказ. То есть робот был сделан таким образом, чтобы запчасти были взаимозаменяемыми, чтобы поставщики конкурировали друг с другом и себестоимость постоянно падала. Забегая вперед, скажу, что себестоимость робота получилась существенно меньше тех 2,5 миллионов, за которые он продается.

Итого – бизнес-план был написан так, что мы изначально четко понимали, кто будет такие роботы покупать и за сколько. Мы описали образ нашего покупателя, знали, что это за предприятия и какие параметры им нужны. И команда Андрея Спиридонова справилась за 12 месяцев: от идеи до установки первого робота. Скажу честно, я не ожидал такой скорости. Они не сделали ни одного неправильного шага. У них не было вопросов, какую деталь покупать, как робот должен выглядеть, что он должен поднимать. Потому что мы описали все в деталях на старте, а они просто делали все в полном соответствии с планом.

При первом же визите на завод к клиенту представители Aripix сказали: «Вот наш робот, заменяет трех работников, окупается за двенадцать месяцев». Успех был полный – завод был готов купить роботов еще до того, как компания закончила все испытания. Арипикс честно донес: «Ребята, роботы новые, обязательно в них будут технические проблемы, это всегда так. Нам нужно наработать моточасы. Будут поломки». Нам ответили: «Мы готовы к поломкам, если вы обещаете, что будете чинить». Естественно, мы согласились – это был отличный вариант, так как появлялась возможность проверить технику в реальных условиях.

Сейчас у робота-манипулятора Aripix Robotics целый ряд клиентов и областей применения. Одним из хороших примеров является девелоперская компания ПИК, которая строит панельные дома. На эти панели приклеивается облицовочная плитка, чтобы их не красить. Плитка имеет определенный цвет, при этом она должна быть ровной и не иметь дефектов в виде трещин и сколов.

Раньше плитку выкладывали люди. Это очень простая, монотонная работа. Но если люди ошибались, то плиту нужно было либо чинить, либо выбрасывать. Это очень, очень дорогое удовольствие. Роботы берут каждую плитку и выкладывают по алгоритму. Они смотрят на ее цвет, геометрию, трещины и раскладывают в определенной последовательности. Робот лучше определяет цвет. Есть тона, которые люди не видят, особенно мужчины. Казалось бы, простая операция, но это очень тяжелая работа для человека, с высокой ценой ошибки.

Другим примером является компания «Москабель». При производстве кабеля для его экранирования используется свинец, и робот следит за его уровнем в расходном резервуаре. Для его поддержания на рабочем уровне, в среднем раз в 30 секунд в него надо подавать 30-килограммовую чушку. Если человек, который за это отвечает, замешкается или, скажем, отойдет в туалет и вовремя не подаст эту самую чушку, то металла не хватит – и кабель в этом месте окажется бракованным. Починить его нельзя, только обрезать и продать половину. А разница цены за полный или половинчатый кабель отличается в разы, что может исчисляться миллионами. Ощущаете цену ошибки в этой, казалось бы, банальной операции? Aripix поставил роботов, которые вовремя бросают чушки днями и ночами. Невероятно простая задача с невероятно высокой ценой ошибки решена на все 100 %.

Варианты применения роботов очень обширны практически на любом производстве. Везде, где заканчивается конвейер, нужно что-то сложить в коробку, затем на паллету. Обычно там находятся люди, но робот может ту же работу сделать быстрее и качественнее. Таких задач практически на любом производстве огромное количество.

В сфере промышленных роботов Aripix Robotics делает то, чего не делает никто. Ни одна из больших компаний, типа японской Fanuc, не делает замены самых дешевых сотрудников. Они работают в другой парадигме – универсальные машины сложных манипуляций, и потому их цена и функционал не позволяют работать в этом сегменте.

Почему вдруг какая-то маленькая компания из России Aripix неожиданно смогла наткнуться на такую нишу? Почему большие игроки не могут сделать дешевле? Логичный вопрос, который имеет очень интересный ответ: они не могут сделать роботов дешевле, потому что изначально сделали ставку на дорогую технологию.

Если вы видели современные автомобильные производства, то, возможно, обратили внимание на то, что там в роботах-манипуляторах используются «радиальные суставы»: в них стоит специальный двигатель, и он работает через особую планетарную коробку передач. Эти суставы должны выдерживать большие нагрузки и при этом быть очень точными, поэтому и двигатели и коробки очень сложны и дороги в производстве. Поэтому у лидеров отрасли цена робота будет практически одинакова вне зависимости оттого, большой он или маленький. Они не могут его уменьшить и сделать дешевле.

Вопрос: почему они не используют другие технологии? А они не могут, потому что под эти планетарные редукторы и двигатели ими были построены целые заводы. И заводы должны работать, их нельзя остановить и переоснастить. То есть лидеры индустрии являются заложниками однажды принятых решений и построенной на их основе инфраструктуры, в то время как новичок, свободный от этих ограничений, может посмотреть на проблему по-новому и их обойти.

Будет ли такая ситуация навсегда? Конечно нет. Обязательно что-нибудь будет меняться. Вот Aripix попробовала и получила такое потрясающее преимущество. Но, конечно, появятся конкуренты, вопрос только, как и когда? Это отдельная задача, и это следующие итерации, за которыми нужно постоянно смотреть. Мы не можем предугадать, как поведет себя рынок, конкуренты, но можем постоянно это анализировать и менять тактику работы.

Пример Aripix – это иллюстрация того, в какой логике должен составляться правильный бизнес-план. Прежде всего, он был написан «от рынка», от конкретной потребности конкретных пользователей. Разбирался каждый сегмент, каждый нюанс, какие есть потребности и возможности, за что люди готовы платить? Как только вы понимаете, зачем ваш товар нужен людям – вы понимаете, что делать на всех уровнях.

Почему у нас получилось? У нас были опыт, деньги, и мы уже совершали ошибки. С опытом приходит понимание, что будет происходить, знание некоторых закономерностей освобождает от необходимости знать некоторые факты. Ко мне часто приходят люди, которые хотят, чтобы я посмотрел их бизнес-план и сказал, что ждет их бизнес. К сожалению, очень часто мне нечем их обнадежить. Приведу некоторые наиболее частые ошибки, с которыми мне приходится сталкиваться.

Детальность, честность и своевременность

КАК ВЫ УЖЕ ПОНЯЛ И, ПЕРВАЯ РОКОВАЯ ОШИБКА – ЭТО НЕСЕРЬЕЗНОЕ ОТНОШЕНИЕ К БИЗНЕС-ПЛАНУ.

Он нужен не инвесторам, а самому предпринимателю. Поэтому писать его нужно с максимальной степенью детализации, настолько подробно, насколько это возможно. Чтобы даже достаточно далекий от темы человек мог построить по нему бизнес, просто следуя инструкциям.

Вторая ошибка – самообман в ответах на ключевые вопросы. Не нужно подгонять план под свои иллюзии и пугать гипотезы с фактами.

Иногда честный ответ говорит о том, что бизнес вообще не состоится. Основатель не квалифицирован, у него нет конкурентного преимущества. Быть честным с самим собой очень сложно. Когда ты потратил на какой-то проект свое время, часть своей жизни, остановиться трудно. Мы не все доросли до этого. Мы увлекаемся. Нам кажется, что мы всё сможем, и я сам был таким.

Мы врем в первую очередь самим себе. На многие сложные вопросы мы придумываем легкие ответы. И самое печальное, что мы реально начинаем думать, что так и есть. То есть мы вроде как честны, никого не обманываем, но находимся в плену собственной иллюзии, и в итоге с остервенением доказываем что-то другим людям. Порой у нас это получается, инвесторы дают деньги и разочаровываются.

Третье – бизнес-план не константа, он никогда не бывает идеальным и работает только определенное время. Большая ошибка – не корректировать план, уверовав в свои прошлые победы.

Сколько живет бизнес-план? Это зависит от циклов бизнеса, которые зависят от циклов продаж и создания продуктов. Если вы выпускаете софт, который нужно обновлять раз в полгода, то нужно внимательно смотреть на рынок, конкурентов, которые движутся с такой же скоростью. Если это гироскопы, где цикл производства новой технологии примерно 10 лет, то требуется немножко другая модель поведения. Бизнес-план будет актуален годами.

Нужно предвидеть, что делают твои конкуренты, смотреть, что они патентуют. Ты можешь сохранить конкурентное преимущество, только если будешь всегда чуть-чуть впереди конкурентов, чтобы они тебя все время догоняли.

Конкуренты всегда будут пытаться делать то же самое. Ключевой вопрос: насколько твое конкурентное преимущество изначально сильнее и мощнее? Когда люди начинают копировать твою бизнес-модель, преимущество может уменьшаться именно за счет того, что кто-то делает то же самое. Тебе всегда нужно находить следующий уровень.

Чем больше у предпринимателя понимание потребностей рынка, тем более качественный и долгосрочный бизнес-план он может создать.

Итоги: как заложить основу для бизнеса

1 БИЗНЕС-ПЛАН – ЭТО ЧЕСТНЫЕ ОТВЕТЫ НА КЛЮЧЕВЫЕ ВОПРОСЫ

Что из себя представляет рынок и кто потребитель?

Какой продукт необходим рынку?

Какую команду нужно собрать, чтобы создать этот продукт?

Какие финансовые ресурсы необходимы?

Как мы будем производить продукт и выводить его на рынок?

Какой будет бизнес-модель поведения на рынке?

В чем конкурентное преимущество компании?

2 ВСЕ ВОПРОСЫ ВЗАИМОСВЯЗАНЫ, И ОТВЕТЫ НА НИХ ЧАСТО ВЫТЕКАЮТ ОДИН ИЗ ДРУГОГО

Вопросы надо задавать от рынка, а не от продукта. Когда вы описываете рынок, вы понимаете своего потребителя. Когда описываете потребителя, вы понимаете, какой ему необходим продукт. Когда понимаете продукт, осознаете, какие необходимы команда и финансовые ресурсы. Короче говоря, когда вы идете от источника, ответы на все остальные вопросы появляются более-менее закономерным образом. Если же вопрос изначально поставлен неправильно, то та же логика приведет вас к совершенно неверным выводам.

3 ВОПРОСЫ ПОБУЖДАЮТ К ДЕЙСТВИЮ

Когда раскладываешь все по полочкам, становится понятно, каких знаний не хватает. То есть по мере разработки бизнес-плана требуется все больше конкретизации. Ты не просто задаешь вопросы, ты должен понимать, какие конкретно шаги помогут тебе на него ответить. Бизнес-план – это инструкции по реализации придуманной идеи. Бизнес-план отвечает на вопрос, как ее воплотить в жизнь. Вопросы должны быть сформулированы так, чтобы ответы транслировались в какие-то конкретные действия. Ответы на вопросы должны быть максимально конкретны: идти туда, делать то-то.

4 НИКАКОЙ ОТВЕТ НЕ ЯВЛЯЕТСЯ АБСОЛЮТНОЙ ИСТИНОЙ И НЕ ОСТАЕТСЯ ПРАВИЛЬНЫМ НАВСЕГДА

Всегда надо закладывать в план вариативность на случай, если мы где-то ошиблись. Рынки и люди все время меняются, и, даже если мы все правильно рассчитали или угадали в начале пути, со временем наши представления о них могут отклониться от истины. Нужно найти в себе силы это признать и пересмотреть весь план целиком. Чем больше мы ошиблись изначально, тем сильнее будет коррекция при реализации. Признаться самому себе, что был не прав – тяжело. Но лучше сделать это в самом начале пути. Честность – это антижадность. Когда ты «выключаешь» страх, отвечая на некомфортные вопросы, ты резко поднимаешься над ситуацией и можешь найти необычные решения

Часть 3
Кризис кадров

Глава 5
Как нанять и удержать лучших людей

СТАРЫЙ СОВЕТСКИЙ ЛОЗУНГ «КАДРЫ РЕШАЮТ ВСЕ» ТОЧНО ОТРАЖАЕТ СУТЬ ПРОИСХОДЯЩЕГО В БИЗНЕСЕ. БЕЗ ЛЮДЕЙ ЛЮБОЙ БИЗНЕС-ПЛАН – ЭТО ПРОСТО БУМАЖКА. ОЧЕНЬ ЧАСТО КОНКУРЕНТНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО СТРОИТСЯ НА КОМАНДЕ, А ДЛЯ СОЗДАНИЯ КОМАНДЫ ВСЕ СРЕДСТВА ХОРОШИ. В КАЧЕСТВЕ ИЛЛЮСТРАЦИИ ЭТОГО ТЕЗИСА РАССКАЖУ, КАКИЕ ЛЮДИ СТОЯЛИ У ИСТОКОВ INNALABS, ГДЕ Я ИХ НАШЕЛ И КАК УДЕРЖАЛ.

Украинский ступор

ГЛОБАЛИЗАЦИЯ ПРЕВРАТИЛА МИР В ТЕРРИТОРИЮ С ГЛУБОКОЙ СПЕЦИАЛИЗАЦИЕЙ.

Германия, к примеру, хороша в крупноузловой механике (автомобили, турбины, поезда), Италия – страна дизайнеров, и не только одежды: большинство автомобилей производимых в мире, нарисованы итальянцами. Французы хороши в парфюмерии и еде, китайцы – в производстве. Когда вы создаете инновационный бизнес, вам нужны люди с глубоким уровнем компетенции. Перед вами стоит нетривиальная задача – собрать лучших специалистов, привлечь их в свой проект и умудриться создать сплоченный коллектив из представителей разных народов и культур. И первый вопрос, который возникает в этой связи, – где же искать тех, из кого вы будете собирать свою звездную команду?

Компания Innalabs началась в Новосибирске с идеи трехмерной мышки на основе ферромагнитной жидкости. Как я уже рассказывал ранее, силы рынка сами скорректировали траекторию нашего развития, – благо, к тому времени я был достаточно умудрен опытом, чтобы увидеть эти знаки. Находясь в активном поиске решения вставшей перед нами задачи, я нашел в Киеве инженеров, которые работали по американскому гранту на компанию Northrop Grumman и создавали новую модель твердотельного вибрационного гироскопа. Сотрудничество у них не задалось, Northrop ушел, а у украинцев остались идея и прототип, требующий огромных дополнительных финансовых вливаний. Мы купили технологию и дали денег на создание промышленного образца.

Через год гироскоп был собран, но вот проблема – из пяти образцов работал только один. Почему – непонятно. Прошел еще год, ситуация не поменялась. Инженеры объясняли, что все нормально, так устроен процесс разработки. Стал разбираться и заметил, что каждые полгода получаю от них один и тот же бюджет, скопированный с того, что получал раньше. И туг до меня наконец дошло, что происходит, – эти люди просто ходят по кругу. Они как ученые понимают базовые, физические принципы работы прибора и способны концептуально подтвердить работоспособность построенного на них изделия при помощи лабораторного образца. Но в технологических вопросах у них нет компетенций. Они знают, как разрабатывать и проверять теории, но не умеют развивать и отрабатывать технологию. А без этого дальше не продвинуться – вот они и топчутся на месте.

Я сел в самолет и объехал полмира. Поговорил со всеми главными инженерами, владельцами предприятий, которые выпускали гироскопы. С американцами, русскими, французами, немцами. И все мне сказали одно и то же: «Дмитрий, тебе нужно начать производство. В лаборатории ты точное приборостроение запустить не можешь».

Когда я приехал в Киев и предложил запускать производство, мне стало окончательно понятно, что разработчики вообще не понимают, о чем идет речь. Это ученые, а не технологи. Они могут превратить физический принцип в лабораторный образец, но это потолок того, что они могут сделать руками. После напряженных поисков я убедился, что на Украине вообще отсутствуют нужные мне люди. Возможно, они есть в России. Правда, все они работают на оборонных предприятиях, и у них зашкаливающий гриф секретности. Но об этом я узнал, как говорят американцы: The Hard Way…

Лубянка и французский заговор

ПРОБЛЕМА НАШЕГО ПРИБОРА БЫЛА В ТОМ, ЧТО ПАРАМЕТРЫ ЕГО РАБОТЫ ОЧЕНЬ СИЛЬНО ЗАВИСЕЛИ ОТ ТЕМПЕРАТУРЫ.

Причем настолько, что как термометр он оказался чуть ли не более точным, чем гироскоп. Стали разбираться – нашли книгу по термомоделированию гироскопов. Книга была написана советским/российским инженером, который очень подробно изложил модели термических процессов, влияющих на работу гироскопов.

Я вызвонил его в Москве и предложил встретиться. Привез его книжку, чертежи своего гироскопа и предложил помочь нам. На что получил ответ, что сначала он должен попросить разрешение на работу со мной у руководства своего института. Я слышал, что в российских институтах так устроено, и не придал этому никакого значения, ну надо так надо.

Через две недели, как раз когда я был в Америке, мне позвонили с незнакомого номера. Строгий голос в трубке представился майором ФСБ и сообщил мне, что я должен завтра явиться на Лубянку для дачи каких-то объяснений. Пришлось объяснить майору, что нахожусь на территории Соединенных Штатов и прибыть к нему смогу в лучшем случае через месяц, когда вновь буду в Москве.

Через месяц я таки явился по указанному адресу, к немалому удивлению его обитателей. После входа и сдачи паспорта ощущение было не самое приятное: толстые двери, железные решетки, хмурые лица – все как положено. Так что зайти-то ты можешь, а вот сможешь ли выйти – еще вопрос.

Со мной разговаривали два офицера в гражданском. Смысл вопросов был прост: каким образом я вышел на того самого инженера, который, как выяснилось, имеет столь высокий уровень секретности, что само его существование – суть страшная государственная тайна? Пришлось показать им книжку, которую я, к слову, купил в обычном магазине, и объяснить, что никаких грифов на ней не стоит, что про его засекреченность я ничего не знал, ни о чем конкретном я его не спрашивал, а он – ничего такого и не рассказывал. На этом дело, собственно, и закончилось. А заодно – и мой интерес к российским специалистам. Стало совершенно очевидно, что здесь у меня конкурентного преимущества не будет никакого. Однозначно. Даже если и смогу что-то делать, то точно не смогу заполучить специалистов высокого класса. А это мой принцип – находить звезд.

К тому времени я хорошо понимал, что мне нужно найти компанию, которая умеет качественно делать гироскопы подобного типа. Единственным вариантом была французская Sagem (часть группы Safran). Она делала гироскоп Quapason, который поставлялся производителю навигационного оборудования Thales, а эта компания, в свою очередь, производит навигационные системы для всех ключевых авиастроителей.

Я договорился с руководством Sagem о встрече. У меня вообще никогда не было проблемы заходить в парадную дверь к самым серьезным людям. Объяснил, что у меня есть отличный гироскоп, который в тысячу раз точнее того, что делают они. Я предполагаю, что по технологии производства они похожи. У меня есть все патенты, есть прототип, но я не умею его производить, боюсь, что потрачу много лет на это. Давайте сделаем совместное предприятие?

Конечно, они были «не против». Настолько не против, что у меня практически с первой секунды возникло нехорошее подозрение – больно гладко все пошло, нет ли подвоха? И точно – время шло, а дело, несмотря на заверения в неизменном почтении, не двигалось. И туг я узнаю, что они подали патент на похожую технологию практически на следующий день после того, как я к ним пришел и рассказал про свою затею. Два и два сложить – похоже, ребятки хотят технологию взять, а меня – аккуратно слить.

В Sagem был ведущий инженер Жозе Биетиа, который как раз руководил проектом Quapason и запускал его в производство. Я привез его в Киев, чтобы он посмотрел на нашу разработку. Его вердикт был таков: «Дмитрий, ты не понимаешь, что у вас есть. Это настоящее произведение искусства. Абсолютно симметричная конструкция гироскопа позволяет получать невероятные показатели точности и не требует сложной балансировки. В Quapason немного другая технология, там используется два несимметричных камертона. За счет конструкции точность вашего прибора в тысячу раз выше, а себестоимость примерно такая же».

Тем временем переговоры о создании СП зависли – стало ясно, что французы уже все увидели и теперь потихоньку будут от меня избавляться. Наступила моя очередь делать ход конем. Я тоже увидел все, что требовалось, и понял, что мне нужен Жозе, а не Sagem. Это в его голове хранились все знания об ошибках, которые были допущены французами в процессе производства. А это – невероятно дорогие ошибки.

Простой пример. Чтобы гироскоп вибрировал с нужной частотой, ему задаются импульсы с помощью пьезокерамики, которая нарезается пластинами. Мы их резали с помощью алмазной пилы. Но Жозе, когда увидел это дело, сразу сказал:

– Нет, парни, так дело не пойдет. Только лазером! Иначе пойдут трещины. – С чего вдруг? – говорим. – Мы под микроскопом смотрели – никаких трещин. Все идеально. – Все верно, от алмазной пилы никаких трещин не будет – поначалу. А вот через шесть месяцев они появляются и гироскоп выходит из строя. Мы пять лет не могли понять, в чем дело. Поставляем изделия клиентам, но ровно через полгода к нам прилетают претензии. Поэтому только лазер! Вы можете себе представить, сколько стоит одна эта фраза? Вот что значит работать со «звездами» – он одной фразой сэкономил нам 5 лет и $10 млн. И таких историй внутри производственных процессов было много. Он просто говорил: «Надо делать так, так и так». И через три месяца мы сделали десять гироскопов, и все работали. Черт его знает, как и почему, но работали. Его знания оказались абсолютно уникальны и бесценны. После не очень долгих обсуждений условий Жозе стал главным инженером компании «Инналабс» и остается им уже на протяжении десяти лет.

Почему Ирландия?

СОБРАТЬ ДЕСЯТЬ РАБОТАЮЩИХ ГИРОСКОПОВ – ЭТО ТОЛЬКО НАЧАЛО.

Жозе мне объяснил: «Дмитрий, вот эти все люди, которые у тебя работают, они ничем помочь не могут уже. Необходимо производство, нужны другие специалисты». На Украине их просто нет. К тому же в стране уже витало нехорошее предчувствие 2014 года – народными массами постепенно овладевало состояние «нам все должны». Звучит странно, но чуйка всегда спасала меня в таких ситуациях. Я понял, что пришел срок переезжать. Но куда?

В активе у меня есть один звездный человек, который все поменял, но теперь нужно найти место, где могу поставить производство. Понятно, что гироскопы можно производить только с прицелом на мировой рынок. Если я начну в России, мне будет очень тяжело продавать это западным компаниям. Если начну в США, то попаду под целую серию законов, которые запрещают американским компаниям продавать подобную продукцию различным неблагонадежным, сточки зрения Дяди Сэма, странам. Становится понятно, что нужно найти нейтральное место, где инвестор избавлен от подобных проблем.

Этим местом стала Ирландия. Еще 35 лет назад она была фермерской страной, захолустьем Европы. Однако власти приняли решение об индустриализации и за короткое время превратили ее в европейский Тайвань: открыли границы, практически обнулили налоги и дали бесплатную землю инвесторам. Конечно, туда пошли транснациональные компании. Страна географически находится очень удобно для экспансии американских компаний в Европу. При этом они говорят по-английски, и половина американцев считают, что у них ирландские корни.

Когда пришли транснациональные корпорации и поставили там свои заводы, стала развиваться инфраструктура обслуживания данных предприятий в виде субподрядчиков, появилась производственная культура. На руку нам было и то, что в стране в огромном количестве выпускалась компьютерная и медицинская техника – на таких предприятиях высокий уровень стандартизации и контроля качества. Были, однако, и минусы: например, в стране нет фундаментального образования с точки зрения гироскопии, навигации и чего-либо, с этим связанного. Еще для нас было важно, что это нейтральная страна. Практически как Швейцария. С той лишь разницей, что армии практически нет (вся государственная авиация Ирландии – это два вертолета, которые регулярно используются в спасательных операциях в море). Даже у полицейских нет оружия, только баллончик с газом и наручники. Но главное – нет геополитических амбиций и связанных с этим издержек.

К тому же в 2011 году после дефолта там все лежало на боку, и мы могли выбрать практически любое здание за очень умеренную плату. Кстати, большая проблема была связана с тем, что некоторые строения от длительного простоя пришли в упадок, и поэтому нам нужно было найти предприятие, которое закрылось недавно, и здание еще не успело обветшать. С этим помог следующий ключевой член команды – Джон О'Лири.

Человек с командой

ЧТОБЫ ЗАПУСТИТЬ ЗАВОД, МНЕ НУЖЕН БЫЛ ДИРЕКТОР ПО ПРОИЗВОДСТВУ.

Жозе – инженер и изобретатель, но производство требует своих знаний-технологий и методик производства. И мы нашли в Ирландии парня, который профессионально этим занимался: в разных местах мира он запускал заводы медицинского оборудования и компьютеров. Он работал на американского производителя, который как раз закрывал в этот момент свои офисы и переезжал в более дешевую страну. Джон предложил нам занять здание, где как раз сворачивал производство. Поэтому все произошло очень быстро.

Когда ты находишь человека, который действительно хорош в своем деле, обычно за ним стоит команда. У настоящего лидера всегда есть соратники. И Джон в кратчайшее время подтянул инженеров, закрывших полный цикл производства. Не говоря о том, что он сэкономил нам минимум полмиллиона долларов на рекрутерах, Джон сэкономил еще с десяток миллионов благодаря сокращенному времени запуска самого производства и отсутствию брака.

Ровно то же произошло и с нашей инженерной командой по навигации. Как только мы приземлились в Ирландии, Жозе пригласил своих соратников, которые, забегая вперед, сделали «Инналабс» лидером отрасли в сроки, ранее неслыханные в этой индустрии. Сейчас в компании Innalabs в Ирландии работают люди 13 национальностей: русские, украинцы, латыши, поляки, ирландцы, британцы, французы, испанцы, китайцы…

Что же такое производство? Производство – это алгоритм. Это повторяемая методология, которая позволяет создать качественный продукт. Каждая отдельная операция, отдельная деталь имеет свою спецификацию. Спецификацию на все: материал, метод обработки, метод контроля, упаковки и так далее. Каждая отдельная деталь имеет в своем атрибуте множество инструкций, однозначно и четко объясняющих, как она делается. Даже если эта деталь производится сторонним подрядчиком.

В теории все звучит красиво, логично и убедительно, но вот на практике… Даже с такими высокопрофессиональными людьми, организация производства заняла у нас два года. Временами мне хотелось всех перестрелять. Но в итоге они создали настоящий «космический корабль». Сегодня в Innalabs используется огромное количество автоматизированных станций, которые работают как конвейер. Это роботы, которых мы разработали и создали внутри компании. Они уникальные. Уровень брака на производстве у нас не превышает 1 %, в то время как у Sagem на проекте Quapason – 30 %. И это при том, что французы занимаются этим уже лет 20. В мире предприятий, которые делают точные приборы, с таким низким уровнем брака больше нет. У нас за множество лет была одна-единственная поломка у клиента. Ито – потом, после разборки, выяснилось, что клиент перепутал полюса питания и сжег плату. Мы туг же поставили систему защиты от дурака, чтобы этого больше никогда не происходило.

Вывод из всего вышесказанного, я думаю, очевиден – нанимая самых лучших, ты сам становишься лучшим. Это дороже, но профессионал, которому ты платишь в три раза больше, сделает в 10 раз больше середняка. Такой человек сэкономит вам кучу денег и времени на рекрутинге и вообще на HR. Но самое важное – шанс достичь вашей мечты резко увеличится! Поэтому сильные не нанимают посредственность – если вы хотите достичь звезд, вы должны нанимать звезд.

Женщины и амбиции

В ЭТОМ МЕСТЕ У ВАС НАВЕРНЯКА ВОЗНИК ЛОГИЧНЫЙ ВОПРОС: КАК МНЕ УДАЛОСЬ ПРИВЛЕЧЬ В СВОЮ КОМАНДУ ТАКИХ ВЫСОКОКЛАССНЫХ ПРОФЕССИОНАЛОВ, КАК ЖОЗЕ И ДЖОН?

Почему они вдруг поверили совершенно неизвестному парню из России, который решил с нуля создать высокотехнологичное производство, причем сделать это в стране, где до сих пор ничего подобного не делалось, да и во всем мире таких предприятий – считаные единицы? Причем поверили настолько, что Жозе, к примеру, ушел с весьма высокооплачиваемой работы, где он занимал не последнюю должность, фактически в стартап. Как вообще можно убедить таких людей пойти за тобой?

Ответ прост – вы должны понять этих людей. У каждого человека есть принципы и убеждения, мечты и амбиции. Есть у них слабости и страхи, проблемы и болевые точки. Все люди стремятся к счастью, но у каждого оно свое. Если вы поймете, в чем оно состоит для них, и покажете, что вместе с вами они смогут его достичь, вы получите лояльных соратников. Но вы должны искренне интересоваться ими и стремиться помочь им состояться.

При этом ситуации могут быть самые нестандартные. К примеру, как только я стал общаться с Жозе, выяснилось, что у него серьезные проблемы в семейной жизни. Отношения с женой были плохие, брак фактически находился в состоянии медленного, но мучительного распада, и бедняга очень переживал по этому поводу. Поэтому переезд в Киев был для него облегчением и возможностью как-то отвлечься от тяжелых мыслей.

Чтобы смена обстановки не стала культурным шоком, мне пришлось взять на себя вопросы, которыми обычно работодатель не занимается вообще, вплоть до каких-то бытовых задач вроде решения вопросов с квартирой и организацией культурно-развлекательной программы. Делать было нечего – мне нужен был гироскоп, и я не мог себе позволить, чтобы его голова была занята какими-то посторонними задачами. Поэтому я сказал ему: «Жозе, реши мою проблему с гироскопом, а все твои проблемы решу я».

В том числе благодаря моим усилиям его интеграция в украинскую действительность прошла без проблем. Он быстро освоился, обзавелся связями, стал знакомиться с девушками и через какое-то время женился на украинке. И живет счастливо с тех пор, уже и дети есть.

Была у него и другая проблема. Несмотря на то что ему нравилось работать в Sagem, парень давно перерос должность, которую он там занимал. С точки зрения своих компетенций и заслуг, он мог претендовать на повышение, но в компании, как и во всякой крупной корпорации с развитой иерархией, вопрос зависел не столько от реальных достоинств претендента, сколько от наличия вакансий, корпоративных процедур и негласных правил. Это обстоятельство, конечно, тоже являлось для него источником фрустрации.

И я сказал ему: «Жозе, теперь ты – главный инженер. Никаких больше начальников. Давай „сделаем" Sagem».

И мы ведь «сделали» – отобрали часть контрактов Thales, переманили других клиентов. Все, что для этого требовалось, – вселить в человека веру в себя, помочь раскрыться. Увидеть его струнки, понять, чего он хочет от жизни на самом деле. Банально, но факт – чаще всего это не деньги. И даже если ему самому кажется, что это деньги, на поверку часто оказывается, что с их помощью он хочет решить какую-то другую проблему.

С ключевыми людьми нужно работать в индивидуальном порядке. Вплоть до того, чтобы помогать им обустраивать личную жизнь. Ведь это основа твоего бизнеса. В небольших командах, где велика доля личного общения, это получается проще, но даже во многих крупных компаниях в отношении талантливых сотрудников работает та же самая парадигма. Без работы лидера со своей командой, без создания условий для этих людей никаких настоящих прорывов не получится.

У нашего СЕО Джона была другая проблема. Несмотря на то что он обладает колоссальным экспертным опытом в области организации производства и очень компетентный руководитель, но никогда не оканчивал университет и не имеет высшего образования. И по этому поводу он очень комплексовал. Однако для меня это не имело никакого значения – я видел, что он может на самом деле. Поэтому я доверил ему руководство всей компанией – за его знания, а не за диплом. Именно это произвело на него решающее впечатление, поэтому он работает с полной самоотдачей, даже не помышляя о том, чтобы куда-то уходить.

Так что повторю свою мысль еще раз: для того чтобы набрать звездную команду, вовсе не обязательно предлагать сотрудникам астрономические зарплаты. Важнейшая задача лидера – понимать людей и найти самые важные мотиваторы для каждого конкретного человека. И если вы их нашли – они ваши.

Опцион для продавца

ИЗ ПРЕДЫДУЩЕГО РАССКАЗА У ВАС МОГЛО СЛОЖИТЬСЯ ВПЕЧАТЛЕНИЕ, ЧТО ПОДХОД К ФОРМИРОВАНИЮ КОМАНДЫ, КОТОРЫЙ Я ПРИМЕНИЛ В INNALABS, БЫЛ ОБУСЛОВЛЕН СПЕЦИФИКОЙ СЛОЖНОГО ВЫСОКОТЕХНОЛОГИЧНОГО ПРОИЗВОДСТВА, В КОТОРОМ СПЕЦИАЛИСТЫ ВЫСОКОГО КЛАССА – НА ВЕС ЗОЛОТА И ПОТОМУ ТРЕБУЮТ ОСОБОГО ОБРАЩЕНИЯ.

Отчасти это справедливо, но сам подход – универсален и применим абсолютно в любом бизнесе. Мастерство безгранично, и свои «звезды» есть в любой предметной области. И точно так же факт их наличия в вашей команде зачастую может решить судьбу вашего бизнеса.

В качестве еще одного примера расскажу, как я искал таких людей для другого проекта, далекого от космических технологий, – компании «8 вершин».

Это достаточно простой, по сравнению с производством гироскопов, бизнес по производству питьевой воды. Российский рынок воды невелик, и между производителями существует жесткая конкуренция, поэтому я поставил стратегическую цель – выйти на зарубежные рынки. У меня уже был налажен первичный контакт с зарубежными дистрибьюторами, но требовался человек, который мог бы возглавить это направление.

Каким образом я его искал? Начал я с того, что изучил компании, которые занимаются водой. Например, IDS Borjomi, «Нарзан» и много-много игроков поменьше. Логично было предположить, что именно там и есть нужные мне люди, которые знают абсолютно все, что связано с производством, и всех, кто имеет отношение к продаже воды.

Почему мне было важно найти именно таких «звезд»? Потому что такой человек уже обладает нетворком и репутацией. Мне, чтобы вывести продукт на рынок, придется потратить время и немалые деньги для того, чтобы выявить ключевых покупателей, донести до них информацию о моем продукте и убедить его купить. Но ему для решения этой же задачи достаточно будет сделать всего несколько звонков.

Однако найти – это лишь начало истории. Самый сложный вопрос – как его нанять? Если он работает в крупной корпорации, то наверняка у него будет хорошая должность и солидный оклад. По какой такой причине он пойдет ко мне, новичку на рынке, который предлагает никому не известный продукт?

Но такие вопросы имеют смысл лишь тогда, когда они предметны, то есть, когда вы нашли подходящую кандидатуру и анализируете конкретную ситуацию. На стадии поиска задаваться ими бессмысленно. Поэтому я методично продолжал изучать ключевых игроков и познакомился со множеством людей. Пока наконец не нашел подходящего человека, который возглавлял продажи в одной из компаний высшего эшелона.

И в конечном счете нанял его. На руку мне сыграло то, что в его компании он уже фактически перерос свою должность, но продвинуться дальше не мог, несмотря на наличие колоссального опыта и знаний. Дело в том, что СЕО компании – это сам владелец, соответственно, его позицию занять было невозможно. Я же предложил ему и позицию руководителя, и опцион в компании. Переговоры шли долго, но в итоге мне удалось его убедить.

Теперь он управляет финансами, может на них повлиять и в итоге может заработать гораздо больше, чем если бы работал просто за зарплату.

Итоги: как найти и нанять лучших людей

1 ЛЮДИ РЕШАЮТ ВСЁ Никакая бизнес-идея не станет реальностью без команды. Люди – это настоящее конкурентное преимущество, которое очень сложно повторить. Поэтому хотя бы на ключевых направлениях должны работать самые лучшие люди. Когда ты нанимаешь лучших, то получаешь невероятные результаты. Это может быть дорого, но куда больше денег можно потратить на ошибки, которые совершат неправильные люди.

Эти люди обязательно есть на рынке. Не можешь найти самого топового – идешь ниже, нанимаешь их замов, как это было с «Нарзаном». Человек на вторых ролях обычно больше рвется в бой. Можно искать людей из смежных структур. Джон О'Лири никогда не занимался производством гироскопов, но он выпускал медицинскую технику, требования в которой, пожалуй, еще более жесткие.

2 НАЕМ КАЧЕСТВЕННОГО ЧЕЛОВЕКА – ЭТО КОЛОССАЛЬНАЯ ЭКОНОМИЯ ДЕНЕГ

Во-первых, это невероятное увеличение шансов на успех и сокращение количества ошибок.

Во-вторых, если это правильный человек, он сможет набрать под себя команду. Ты, заплатив ему, сэкономишь огромное количество времени и денег на рекрутинге. Если этим будет заниматься внутренний или внешний HR, то ты будешь все время платить за их ошибки. Не только за то, чтобы нанять этих людей, но и за то, чтобы их уволить, когда выяснится, что они не подходят. Избавиться от людей во многих юрисдикциях дороже, чем их нанять!

3 КАК НАНЯТЬ САМОГО ЛУЧШЕГО

Нужно найти компанию, которая делает то, что тебе нужно, лучше всех. Узнать, кто в этой компании занимается нужной тебе темой, и затем рекрутировать этого человека. Чтобы он согласился, нужно понять мотивацию человека, его боли. Просто предложить больше денег – не всегда работает и очень «неустойчиво» во времени. Куда интереснее привлечь человека решением амбициозных задач.

4 РОЛЬ РУКОВОДИТЕЛЯ

Любой лидер должен понимать свои личные ограничения. Я, к примеру, очень плохо справляюсь с рутинной работой. У меня не хватает терпения. Я хорошо чувствую стратегические задачи, составляю бизнес-планы, но, когда дело доходит до рутины, сдуваюсь. У меня спринтерские задачи. Я хорошо чувствую себя в ситуациях неопределенности, требующих постоянной креативности. Поэтому я запускаю проекты, а затем передаю команде, которая может работать по инструкции.

5 НЕ НУЖНО ПОДГОНЯТЬ ЛЮДЕЙ ПОД ДОЛЖНОСТЬ

Часто бывает, что есть хороший человек – знакомый или просто симпатичный вам по какой-то причине, и вы начинаете подгонять его под конкретную задачу. Придумываете для него должность и задачи. Это путь в никуда. Какой бы человек ни был клевый, если нет под него задачи, он вам не нужен. Это большая ошибка, которая демотивирует весь коллектив и разрушает бизнес

Глава 6
Команда мечты

Книга джунглей

КАКИМИ БЫ БОЛЬШИМИ ПРОФЕССИОНАЛАМИ НИ БЫЛИ ЛЮДИ В ВАШЕЙ КОМАНДЕ ВАЖНО НЕ ТОЛЬКО ИХ НАЙТИ, НО И ОБЪЕДИНИТЬ.

Особенно если вы нанимаете «звезд», которые критически важны для вашего бизнеса и к которым по определению необходим индивидуальный подход. Есть множество теорий организации эффективных команд – их так много, что только для перечисления основных тезисов самых популярных из них придется написать отдельную книгу.

Поэтому я расскажу вам свою, которую я когда-то подсмотрел у очень интересного человека – Алексея Меняйлова. Она не претендует на полноту и исчерпывающий характер, но проста, наглядна и позволяет донести суть. И, главное, проверена практикой. Мои аналогии строятся на «Книге джунглей» Редьярда Киплинга – мне в детстве очень нравилась эта сказка. Как и многие другие проверенные временем шедевры, она строится на очень достоверных с психологической точки зрения персонажах, представляющих собой архетипические, собирательные образы реально существующих людей. У каждого персонажа этой сказки есть свой набор уникальных черт, по которым вы легко узнаете их в себе или в людях, с которыми работаете.

Как вы, наверное, помните у Маугли было четыре товарища, четыре основных персонажа, которые составляли его команду поддержки: удав Каа, пантера Багира, медведь Балу и волк Акела. Так получилось, что все четыре персонажа удачно описывают четыре типа людей, которые нужны для того, чтобы ваша организация была успешной. Итак, каковы их особенности и чем именно они могут быть полезны?

Каа – генератор идей

КАА – ЭТО УДАВ, КОТОРЫЙ ВСЕ ВРЕМЯ ЧТО-НИБУДЬ ГОВОРИТ, ТОЧНЕЕ-ВЕЩАЕТ.

На каждый повод или даже без повода у него есть интересное воспоминание, неожиданный факт или глубокомысленное замечание. К сожалению, не всегда понятно, что конкретно он имеет в виду и как воспользоваться его информацией, но создается впечатление, что он очень мудрый и хочется прислушаться к его советам.

В команде Каа – это генератор идей. Незаменимая роль, особенно на старте проекта. Только Каа в ответ на простой вопрос (а иногда – и без такового) может выдать по-настоящему великую мысль. Проблема заключается в том, что мысли он выдает постоянно, но далеко не все из них – великие. В голове у него – колоссальный объем информации, которую он обрабатывает по одному ему ведомым правилам, с неопределенной вероятностью выдавая на выходе как гениальные идеи, так и полный бред. Главная трудность в общении с Каа – отличить одно от другого.

Распознать Каа достаточно просто. Это человек, который питается информацией. Он постоянно что-то читает, наблюдает, слушает, задает вопросы. У него прекрасная память и развитые аналитические способности – он не просто запоминает факты, но умеет и любит делать на их основе обобщения и выстраивать теории. Также он испытывает потребность делиться накопленными знаниями – поэтому Каа обычно очень любят что-нибудь рассказывать и готовы делать это по любому поводу. Невозможность это сделать, как и отсутствие доступа к новой информации, они переносят очень плохо.

Говоря формально – Каа потребляет конкретную информацию (факты), а в ответ выдает информацию абстрактную (идеи).

Идеи Каа зависят напрямую от той информации, которую он получает. Если поток фактов резко меняется – Каа может выдать идеи, которые кардинально отличаются от предыдущих. Поэтому важно помнить, что Каа не всегда имеет полную информацию, и это сильно влияет на его выводы.

Важно понимать, что, если кто-то начнет воспринимать эту абстрактную информацию от Каа как конкретную, жди беды. Если пытаться реализовывать каждую его идею, то вероятность выживания компании стремится к нулю. Каа умны, рассудительны, харизматичны и потому часто выбиваются в руководители, но, если в команде нет никого, кто умеет отфильтровывать его идеи и отправлять в реализацию только идеи-победители, в компании наступают хаос и коллапс.

Типичный Каа – Илон Маск. Его идеи настолько фантастичны, что, несмотря на неоднократное исполнение данных им обещаний, его постоянно подозревают то в сумасшествии, то в гениальности, то в мошенничестве. Но как раз потому, что его компаниям последовательно удается воплощать его абстракции в отличные продукты, можно сделать вывод, что в его команде есть как минимум один такой человек-фильтр. Назовем его.

Багира – фильтр и интуит

ЕСЛИ ВЫ ПОМНИТЕ, У БАГИРЫ БЫЛА ТАКАЯ ИНТЕРЕСНАЯ ОСОБЕННОСТЬ:

в разгар событий она внезапно появлялась из ниоткуда и делала какой-нибудь неожиданный комментарий по поводу чьих-то слов или поступков. Или лежала где-нибудь неподалеку от места действия, не обращая внимания на происходящее. Словом, не принимала участия в событиях, но в какой-то момент реагировала, причем – непредсказуемым образом.

В оригинальной «Книге джунглей» Киплинга, Багира – это самец, однако в русском переводе ее сделали самкой. И получилось, надо сказать, очень правдоподобно с психологической точки зрения, потому что такой тип реакции очень женский. Женщины, как правило, имеют мощнейшую интуицию. Мужчины часто переоценивают силу логических умозаключений, но у женщин есть другие инструменты для поиска ответов на вопросы, подчас гораздо более быстрые и эффективные.

Верная идея вызывает у Багиры резонанс. Это можно назвать просветлением, но с противоположным знаком – идея обычно подвергается критике, причем критике эмоциональной, не поддающейся логике.

Как раз на этот счет и придумана поговорка «Послушай женщину и сделай наоборот».

В реальной жизни Багирой может быть и мужчина – интуиция бывает не только у женщин. Это ценная находка и большая редкость в коллективе, такого человека сложно найти и еще тяжелее терпеть. Но, если он есть, вы получаете нерыночные преимущества. Вы сможете обыграть противников, которые полагаются только на разум. Вы получаете безошибочный «прямой доступ» до источника знаний, срезая огромный «крюк» логики, ошибок и поражений.

Функцию Багиры очень хорошо выполняют публичный рынок и связанная с ним активность медиа. Обычно информационное пространство заполняет «белый шум» – бессодержательные и бессмысленные переливания из пустого в порожнее. Но вдруг все как по команде набрасываются на чью-то идею, чье-то действие. Причем совершенно не ясно, почему все на нее ополчились. Внимание, посвященные, – обратите на эту идею внимание, это будущий единорог! Вспомните, как обычно встречают очередные заявления того же Илона Маска! Или как поднимали на смех Стива Джобса, когда он представлял идею первого Iphone? Это не только примета нынешнего времени – точно так же пресса реагировала не первый паровоз Стефенсона, фонограф Эдисона или первый телефон Александра Белла.

Другое дело, что использовать рынок в качестве фильтра для ваших идей, – долго и дорого. Именно поэтому Багира – настоящая находка для компании. Она нужна для одной-единственной цели: чтобы какую-то уникальную идею не пропустить и не заниматься проигрышными проектами. Она экономит огромное количество времени и денег.

К сожалению, Багиры встречаются очень редко. У меня, например, никогда не было Багиры в бизнесе, зато была дома. Помню, когда я, будучи студентом в США, решил на каникулах подработать продавцом машин, моя американская жена отреагировала на эту идею очень негативно. Она была убеждена, что ничего у меня не получится, – я никогда не торговал автомобилями, да и английский тогда знал плохо. Но я рискнул. И уже через месяц я-студент из России-сталлучшим продавцом компании, обогнав профессионалов, занимавшихся этим делом годами, а к концу своей подработки на одних только комиссионных заработал $30 тыс. в течение двух месяцев. Тебе надо просто быть внимательным и поймать момент, когда Багира среагировала, и все – ты в дамках.

Балу – учитель и систематизатор

БАЛУ ИНОГДА МОЖНО СПУТАТЬ С КАА – ОН ТОЖЕ ЭРУДИРОВАН, ХАРИЗМАТИЧЕН, ЛЮБИТ СЛУШАТЬ И ГОВОРИТЬ.

Но в реальности он является его функциональной противоположностью – воспринимает абстрактную информацию (идеи) и превращает ее в конкретные планы, задачи и инструкции.

Балу – это человек, который может систематизировать. Среди них очень часто встречаются качественные стартаперы, так как обычно в начале пути непонятно абсолютно все и нужен человек, который сможет превратить порой совершенно абстрактную идею «Идем туда, там будет приз!» в совершенно конкретный набор инструкций: как идем, кто идет, как выглядит приз, сколько нужно ресурсов, чтобы до него добраться. Например, Каа выдал мысль, что рынок ждет не дождется новой компьютерной игры – симулятора танковых боев – это абстрактная идея. Но для ее реализации нужно нанять программистов, нужен офис, нужно понять, сколько платить людям, где их нанимать и где найти на это все деньги. Каа далек от таких вещей, так как он может выдавать только абстрактные, не конкретные идеи. Для того чтобы составить конкретный и подробный план действий, необходим Балу, потому что именно он выдает конкретику, инструкции. Стратегии и планы – это его ключевая функция, и ему комфортно в этой зоне.

Хороший пример Балу – это Стив Джобс. Большинство своих прорывных идей он не придумывал, он получал их от коллег и от рынка. Он проводил множество разных опросов, изучал потребности людей. Затем очень конкретно рассказывал инженерам: «Вот так это должно выглядеть». Таким должен быть цвет, таким размер, так должны быть закруглены углы. В общем, ключевое слово – конкретика.

Балу очень легко воспринимает абстракцию. Он «питается» ею и превращает ее в алгоритмы и задачи. Балу создает инструкции, методички. Это люди, которые могут легко в непонятной ситуации организовать процесс. Они лучше всех могут разобраться с форс-мажорами, из них получаются хорошие антикризисные менеджеры.

Акела – реализатор и функционер

АКЕЛА – ЭТО СОЛДАТ.

Он функционирует очень просто: получает инструкцию и превращает ее в действия. Этот человек работает всегда только в поле определенности. Абстрактные вещи ему непонятны, они его путают.

Этим опасен союз Каа и Акелы без участия других персонажей. Каа создает множество абстрактных идей, а Акела воспринимает все эти слова буквально и запускает их в работу. Если из системы, например, убрать Балу, то Акела будет каждый день получать новые вводные. Каа уже забыл, что он говорил вчера, сегодня ему это уже неинтересно, у него новые идеи. А Акела воспринимает его идею как команду каждый раз. Получается кошмар. Я наблюдал такие картины много раз – такие команды просто теряли деньги, и на этом все заканчивалось. Они не успевали создать продукт, а точнее, у них отсутствовал даже шанс его создать, так как он не был толком описан, а Акела все время «строил мост до Луны» – то есть был занят бесплодными попытками воплотить в жизнь абстрактные фантазии.

Как работает Акела? Допустим, у стаи возникла проблема – нет еды. Каа изрекает решение: «Нужно пойти на охоту на буйвола. Буйвол большой, мяса много». Тихо гревшаяся на солнышке Багира при слове «буйвол» возбуждается. Другим словом – реагирует. В процесс вступает Балу и конкретизирует: «Буйволы пасутся в долине за рекой. Чтобы накормить всю стаю, нужно убить трех буйволов. Чтобы переправиться на другую сторону реки – самый оптимальный путь через брод выше по реке. Пойти должны десять волков. Они должны поесть на месте – остальное принести малышам и волчицам». То есть он дает Акеле конкретную инструкцию. Акела идет и исполняет. Акела не создает новых инструкций. Акела может задать уточняющие вопросы, если до конца не понятны инструкции, и Акела может доложить о выполнении или невыполнении задания.

А почему задание может быть не выполнено? Потому что инструкция была не верная! А почему инструкция была не верная? Потому что инструкция в деталях описывала идею, которая, скорее всего, оказалась неверной!

Например: Акела вернулся с задания и доложил, что долина вся высохла и все буйволы давно сдохли. Это совершенно конкретная информация! Кто питается конкретной информацией? Ею питается Каа. То есть, если у Каа недостаточно информации, он будет генерировать много неверных идей и вся система начинает работать впустую! Вот здесь и нужна та самая «магия» Багиры, которая, казалось бы, без объективных на то предпосылок может «выбрать» ту идею, которая не даст сбой. Та компания, которая имеет все четыре элемента в своем активе, обречена на успех!

Из того же Стива Джобса получился плохой Акела, именно поэтому совет директоров в свое время и отстранил его от управления придуманной им компании.

Таких управленцев, Акел, было много в СССР – это функционеры, «красные директора». Это было время Акел. Все было четко и конкретно описано – только исполняй.

Хотя и Акела и Каа потребляют только конкретную информацию, Акелу легко отличить от Каа. Он не фонтанирует идеями, но всегда готов их исполнять. Акелы обычно очень хорошие профессионалы, это люди, которые занимаются производством, строительством, всем, где есть алгоритм, где процессы длинные и часто повторяющиеся. Они критически нужны в любой консервативной профессии, где важно не отклоняться от инструкций.

И аналогично, хотя и Акела и Балу «выдают» только конкретную информацию, отличить их тоже нетрудно. Балу-учитель, он больше говорит. Балу не переносит долгих, рутинных и повторяющихся действий. Акела же стремится именно делать, а не рассуждать.

Кто и когда нужен?

НАДО ЗАМЕТИТЬ, ЧТО В ЧИСТОМ ВИДЕ ЭТИ РОЛИ ВСТРЕЧАЮТСЯ ДОВОЛЬНО РЕДКО.

Как правило, в каждом человеке есть немного от каждой. Наиболее распространенная комбинация, когда сочетается два типа: основной и дополнительный. Соответственно, в небольших командах люди их часто совмещают. Понять, какая роль ближе лично вам, достаточно просто. Если вы что-то делаете и не устаете, готовы заниматься этим день и ночь – значит, вы 100 % занимаетесь своим делом. Как только у вас появляется усталость, это значит, что вы делаете что-то нетипичное для себя. Вы можете играть несвойственную вам роль какое-то время, более того, подчас это необходимо, так что время от времени всем приходится это делать, но эффективнее всего такая модель команды, когда каждый занимается тем, от чего получает удовольствие.

Если в вашей команде представлены все четыре типа людей и при этом они все находятся на своих местах – вы близки, насколько это возможно, к понятию идеальной команды, способной на по-настоящему прорывные результаты. В большой организации такие команды могут воспроизводиться на уровне подразделений или отделов. То есть малое похоже на большое, большое – на малое.

Что такое «команда мечты»?

На каждом этапе развития компании она своя. Мой постулат: для каждого этапа развития компании нужны разные команды и разные руководители. Это не означает, что с какого-то момента для основателя в компании не будет места. Он просто должен начать вести себя по-другому.

Старт – это момент романтизма, момент идеи и рождения. И очень часто на этом этапе команды очень маленькие, и в них каждый человек выполняет много функций. На этом этапе на первый план обычно выходит Каа, как правило являющийся основателем компании и/или автором бизнес-идеи. На последующих этапах жизненного цикла компании его наличие в команде также необходимо – без него не будет новых продуктов или качественных улучшений прежних. Но очень важно не дать ему свободно парить. Иначе он убьет бизнес. Его идеи должны быть жестко отфильтрованы и отработаны в конкретные действия другими членами команды – Багирой и Балу.

Поэтому, когда бизнес-план разработан, сотрудники наняты, продукт производится и продается, на первый план должен выйти Акела. Для него необходимо создать механизмы исследований и разработок, производства, продаж, обслуживания клиентов и так далее. Это ежедневная системная работа: контроль качества, контроль выполнения плана, матрицы, графики итак далее. Все, что измеримо описывает конкретные действия, будет бесперебойно поддерживаться Акелой. Чтобы не было стагнации когда компанией руководит Акела, ей также нужен совет директоров. Именно сюда обычно перемещаются основатели компании (как правило – Каа и/или Балу). Здесь они могут спокойно заниматься генерацией новых идей и разработкой стратегий. Там может быть Багира, интуиция которой поможет отфильтровать идеи. То есть из команды управленцев они переходят в разряд советников. Но ежедневное управление должно выполняться Акелой, потому что любой другой персонаж на этапе линейного роста для компании будет контрпродуктивен.

По этой причине большая часть успешных бизнесов управляется Акелами. Однако рано или поздно цикл сменяется. Компания упирается в предел развития в рамках существующей модели, и у нее появляется запрос на нестандартные решения. Любая инструкция, даже самая гениальная, имеет границы применимости – она хороша только для определенного этапа и типа бизнеса. Когда этот этап заканчивается, начинаются проблемы, поскольку в условиях неопределенности Акела функционировать не может. Ему нужна новая инструкция. На первый план снова выходит Балу-либо свой, либо привлеченный извне, вроде меня. Кстати, если помните, Балу Киплинга тоже не был постоянным членом стаи – он как раз был приглашенным консультантом и ментором молодежи.

Трансформация руководителя

КОГДА КОМПАНИЯ НАЧИНАЕТ РАСТИ И ТРАНСФОРМИРОВАТЬСЯ, ВМЕСТЕ С НЕЙ МЕНЯЕТСЯ И РОЛЬ ЕЕ РУКОВОДИТЕЛЯ-ОСНОВАТЕЛЯ.

На старте «все люди братья». Время идет, размер организации становится больше, роли в организации начинают выкристаллизовываться. Кто-то проявляется ярко и становится более важным для организации. Кто-то застревает на определенном уровне и от этого меняет свои позиции в иерархии отношений, постепенно отдаляясь. Если у лидера больше семи прямых подчиненных, поддерживать с каждым личную коммуникацию становится сложно. В большом коллективе вы уже не можете быть со всеми на дружеской ноге – на ежедневное общение вас, может, и хватит, но вникать в их дела и разбираться в тонкостях душевной организации каждого-уже нет.

В организациях, где руководители упорно продолжают заниматься ручным управлением, несмотря на то что бизнес уже достаточно большой, рост заканчивается, они стагнируют. Такие управленцы становятся тормозом для компании – их пропускной способности начинает не хватать для ее жизнедеятельности.

В России распространен авторитарный стиль управления, поэтому основатели часто исходят из парадигмы: «компания – это я», «как я скажу, так и будет». До определенного момента харизма и воля, иногда смекалка и интуиция основателя действительно являются движущей силой бизнеса. Но в один прекрасный день компания перестает быть стартапом, в ней становится слишком много людей, чтобы ими можно было управлять напрямую – путем личной коммуникации. Вместо указаний и распоряжений теперь должны действовать корпоративные правила и регламенты. Разница – примерно такая же, как между управлением скаковой лошадью и реактивным самолетом. Всадник и конь могут понимать друг друга без слов, улавливая малейшие нюансы настроения. Но в многотонной машине «улавливать» что-либо практически невозможно. Чтобы управлять ею, нужно знать и правильно исполнять инструкции. Для этого требуется не только другой набор компетенций, но и другие личностные качества. Далеко не все основатели способны на такую перемену. Поэтому, чтобы не стать якорем для компании, в какой-то момент управление надо передать более подходящему на эту роль человеку. Самому же – переместиться туда, где твои личные качества, желания и амбиции дадут бизнесу наибольший эффект.

Успех и депрессия

1/1 ЧТОБЫ ПРОИЛЛЮСТРИРОВАТЬ ВЫШЕСКАЗАННОЕ, ВОТ ИСТОРИЯ ИЗ МОЕЙ ЖИЗНИ.

В судьбе компании Innalabs был переезд в Ирландию. По большому счету предстояло построить новую компанию с нуля. Мне нужно было создать команду, которая знает инженерию гироскопов и навигационных систем. Нужно было найти специалистов, которые знают, что такое точное приборостроение. Нужно было выбрать здание и построить производство. Предстояло продумать формат, в котором продукт будет изготовлен для рынка. Я даже не говорю еще о миллионе забот и мелочей, сопутствующих такой операции…

Для меня – типичного Балу, это была потрясающе интересная работа. И вот, примерно через полтора года, основное количество творческих задач было выполнено. Все изначально не понятные задачи были реализованы, все инструкции – написаны. И вот в этой точке времен я сделал роковую ошибку. Совершенно не осознавая, что суть происходящего в компании кардинально меняется, я определил для себя достижение безубыточности компании как точку моего выхода из роли СЕО. Мне казалось, что именно безубыточность поменяет задачи компании. На самом же деле безубыточность – это лишь этап гармонично развивающейся по плану компании! Я совершенно пропустил момент, когда дальше нужно было просто упорно «вращать жернов».

И на меня навалилась депрессия. Я не мог понять, почему мне так плохо. Я ужасно уставал на работе, хотя практически ничего там не делал. Мне было невыносимо слушать, как директор по качеству докладывал об улучшении показателя качества на полпроцента. Я смотрел на моих подчиненных и думал: «О чем они вообще? Почему они занимаются такой ерундой?»

Я тогда еще не понимал, что происходит со мной, и следующие полтора года оказались одними из самых сложных и самых скучных в моей жизни.

День, когда я наконец понял, что я просто Балу, и моя роль на данном этапе развития бизнеса исчерпана, стал одним из знаменательных дней в моей жизни! Поэтому сейчас у меня в Innalabs работают целых два Акелы. Первый – это СЕО Джон О'Лири – у него отсутствуют новые идеи, у него есть план. Этот план, как генеральная линия развития, был написан мной перед уходом с позиции СЕО 5 лет назад. Примечательно, что компания прекрасно развивалась по этому плану все эти годы. (Правда, здесь нужно учесть, что это очень консервативный рынок и изменения в нем происходят крайне медленно.) Мы корректируем его время от времени на основе обратной связи от рынков, но эти изменения носят незначительный характер. Второй – Жозе, который отвечает за разработку. Он тоже на 100 % Акела – очень продвинутый с точки зрения изобретений, но изобретает только в рамках поставленной задачи.

Как только я отошел от управления, все заработало! Компания начала жить и дышать, народ перестал дергаться. И самое главное: я стал счастливым человеком!

У любого человека есть свой потолок. Я, например, совершенно неэффективен в линейном управлении. Зато очень люблю спринтерские задачи. Я – аналитик, могу обработать идею и превратить ее в методичку, бизнес-план. Но исполнять его, вращать жернова – это не мое. К счастью, я это вовремя осознал.

Итоги: 4 этапа создания команды мечты

1 КЛЮЧЕВЫЕ ИГРОКИ

Для создания идеальной команды нужны четыре персонажа: генератор-идей Каа, скептик и интуит Багира, систематизатор Балу и исполнитель Акела. Эти люди отлично дополняют друг друга и не дают компании совершить роковые ошибки.

2 СМЕНА ПАРАДИГМЫ

На разных этапах развития (или трансформации) бизнеса на первый план выходят разные персонажи. На старте нужно обработать множество идей и гипотез: здесь не обойтись без генератора идей Каа и систематизатора Балу. В идеале им помогает интуиция Багиры. Но когда план действий готов, создан востребованный рынком продукт, на первый план должен выйти исполнитель Акела. Именно он отвечает за планомерное развитие и не дает бизнесу пойти вразнос.

3 ДИЛЕММА ОСНОВАТЕЛЯ

Инновационные компании очень редко создают люди с психологией исполнителя. Обычно это креативные генераторы идей – Каа и Балу. Однако следует иметь в виду, что рано или поздно они становятся тормозом для собственного бизнеса. Им тяжело руководить ежедневной рутиной, а большая компания, в отличие от стартапа, не обладает достаточной гибкостью и скоростью, чтобы воплощать их многочисленные идеи и планы. Многим руководителям тяжело принять эту перемену и осознать, что между стартапом, которым движут идеи, и корпорацией, которой движут процедуры, существует принципиальная, качественная разница. И для того чтобы она не погибла, основателю бизнеса на каком-то этапе нужно найти в себе силы и отдать бразды управления человеку с психологией исполнителя – Акеле. Это не простое решение, но оно единственно правильное.

4 УЙТИ, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬСЯ

Бизнес под управлением Акелы будет плавно развиваться и расти, пока не уткнется в потолок – дойдет до границ практической применимости текущей бизнес-модели. Никакая, даже самая гениальная идея бизнеса не вечна – конкуренты не спят, прогресс не стоит на месте, приходят новые технологии. Рынки цикличны – и компании точно так же переживают взлеты и падения. Исполнитель – Акела – не способен их предвидеть, для этого необходимо видение будущего, которое может обеспечить Каа, интуиция Багиры по его оценке и способность Балу трансформировать его в конкретный план. Поэтому, даже отойдя от активного управления компанией, эти люди в идеале должны остаться в ней – в качестве членов совета директоров или вести ее в качестве внешних консультантов. И в какой-то момент, как раз перед тем, когда CEO-Акела упрется в потолок, снова взять на себя инициативу

Глава 7
СКольких вынесет Боливар? / Партнеры и стейкхолдеры

КОМАНДА ВСЕГДА СИЛЬНЕЕ ОДИНОЧКИ, НО ИМЕННО В ПАРТНЕРСКИХ ОТНОШЕНИЯХ ЧАСТО СКРЫВАЮТСЯ ГЛАВНЫЕ РИСКИ. НА ОСНОВЕ СВОЕГО ОПЫТА Я ХОЧУ РАССКАЗАТЬ О ТИПИЧНЫХ ОШИБКАХ И ОПАСНОСТЯХ.

Одинокий волк или стая товарищей?

НЕ СУЩЕСТВУЕТ ОФИЦИАЛЬНОЙ СТАТИСТИКИ, ИЗ-ЗА ЧЕГО РАЗРУШАЮТСЯ БИЗНЕСЫ.

Но люди, которые профессионально занимаются банкротствами, называли мне цифру 95 % – именно столько компаний банкротится из-за внутреннего конфликта партнеров. Иными словами, в подавляющем большинстве случаев люди сами, своими руками доводят бизнес до краха.

Почему это происходит? От любви до ненависти один шаг. Когда близкие люди не могут договориться, то они начинают настолько ненавидеть друг друга, что готовы разрушить общее дело. Причем наиболее острые конфликты разгораются отнюдь не в больших корпорациях. В опасности любой бизнес, когда в нем уже появились деньги и есть что делить. Наиболее подвержены этому малый и средний бизнес, где участвует больше одного партнера, очень много операционных деталей и очень мало корпоративных документов. Взаимоотношения партнеров регулируются понятийно: через договоренности (не пугать с договорами) и джентльменские соглашения. Которые к тому же часто не формулируют даже устно, а лишь неявно подразумевают. Подобная беспечность и наивность зачастую обходится очень дорого. В крупном бизнесе такое тоже бывает – мы наблюдали картину битвы Прохорова и Потанина, раздел «Ленты» и многое-многое другое. Нотам за людьми стоят хотя бы армии профессиональных юристов, а в малом и среднем бизнесе основатели часто рассчитывают только на себя.

Что происходит, когда возникает недоговоренность с партнерами? Во-первых, компании теряют свою стоимость. Как только становится известно, что крупные акционеры начали бодаться, как только эта информация просачивается на рынки, стоимость компании начинает падать. В публичных компаниях это видно по котировкам акций, а в частных – в оценках потенциальных инвесторов и покупателей.

Весь этот негатив, «тяжелая карма» снижает оценку бизнеса, из-за чего появляются новые риски. Так что вражда очень невыгодна акционерам. Если в компании партнеры не выступают единым фронтом, неизбежно возникают стервятники, которые стремятся воспользоваться их взаимным недоверием и скупить этот бизнес по частям. Так выйдет намного дешевле, кроме того, организовать скоординированный отпор попытке недружественного поглощения в условиях конфликта партнеров практически невозможно.

На поле боя вообще выигрывают только стервятники. Хорошо еще, если слетятся просто посредники и любители приобрести бизнес подешевле, а не откровенные рейдеры. Во втором случае основатели могут не получить вообще ничего, и все это – лишь потому, что один из партнеров решает сделать другому больно. К сожалению, во время конфликта люди редко сохраняют трезвомыслие и рациональность поступков. Ненависть обладает чудовищной разрушительной силой – и не только для бизнеса.

Так что партнерство – это как женитьба, только сложнее. С женой иногда развестись гораздо проще, чем разойтись с партнерами. И точно так же, как в личных отношениях, очень часто, разводясь или прекращая партнерство, люди превращаются в лютых врагов.

Поэтому нужно понимать, что к партнерству изначально нельзя относиться легкомысленно. Ни на старте, выбирая «товарищей по оружию», ни позже, ища инвестиции. Вы обязательно должны взвесить как можно более тщательно и безэмоционально – зачем вам этот партнер, почему без него невозможно обойтись, и если невозможно,™ есть ли более подходящий.

Не подумайте только, что я призываю делать бизнес в одиночку. Чаще всего это не очень хорошая идея. Да, люди-одиночки бывают. Им не нужно с кем-то советоваться. Они всегда могут принимать решения самостоятельно. В этом есть огромные плюсы, и в то же самое время – огромные минусы. Мы все неидеальны. У всех нас есть свои шоры, пробелы в знаниях или недостатки опыта. Любая команда всегда сильнее одиночки. Коллективный разум многократно усиливает каждого индивидуума. Команда всегда будет сильнее соперника-одиночки.

Для того чтобы найти идеальную пару, уместно сравнить поиск партнеров с браком по расчету. Идеальные отношения складываются, когда одна из сторон обладает сильными качествами в той области, где другая слаба, и наоборот. Партнеры должны складываться в единую «картинку», как пазл, и речь идет не только о профессиональных качествах. Психологическая совместимость, этические нормы, политические взгляды будут иметь не меньшее влияние на качество этого партнерства. Основа брака по расчету – брачный договор. У компании он называется – акционерный договор, Когда вы на энтузиазме запускаете бизнес, и вам кажется, что все люди братья, что у вас будет великое будущее и вы заработаете кучу денег, то омрачать этот возвышенный порыв какой-то бумажкой кажется отсутствием веры или почти предательством. Но, когда вы трезвеете, уже поздно. Поэтому очень важно сформулировать и прописать все нюансы отношений, все права и все обязательства в письменном виде, иначе расставаться будет очень больно.

Почему возникают конфликты: типичные причины

ПЕРЕРОС ПАРТНЕРОВ.

Часто коллективы возникают хаотично. Например, два друга детства решают создать бизнес. Один приходит к другому и говорит: «Слушай, ты программист, я – программист, давай вместе писать программы. Вдвоем же веселее, чем одному. И не так страшно». И вот они начинают вместе писать код и даже умудряются его кому-то продавать.

Но вскоре возникают совершенно новые задачи – нанимать людей, выстраивать продажи, искать инвесторов и т. д. Оказывается, они не просто вместе программируют, а делают бизнес. И неожиданно распределение ролей меняется: кто-то из них становится естественным образом более активным в коммуникациях, потому что он менее интроверт, лучше говорит и понимает людей, производит впечатление на клиентов и инвесторов. И этот активный программист становится лидером: логика бизнеса выталкивает его наверх естественным образом.

А его друг и партнер как писал софт, так и пишет. И вдруг более активный лидер компании понимает, что совершенно спокойно может нанять людей, которые будут писать софт, а без партнера можно и обойтись. Конечно, очень часто в такой ситуации возникает много противоречий. Кому-то завидно, кому-то обидно. Друг-интроверт говорит: «А что ты командуешь? Мы же оба туг основатели». А друг-экстраверт отвечает: «Раз так, давай уже включайся в бизнес, софт нам и наемные люди напишут». Люди часто перестают понимать друг друга, и между ними вспыхивают конфликты. Учитывая, что на старте наши два товарища вряд ли составили грамотный акционерный договор, поскольку делить-то им было нечего, их бизнес обречен. Лучший вариант для них-приход большого инвестора, который заплатит денег и решит этот конфликт на корню (конечно же, в свою пользу!).

Но и с венчурными инвесторами-партнерами все непросто.

ОПАСНЫЕ ВЕНЧУРНЫЕ ДЕНЬГИ

Часто партнеры появляются на этапе привлечения денег. Например, основатель компании придумал идею, запустил ее и создал команду. Он все сделал прекрасно. И, естественно, чтобы все это сделать, ему нужно было финансирование. И он идет на рынок и ищет денег. Ключевой вопрос: у кого он берет деньги и на каких условиях. Обычно на начальном этапе никто об этом не думает. Соответственно, через какое-то время могут возникать разные сценарии.

Сценарий номер № 1: все хорошо

Компания растет, команда растет, основатель все меньше и меньше влияет на компанию, и ее в какой-то момент решают просто отжать новые акционеры. Основатель начинает терять свое влияние на бизнес именно за счет того, что все хорошо. Инвесторы-то думают, что бизнес растет естественным образом, а без основателя можно и обойтись. Конечно, он начинает сопротивляться, и мы получаем акционерный конфликт.

Хрестоматийный пример – история Стива Джобса, которого выгнали из основанной им же компании. Причем ключевую роль в его увольнении сыграл Джон Скалли – человек, которого когда-то Джобс лично уговаривал стать СЕО. Apple повезло, что много лет спустя Джобс вернулся и сумел вывести компанию из кризиса, но подобные хеппи-энды случаются крайне редко.

Сценарий № 2: все плохо

Партнеры решают убрать основателя и заменить его на кого-то другого. Помешать им зачастую невозможно.

Венчурные фонды, как правило, профессионально подходят к партнерским отношениям в компании, то есть они создают себе максимальное количество прав и минимальное количество обязанностей. Все эти права могут работать как в плюс, так и в минус для бизнеса.

Например, в минус может сработать, когда они как партнеры возьмут такие огромные права, что остальные партнеры окажутся абсолютно бесправными. То есть только венчурные инвесторы принимают решения, а основатели команды должны соглашаться. В этом случае может произойти такое, что все остальные партнеры потеряют интерес к компании. Им проще будет бросить и начать с нуля. Это не такая уж и редкость – я неоднократно наблюдал, как глупость и жадность VC загоняла основателей в угол и приводила к гибели вполне успешных компаний.

РАЗНЫЕ ВЗГЛЯДЫ АКЦИОНЕРОВ

Нередко у партнеров оказываются разные взгляды на то, как развивать бизнес. Кто-то хочет компанию продать сегодня, кто-то хочет на IPO пойти, кто-то – получать дивиденды. А самый плохой вариант – когда кто-то из акционеров решает забрать компанию себе и в стремлении выкупить контрольный пакет начинает использовать внутреннюю информацию, чтобы вытеснить других акционеров. В этом случае начинается мощнейший конфликт, который, скорее всего, закончится тем, что бизнес придет к банкротству.

Когда начинается драка, работа компании неизбежно начинает страдать, падают выручка и прибыль. Энергия, которую акционеры могли бы направить на создание каких-то новых идей, концептов и помощи бизнесу, идет не в плюс, а в минус.

Нет ничего важнее для компании, чем это единство партнеров.

Допустим, в компании есть разные акционеры. Одни смотрят на рост капитализации компании, им важно, чтобы капитализация компании росла на 15–20 % в год. Они не хотят этот бизнес продавать здесь и сейчас. Но в то же время есть миноритарии, которые хотели бы продать свои доли и выйти в кэш. Им кажется, что компания достаточно подросла, и они хотят зафиксировать свою прибыль. Но никто не покупает долю – хотят купить целиком компанию. Когда компания продается целиком, ты всегда получаешь больше денег. Как удовлетворить обе стороны? Тут нет однозначного ответа. Но есть принцип – открыто говорить и обсуждать. Не делать ничего тайком и уж тем более недоговариваться за спиной партнеров с третьей стороной. Поверьте, от этого пострадают все.

НЕДОВОЛЬСТВО ТОП-МЕНЕДЖЕРОВ

Топ-менеджеры в компании являются такими же партнерами, как акционеры, даже если это не закреплено юридически. От них зависит, насколько успешным будет бизнес. И точно так же они могут его загубить: предать, слить важную информацию одному из участников конфликта или внешнему захватчику.

Как-то раз мы занимались сделкой по приобретению одной компании. Ее акционеры в свое время пообещали топ-менеджменту опционы. Но когда пришел покупатель, жадность пересилила – они решили отменить их и забрать все деньги себе. То есть попросту обманули своих людей. Конечно, все закончилось тем, что все менеджеры перешли на сторону покупателя, сообщив ему детали, о которых акционеры хотели бы умолчать. Естественно, стоимость компании туг же упала и стала гораздо меньше, чем получили бы владельцы, даже если бы они выполнили свои обещания. Менеджмент же получил опционы, но уже от нового работодателя.

Партнеры – это люди, которые влияют на бизнес. Нет ничего более важного, чем отношения между ними. Если у топ-менеджмента нет причин быть лояльными, то они могут очень сильно повлиять на любую сделку. Если акционеры с ними не в одной обойме, то продать бизнес даже за те деньги, которые он реально стоит, не получится.

Как правильно выбирать партнеров и инвесторов

САМАЯ ИДЕАЛЬНАЯ СИТУАЦИЯ – ЭТО НА ЭТАПЕ БИЗНЕС-ПЛАНА ПРОСЧИТАТЬ, СКОЛЬКО ДЕНЕГ ВАМ НУЖНО И, СООТВЕТСТВЕННО, КАКИЕ ТРЕБУЮТСЯ ЛЮДИ.

Тогда вы сразу понимаете, какую долю можете отдать и что потребовать от этих людей взамен. Теперь вы можете выбирать партнеров и инвесторов.

Репутация исключительно важна. Всегда старайтесь брать умные деньги, а грязные и опасные обходить стороной. Российский рынок не так уж велик – при минимальном желании нетрудно навести справки и узнать, за кем из инвесторов водятся истории, когда они заходили в компании и постепенно вытесняли из них основателей. Когда это происходит один раз, то может быть случайностью, но, когда повторяется из раза в раз, это уже закономерность.

Выбирать инвесторов нужно с той же тщательностью, как и жену. В идеале он должен поднимать стоимость твоей компании одним только фактом появления в твоем бизнесе. Но точно так же есть персонажи, с которыми приличные люди не захотят оказаться в одной компании.

Почему же предприниматели берут эти плохие деньги? Чаще всего потому, что сами себя загоняют в безвыходную ситуацию, когда нужно или привлекать инвестиции или закрывать бизнес. Если основатель довел ситуацию до того, что получает деньги только от одного конкретного человека, то ему не поможет даже акционерный договор. Потому что в один прекрасный момент инвестор предложит его пересмотреть или перестанет выделять финансирование. Поэтому нужны точный расчет и финансовая устойчивость, чтобы дожить до появления умных денег.

Основная роль основателя – обезопасить компанию. То есть его наивысшим интересом должен являться интерес компании, а не акционеров и даже не свой собственный. Если при привлечении партнеров основатель не учел интересы компании, то он может попасть в такие ситуации, когда появятся мажоритарии, которые заставят его делать все, что угодно.

Внутри компании возникают абсолютно разные персонажи: от основателя до случайного инвестора-миноритария, от топ-менеджмента до крупного инвестора-мажоритария. Очень много игроков. И чем дальше вы продвигаетесь, тем в более сложные шахматы начинаете играть.

Итоги: найди себе партнера

1 ЕСЛИ ЕСТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ НАЧАТЬ БИЗНЕС В ОДИНОЧКУ, ПАРТНЕРЫ НЕ НУЖНЫ

Очень часто люди привлекают партнеров не потому, что они им действительно нужны, а потому, что боятся действовать в одиночку. Они рассчитывают, что найдут партнера, и тот решит все их проблемы, они на самом деле ищут волшебника. Они рассчитывают, что он знает что-то, чего не знают они. Но если бы они честно покопались и посмотрели своему страху в глаза, то выяснилось бы, что на самом деле могут все сделать сами. Поэтому нельзя делать бизнес с друзьями и женами. У тебя могут сложиться дружеские отношения с партнером через годы, но запускать бизнес с тем, кем дружишь, нельзя. Есть, конечно, счастливые исключения, но это просто везунчики.

2 ПАРТНЕРСТВО – ЭТО БРАК ПО РАСЧЕТУ

Часто партнерства возникают из-за случайных факторов – у кого-то не хватает компетенций, у кого-то силы характера и воли. Все это плохие поводы. Нужно четко понимать на берегу, кто за что в этом партнерстве отвечает и в него привносит: это могут быть деньги, связи, знания и умения. Когда партнеры четко понимают, чего друг от друга хотят, то они могут зафиксировать эти договоренности на бумаге. Миллионы прекрасных бизнес-идей были погублены лишь потому, что партнеры на старте не стали договариваться, а начали делить деньги лишь после того, как они появились.

3 ПАРТНЕРЫ ВСЕГДА ПОБЕДЯТ ОДИНОЧКУ

Несмотря на все риски, партнерские отношения в бизнесе нужны и необходимы. Команда всегда сильнее одного человека, если внутри ее не разрывают конфликты. Люди не могут друг без друга, это факт. Но они должны быть честными друг с другом, должны четко понимать ценность каждого члена коллектива и иметь общие взгляды на будущее

Часть 4
Кризисы финансирования

Глава 8
Инвестиции: умные деньги и токсичные инвесторы

Где деньги?

КОГДА ВЫ НАХОДИТЕ КОГО-ТО, КТО НЕ ПРОСТО ПОВЕРИЛ В ВАШУ ИДЕЮ, НО ГОТОВ ЕЕ ФИНАНСИРОВАТЬ, – ЭТО ВСЕГДА БОЛЬШАЯ РАДОСТЬ.

В начале пути именно деньги являются главным ограничивающим фактором бизнеса: у основателей уже есть идея, есть (как им кажется) понимание того, как ее реализовывать и с кем, возможно, есть даже представление о том, кому и как продавать продукт задуманной компании или даже детально проработанный план завоевания рынка. Нет лишь ресурса для того, чтобы воплотить в жизнь эту задумку. Неудивительно, что многие основатели уверены в том, что с появлением финансирования самая сложная часть задачи остается позади.

Однако в реальности все обстоит в точности до наоборот – с появлением денег все резко усложняется. Потому что вопреки известной пословице деньги очень даже «пахнут». Они не возникают в проекте сами по себе – вам ихдают люди. Точнее – другие люди. Их ценности, убеждения, равно как ожидания и намерения относительно проекта могут существенно отличаться от ваших. В состоянии эйфории легко этого не заметить, что впоследствии может стать источником колоссальных проблем, причем провал проекта может быть не самой серьезной из них. Скажем, первый мой инвестор оказался мошенником. А один из венчурных фондов, с которым мне как-то пришлось иметь дело, оказался прикрытием для попытки рейдерского захвата. И нельзя сказать, что «ничто не предвещало»-тревожные звоночки как раз были, но, повторюсь, эйфория часто мешает адекватно их воспринимать.

На тему венчурного финансирования написаны тысячи книг, но подобные истории в них разбираются редко. Чаще всего вы прочтете описание некоей теоретической модели – как это должно работать. И хорошо еще, если оно будет хоть как-то адаптировано к российскому опыту, а не основываться целиком на практике, принятой в Кремниевой долине или иных за рубежных «точках роста». Я же в этой главе расскажу о собственном опыте и «подводных камнях», связанных с инвесторами. Каким образом не оказаться в сложной ситуации, в каких оказывался я. Мое преимущество здесь в том, что сейчас я вижу ситуацию с разных сторон – я и бизнес-ангел, самостоятельно вкладывающий деньги в проекты, и предприниматель, который привлекал финансирование от всех возможных видов инвесторов и на всех стадиях жизненного цикла компаний.

Итак, разделим инвесторов на три типа, каждый из которых появляется на определенном уровне зрелости бизнеса.

Fools, Friends & Family

ПЕРВЫЙ ТИП ИНВЕСТОРОВ – ЭТО FOOLS, FRIENDS & FAMILY.

Я придумал бизнес и попросил у брата, свата, одноклассника деньги. Рассказал им великую историю, как я хочу начать, и кто-то меня просто пожалел, кто-то поверил. Обычно это очень маленькие деньги, от нескольких тысяч до нескольких десятков тысяч долларов. Их хватает на очень короткое время, на первые месяц-два. Они нужны, чтобы вообще сообразить, что происходит. Может быть, нанять первого человека. Может быть, подготовить бизнес-план, сделать хотя бы что-то, что станет похожим на компанию.

Это уровень для новых, молодых предпринимателей, у которых попросту нет никаких иных источников финансирования. Опытные бизнесмены стараются не связываться с этой категорией инвесторов, потому что они являются самыми проблемными. И дело даже не в том, что у вас появляется персональная ответственность перед этими людьми – она возникает перед любым инвестором. И даже не в том, что это ваши друзья и члены семьи, и в случае чего вы рискуете своими отношениями с близкими. Есть две более фундаментальные проблемы.

Первая – в том, что, как правило, люди, которые дают вам деньги на самом раннем этапе, не очень понимают бизнес-план, не могут оценить перспективы возврата инвестиций. Они дают деньги по совершенно другим причинам – из личной симпатии, по дружбе, из жалости, по наивности и так далее. Но иногда – из жадности, то есть стремления быстро разбогатеть. Как правило, это те, кто относится к категории «Fools», даже если по формальным признакам они подпадают под определение Friends или Family. И это очень плохо – процент успеха у компаний на этой стадии, да еще управляемых начинающим предпринимателем, крайне невысок, поэтому шансов разбогатеть у них немного. Если вас угораздило связаться с такими, то в случае неудачи проекта, что само по себе грустно, вы вдобавок гарантированно получите и проблемы в отношениях.

Но даже если все хорошо и бизнес взлетает, это тоже может стать причиной крупных проблем. Более того, по моему опыту, немало стартапов «валится» именно на стадии, когда в компанию приходят первые серьезные деньги – либо от успешных продаж, либо от реального инвестора. Ибо в этот момент и проявляется второй фатальный недостаток этого типа инвесторов, а именно то, что ваши отношения с ними носят неформальный характер!

По-хорошему, между участниками проекта всегда должен заключаться акционерный договор. Соглашение, в котором подробно прописывается, кто и что вносит в проект, какую долю в проекте и в его прибылях он при этом получает, при каких обстоятельствах и на каких условиях возможны изменения этой доли или выход из проекта, и так далее. Но с друзьями и членами семьи у нас как-то не принято заключать договора, тем более с привлечением компетентных юристов, которые стоят приличных денег.

И когда компания внезапно начинает зарабатывать хорошие деньги или приходит стратегический инвестор, выясняется:

– Участник А когда-то дал денег в проект и забыл о нем, сейчас он вообще отрешился от мирской суеты, постигает мудрость дзен в каком-нибудь монастыре в Гималаях и найти его нет никакой возможности. Но без его подписи невозможно одобрить изменения в составе акционеров. – Участник В, напротив, не только дал денег, но и сам дневал и ночевал в офисе, работая как проклятый ради успеха общего дела, поэтому считает, что по справедливости его доля должна быть больше, во всяком случае, больше, чем у бездельника А.

– Участник С не такой жадный, как участник В. Его вполне устраивает его доля – 20 %. Но теперь, когда инвестор вкладывает в компанию миллион долларов, он хотел бы тихо-мирно забрать свои кровные 20 % и отбыть восвояси. Поэтому не соблаговолят ли остальные участники немедленно выдать ему его 200 тысяч долларов, желательно наличными? А дальше пусть штурмуют сияющие вершины как хотят. И так далее. Поэтому мой совет вам – идите к Friends & Family только в том случае, если нет никакой другой возможности. При этом приложите все усилия, чтобы в их составе не оказалось Fools: будьте предельно честны и с собой и с другими относительно ваших шансов на успех, старайтесь понять мотивацию каждого участника. И обязательно, обязательно фиксируйте все ваши договоренности на бумаге! И при всех существенных изменениях в проекте (которые неизбежно будут) составляйте и подписывайте новую версию договора.

Ангелы и демоны

СЛЕДУЮЩИЙ УРОВЕНЬ ИНВЕСТОРОВ – ЭТО БИЗНЕС-АНГЕЛЫ.

Люди, которые персонально решили во что-то инвестировать. Они не являются частью венчурного фонда и не отдают деньги в управление профессиональным менеджерам. Они делают это сами на свой страх и риск.

Кто эти люди? Обычно состоявшиеся бизнесмены. Например, у человека есть основной бизнес, и он дает стабильный доход, но не требует инвестиций. Когда нет денег-это проблема, но и когда они есть – это проблема тоже. Когда денег становится больше, чем ты потребляешь, они начинают накапливаться, у человека появляется новая головная боль. Надо придумать, как и куда их инвестировать.

Я заработал свой первый миллион долларов, когда мне исполнился 31 год. И у меня наступила депрессия. Я вдруг понял, что не понимаю, что делать с этими деньгами. Это вообще наша тяжелая советская ментальность – мы не знаем, как быть богатыми. Когда денег мало, кажется, что любую проблему можно решить, если их будет достаточно много. Это естественно, поскольку желания и мечты людей с низким уровнем достатка обычно упираются именно в ограниченность финансов. Но когда денег становится слишком много и слишком быстро, чтобы успеть придумать им применение, вот тут начинаются уже настоящие проблемы. Ибо в этот момент ты наконец действительно осознаешь, что деньги – это не цель, а средство ее достижения. Но эта цель в голове должна быть обязательно – иначе впрок эти деньги не пойдут. Так что я не находил себе места, пока не придумал, во что их инвестировать.

Стать бизнес-ангелом – вполне логичный выход из этой ситуации. Однако следует иметь в виду, что он подходит далеко не всем. Консерваторы обычно помещают деньги в банк под проценты или вкладываются в недвижимость. Более рисковые – инвестируют часть средств в акции или вкладывают в свой бизнес. И лишь наиболее авантюристичные – в чужой. Риски в этом случае максимальны: вы даете деньги под непроверенную идею, которая вполне может быть ошибочной. Или верной, но несвоевременной. Или своевременной, но неудачно реализованной. И вы даете их незнакомым людям, которые могут оказаться мошенниками, сумасшедшими или банально некомпетентными. Фактически вы покупаете чью-то мечту в надежде, что он сможет ее реализовать.

Единственный способ компенсировать этот риск (за исключением очевидного правила – не рисковать суммой, большей, чем вы можете позволить себе потерять) – это диверсификация вложений в несколько проектов, которые обещают наиболее высокий доход. В этом случае, если из 10 проектов 9 провалятся, то один успешный позволит окупить эти потери и получить прибыль. В теории.

Некоторые бизнес-ангелы прекрасно отдают себе в этом отчет. Но они это делают, потому что им просто интересно. То есть это люди довольно авантюристичные, в хорошем смысле. Бывают бизнес-ангелы, у которых деньги появились неожиданно. Есть такое английское выражение «easy come, easy до». То есть деньги легко пришли и так же легко и уходят – они ими не слишком дорожат. Это тоже авантюризм, но уже – в плохом смысле.

В любом случае надо понимать, что ценностные установки, мотивации и просто характер у людей, занимающихся венчурным инвестированием, могут быть очень разными. Они могут оказаться спокойными людьми, поддерживающими, прощающими и понимающими. Я таких видел. А могут оказаться очень непростыми персонажами и выпить всю кровь из тебя, будучи не очень даже крупными акционерами. Friends & Family – это люди, с которыми ты общаешься, это друзья. При всех их минусах как инвесторов, у них есть и неоспоримый плюс – с ними всегда можно поговорить по-человечески. Но бизнес-ангелы – это уже инвестиция от чужого человека. Очень важно внимательно смотреть, какие документы подписываются и что это за люди.

Очень часто на этом этапе предприниматели совершают ошибки, потому что впервые в жизни берут деньги на стороне. Неожиданно им обещают суммы, которых они никогда в жизни не видели. До этого они брали по тысяче долларов у каждого друга, у мамы и папы, а туг – бац… – появляется незнакомец и дает 100 тысяч. Представляете, какие это ощущения? Сохранить трезвость и как следует изучить того, кто тебе дает деньги и чего он ждет, очень сложно.

Хорошо, если бизнес-ангел опытен и имеет за плечами не одну успешную сделку, – это позволяет надеяться на то, что он хорошо осведомлен о различных подводных камнях и дорожит своей репутацией на рынке. Но так бывает далеко не всегда. Чаще всего проблемы возникают, когда ни сам предприниматель, ни его бизнес-ангел еще не овладели в совершенстве юридическими тонкостями и пренебрегают качественным оформлением своих взаимоотношений. В результате, когда возникают неоднозначные ситуации, которые не предусмотрены договором, события могут пойти по непредсказуемому сценарию. А надо ли повторить еще раз, что венчурный бизнес – целиком про неоднозначные ситуации? Когда люди заходят в чужой бизнес на эмоциях, они очень часто не смотрят вперед и не предполагают, что может случиться. Это как подростковый брак – если первое сильное чувство выдержит испытание совместной жизнью и перерастет в нечто большее, то может получиться красивая история любви на всю жизнь, как раз такая, про которую пишут в книгах. Беда только в том, что в жизни такие истории обычно развиваются и заканчиваются не столь радужно. Поэтому хорошо бы, чтобы как минимум один из партнеров разбирался в предмете – имел соответствующее портфолио или хотя бы достаточно здравого смысла, чтобы привлечь к оформлению сделки профессионалов.

Бизнес-ангел мошенник: как я привлек деньги в Plesk

КОГДА Я ЗАПУСКАЛ СВОЙ ПЕРВЫЙ БИЗНЕС, ТО БЫЛ МОЛОД И ЗЕЛЕН.

Изначальная идея была – создавать веб-сайты в России для клиентов из США. Особых инвестиций это не требовало: у меня было 5-10 тысяч долларов накоплений, и, по моим расчетам, этого хватало.

Я нашел в России партнера, молодого дизайнера Алексея Кандикова, и мы договорились поделить бизнес 60 на 40, так как деньги все-таки давал я. На первых порах я платил ему целых 300 долларов – это была крутая зарплата для Новосибирска конца 1990-х годов. Но мы довольно быстро поняли, какой продукт на самом деле нужно делать, и появилась идея для настоящего бизнеса – создать систему для управления хостинговыми серверами, которую я окрестил «Plesk», листая ночью словарь Ожегова и не имея денег на полноценную проверку товарного знака.

Мы наняли еще одного сотрудника – программиста, это тоже стоило 300 долларов в месяц. Он и написал первый интерфейс, который я мог уже показывать клиентам. Мы сделали очень простой веб-сайт, по сути, демоверсию, ссылку на которую я разослал в разные хостинговые компании. И выяснилось, буквально с первых двух встреч, что этот продукт им нужен. «Мы готовы брать, вот у нас тысяча серверов стоит, давайте софт», – услышал я. Люди разговаривали со мной настолько конкретно, что я понял – это просто золотая жила какая-то.

Но готового продукта у нас не было, как и денег на его разработку, – мои сбережения к тому моменту уже растаяли. Однако у меня были очень хорошая кредитная история и карточка «Ситибанка» с кредитным лимитом 50 тысяч долларов. Все эти деньги я снял. Это был большой риск – я зарабатывал тогда до налогов, наверное, тысяч 100 долларов в год, или примерно 60 тысяч «чистыми», так что речь шла фактически о моей годовой зарплате.

Так совпало, что примерно в то же время мы с женой продали наш дом в США. Она была беременна, и нам нужен был дом побольше. Я нашел новый дом, но его еще строили, в то время как на прежний неожиданно быстро удалось найти покупателя. В общем, я остался без жилья, но зато на счете оказались деньги… Ну, думаю, вы догадались, что я сделал.

В итоге суммарно я сумел найти около 150 тысяч долларов и, конечно, все вложил в бизнес. Нужно было организовать офис, купить компьютеры, нанять программистов. В месяц мы тратили около 40 тысяч долларов, то есть с учетом стартовых затрат, денег хватало примерно на 3 месяца. Нужно было срочно искать инвесторов.

И к моему удивлению, сделать это оказалось несложно. Через знакомых знакомых я познакомился с группой американских бизнес-ангелов. И эти парни привели человека, которого они хорошо знали и который был готов инвестировать. Якобы он работал в компании Cisco, а это был момент, когда у сотрудников доткомов появлялись совершенно сумасшедшие деньги.

Например, обычный инженер мог устроиться на работу и получить небольшой опцион в технологической компании. Через пару лет она выходила на IPO и перед этим предлагала своим сотрудникам выкупить еще акций на льготных условиях. Через неделю компания выходила на рынок, и очень часто акции взлетали в 2–3 раза, а обычные работяги становились миллионерами за ночь. Просто на ровном месте.

Более того, иногда перед самым IPO компания предлагала свои акции некоторым людям, которых она хотела бы видеть среди своих акционеров. Она выпускала определенное количество акций и продавала за половину или треть от предполагаемой рыночной цены. С одним условием – продать их можно не раньше, чем через полгода после IPO. Именно из таких людей был Стив Эванс. Знакомые сказали, что у него есть деньги, контакты в Cisco и еще в паре компаний. Стив однажды смог купить акции перед IPO, они выросли в цене в десятки раз, и люди, которые с ним участвовали в этом процессе, просто озолотились. К Стиву выстроилась очередь из людей, которые давали ему деньги.

Этот человек проинвестировал в Plesk – в обмен на 1 млн долларов получил 30 % компании. Что было замечательно, потому что компания была создана с нуля, бизнеса, по сути, еще не было. Все было легко и быстро.

Но месяцев через восемь на пороге нашего офиса материализовались два неулыбчивых субъекта со значками ФБР в руках и вежливо поинтересовались: «Не знаю ли я случайно некоего Стива Эванса». – «Знаю конечно, – ответил я, – он инвестировал деньги в нашу компанию». – «Очень хорошо, – оживились посетители. – А что конкретно вы про него знаете? Можете рассказать о нем?» Я попытался сформулировать ответ и внезапно поймал себя на том, что не могу сказать о нем ничего определенного. Как потом выяснилось, я не знал вообще ничего. Стив действительно смог заработать деньги, удачно вложившись в акции какой-то компании перед ее IPO. Но только один раз. Затем он основал компанию и стал рассказывать клиентам, что благодаря своим обширным связям в ведущих технологических компаниях он может покупать их акции перед IPO – по закрытой подписке. Люди несли ему деньги, через некоторое время читали в прессе, как после выхода на биржу котировки этих компаний взлетали до небес и были уверены, что озолотились. Покупали в кредит дома, машины, уходили с работы… А на самом деле никаких акций у него не было, как и никаких связей. Вместо этого он просто раздавал эти деньги начинающим стартапам типа Plesk и надеялся, что сумеет заработать достаточно, чтобы оправдать ожидания клиентов.

Сказка закончилась очень быстро. Прошло 6 месяцев, люди стали требовать от Стива акции либо деньги. Он несколько месяцев водил их за нос, ссылаясь на различные технические сложности, но в итоге инвесторы подали в суд. Выяснилось, что таким образом он привлек под сотню миллионов долларов, купил огромный дом, машины, возможно, еще что-то по мелочи, а остальное раздал стартапам.

Стива посадили в тюрьму лет на 7. И ему крупно повезло, причем дважды. Во-первых, помогло то, что он не присвоил эти деньги, а реально вложил основную часть куда-то – иначе его закрыли бы лет на 30. Легкость, с которой в США можно украсть сто миллионов долларов компенсируется тем, что за это можно запросто угодить за решетку на срок больший, чем в иных странах дают за умышленное убийство. А так, вина его состояла лишь в том, что он взял деньги под одно, а на самом деле использовал под другое. Во-вторых, это «лишь» не должно вводить в заблуждение – в США такая деятельность называется «money laundering», отмывание денег. И ее регулирует очень суровое законодательство, созданное еще в 1930-х годах для борьбы с мафией, так что за подобные фокусы можно точно так же запросто получить двухзначный срок.

К счастью, на бизнес Plesk такой поворот никак не повлиял. Конечно, Стиву надо было вернуть деньги пострадавшим, чем и занялись специальные люди. Они позвонили нам и уточнили, можно ли как-то продать акции Plesk. Но акции не обращались на открытом рынке, к тому же к тому времени крахдоткомов уже произошел, покупатели шарахались от акций IT-компаний, как от чумы, и продать их было просто некому, кроме нас самих. В итоге мы выкупили акции, составлявшие долю Стива, по 10 центов за штуку. К счастью, мы оказались в правильном месте в правильное время – этим людям нужно было быстро продать, мы могли купить – к этому времени стартап уже зарабатывал. Забегая вперед, скажу, что уже через несколько месяцев я продал этот пакет в 100 раз дороже.

Бывает, деньги приходят от каких-то странных людей. Нам, конечно, повезло, что мы отделались от такого токсичного акционера с минимальными потерями. Могло получиться и так, что пришлось бы выкупать его пакет за гораздо более чувствительную сумму. А не выкупить было нельзя – если бы мы сохранили в составе акционеров персонажа с такой ужасной репутацией, то никакой нормальный инвестор или фонд к нам бы никогда больше не пришел. Важный аспект: вы должны понимать, у кого вы берете деньги и откуда они у него взялись. Деньги не просто пахнут, они могут быть ядовитыми.

Венчурные фонды

ВЕНЧУРНЫЕ ФОНДЫ, КАК ПРАВИЛО, РАБОТАЮТ С КОМПАНИЯМИ, КОТОРЫЕ ВЫШЛИ НА СЛЕДУЮЩУЮ СТУПЕНЬ РАЗВИТИЯ.

Если ваша бизнес-модель уже подтверждена успешными продажами, бизнес показывает устойчивый рост и прибыльность, вы уже можете обращаться к институциональным инвесторам и привлекать серьезные деньги – десятки, а иногда – сотни миллионов долларов. Однако следует иметь в виду, что издержки работы с ними также могут быть весьма серьезными.

Это только в Кремниевой долине инвесторы иногда вкладываются в компании, которые быстро растут, но пока не имеют прибыли. Но это – исключение из правил. Обычно фонды входят в бизнес, где прибыль уже есть и нужны деньги, чтобы кратно ее нарастить. Либо в том случае, когда инвестиции точно позволят бизнесу выйти в прибыль.

К тому же в фондах деньгами распоряжаются наемные менеджеры, чей уровень приемлемого риска принципиально отличается от такового у бизнес-ангела или инвестора из категории Friends & Family. Бизнес-ангел может поверить в проект и рискнуть вне зависимости от того, что говорят цифры, – это его личные деньги. Но менеджер фонда управляет чужими деньгами, и если он их потеряет, то останется без работы и с подпорченной репутацией. В фондах работают профессионалы, но следует иметь в виду, что их профессионализм направлен не только и не столько на оценку степени перспективности проектов, сколько на минимизацию рисков. Для них это бизнес, и потому они естественным образом стремятся обеспечить себе максимальную маржинальность за наименьшее количество времени.

Для предпринимателя, который хочет работать с венчурными фондами, отсюда следует несколько важных выводов.

Во-первых, фондам нужны доказательства: что бизнес работает, команда собрана и продукт востребован. Здесь работают только факты и цифры. Поэтому, если на предыдущем этапе вам не удалось дойти до точки, когда у вас есть готовый продукт и хотя бы первые продажи, вероятность того, что фонд даст вам денег, сводится к нулю. Исключения, конечно, бывают, но крайне редко.

Во-вторых, фонды хотят иметь максимум контроля. Стандартной практикой при составлении договоров является право вето Фонда на принятие решений по многим ключевым вопросам: без их голоса нельзя ни продать компанию, ни получить новые инвестиции, ни поменять сферу деятельности.

Третье и самое главное: договора с фондами всегда составляются ими так, чтобы максимально исключить собственные риски, переложив их на предпринимателя. Например, в договоре вполне может появиться пункт об отсутствии «размывания» (Anti Dilution Rights) означающий, что если следующая инвестиция в компанию происходит по более низкой оценке, чем та, по которой в компанию заходили они, то вы автоматически должны будете выделить фонду дополнительные акции, которые компенсируют эту разницу. Проще говоря, даже если они ошиблись и оценили вас дороже, чем вы стоите, то никаких проблем у них не будет, проблемы будут у вас. И таких хитростей и уловок в их списке «стандартных условий» – несчетное количество. Самое интересное, что никто не считает подобное положение дел, когда все риски автоматически перекладываются на предпринимателя, чем-то несправедливым.

И хуже всего то, что все эти подводные камни не всплывают, пока все хорошо. Но как только возникнут какие-то сложности, либо на рынке, либо внутри команды, которые приведут к разногласиям с фондом, ситуация очень быстро может деградировать до полной катастрофы, причем основатели и менеджмент становятся абсолютно бессильными что-то предпринять для ее спасения.

Возникает закономерный вопрос: зачем тогда вообще нужны венчурные фонды предпринимателю, тем более если бизнес и так приносит прибыль? Не лучше ли оставить долю себе и развиваться за собственный счет?

Причин, по которым обращение в фонд может быть хорошей идеей, несколько.

Прежде всего-деньги на масштабирование бизнеса. Когда у компании нет продаж – это плохо. Но ситуация, когда спрос на ее продукт растет быстрее способности его удовлетворить, – намного хуже. Перегруженность сотрудников и оборудования, падение скорости и качества обслуживания, срыв сроков поставки и тому подобные проблемы легко могут уничтожить самый перспективный бизнес. Поэтому отказ масштабироваться часто становится фатальной ошибкой.

Однако сумма затрат на масштабирование производства может на порядки превосходить стоимость его запуска. Резкое увеличение объема заказов обычно требует качественной перестройки всех процессов. Подобные трансформации энергетически и финансово очень затратны.

Взять такие деньги откуда-то еще, кроме как у фондов, не говоря уже о том, чтобы заработать их самостоятельно, обычно невозможно. К тому же эти деньги, как правило, нужны сразу: окно возможностей, то есть ситуация, когда рынок еще не насыщен и есть шанс сразу получить на нем большую долю, долго не длится – конкуренты не дремлют.

Вторая причина – это «smart money» – знания, опыт, репутация и связи, которыми располагают фонды. Эти факторы часто имеют даже большую ценность для предпринимателя, чем деньги.

В качестве примера могу привести историю, когда мы с Сергеем Белоусовым объединили наши компании Plesk и Virtuozzo. И купили еще один бизнес – Parallels. Это была маленькая компания, у которой еще не было даже продукта, но мы смогли привлечь венчурные деньги, в том числе от фонда Intel Capital.

Сотрудничество с ними стало классическим примером того, как работают «smart money». Люди из Intel Capital рассказали нам, что Apple в течение следующих 12 месяцев переходит на процессор, сделанный Intell. В связи этим Intel тестировал будущие машины Apple со своими процессорами. Из них фонд передал несколько Parallels, чтобы мы могли отработать на них свою технологию. Благодаря этому мы получили доступ к оборудованию, которого ни у кого больше не было. И когда Стив Джобс на выставке официально объявил, что Apple меняет процессоры, следом за ним Сергей Белоусов заявил, что у нас уже готова программа Parallels, которая на нем работает. Думаю, не стоит говорить, с какой скоростью наша программа оказалась во всех магазинах Apple Store и стала лидером рынка

Вот что значит правильный венчурный фонд. Если вы найдете такого инвестора, его ресурс может помочь вам сделать качественный скачок. Но если фонд окажется «токсичным», то дело плохо. Причем проблема может заключаться отнюдь не в жадности или непрофессионализме его менеджеров. Например, сейчас множество наших олигархов, чьи деньги, в том числе, есть в венчурных фондах, попали под американские санкции. И если они вдруг окажутся в вашей компании, то, кроме России, вы уже нигде работать толком не сможете. Ваш бизнес даже никто не купит.

Поэтому к выбору фонда нужно отнестись со всей возможной тщательностью. Перечень критериев оценки здесь примерно такой же, как и для бизнес-ангелов, но пройтись по нему следует на порядок внимательнее – как раз потому, что они профессионалы, так что если у них есть на ваш счет какая-то скрытая повестка, реализовывать они ее будут профессионально.

Очень важно изучить, с кем вы имеете дело: понимать, кем именно являются менеджеры, в кого они инвестировали, как инвестировали, как вышли, помогали или мешали основателям. Обычно базовые сведения можно найти на их сайтах, но обязательно нужно поговорить с компаниями, с которыми они работали. Если иметь дело с бизнес-ангелом – все равно что вступить в ранний брак, то привлекать деньги фонда – это как выпрыгнуть из самолета без парашюта с напарником, который должен передать его вам уже в воздухе. Если брак оказался неудачным, то вы можете развестись, хоть и с потерей нервов, времени и денег. Но если подведет напарник по трюку – обратно в самолет вы уже не вернетесь. С венчурным фондом вы либо выиграете и станете мультимиллионером, либо разобьетесь – потеряете и деньги и компанию.

Козлы в огороде

ВЫШЕ Я ПРИВЕЛ ПРИМЕР ПРАВИЛЬНОГО ВЕНЧУРНОГО ФОНДА, ТЕПЕРЬ ЖЕ РАССКАЖУ О ТОМ, К ЧЕМУ ПРИВОДЯТ ЛЕГКОМЫСЛИЕ И БЕСПЕЧНОСТЬ ПРИ ВЫБОРЕ ПАРТНЕРА.

Несколько лет назад в компанию Innalabs инвестировал некий иностранный венчурный фонд. Сделку с их стороны вела менеджер, которую я хорошо знал, поэтому у меня сложилось изначальное ощущение безопасности. Происхождением денег и конечными бенефициарами фонда я интересовался, но персональное знакомство с контрагентом создало чувство спокойствия, и, как выяснилось, зря. Также в акционерном договоре было прописано право вето фонда на определенные вопросы, причем таким образом, что если они отсутствуют на встрече, то мы не можем принимать каких-либо решений. При этом отдельные пункты договора были написаны настолько путанно, что никто из нас не мог толком в нем разобраться, и мы полностью положились на мнение адвокатов, что тоже было большой ошибкой. Кроме того, несколько основных акционеров (включая меня) подписали персональные гарантии о не нарушении этого договора, что, как показали последующие события, тоже сыграло против нас.

В ходе переговоров акционеров компании с командой фонда мы договорились об определенной оценке компании и заключили сделку. Но вдруг, практически сразу после подписания договора, их всех уволили. Пришла новая команда, которая посчитала, что оценка, по которой они вошли в Innalabs, завышена. И с этого момента начались наши разногласия.

Помимо требования о пересмотре размера их доли, они стали активно внедряться в бизнес-процессы компании. Поначалу это не вызывало у меня никакой тревоги – это достаточно распространенная практика. Но через какое-то время я заметил, что они пытаются замкнуть на себя принятие оперативных решений, добиться лояльности от одних представителей менеджмента и избавиться от других. Наконец, оказалось, что в числе бенефициаров фонда есть люди, в биографии которых были недружественные поглощения и рейдерские захваты других компаний, – и ситуация предстала перед нами в новом свете.

Изначально мы были не против рассмотреть вопрос об увеличении их доли, но агрессивные действия представителей фонда дали основания полагать, что их истинной целью является перехват управления компанией. В таких обстоятельствах, давать им еще большую долю и, соответственно, больший рычаг влияния на компанию, было неразумно, поэтому мы отказались ее увеличивать. Начал разгораться конфликт. Сначала по незначительным вопросам, вроде найма HR-менеджера или привлечения аудиторов, – они стали блокировать предлагаемые нами кандидатуры. В ответ мы стали пресекать их попытки вмешиваться в оперативное управление компанией. Ситуация обострилась еще больше, не получив желаемого путем прямолинейной атаки, они начали игнорировать советы директоров. В результате чего мы вообще потеряли возможность принимать определенные решения, поскольку для этого требовались их голоса.

Договор с фондом содержал туманно сформулированную оговорку, в соответствии с которой принятие решений все же возможно без участия его представителей в заседании совета директоров, при условии, что кворум имеется и им направлялись приглашения. Когда стало ясно, что дальше тянуть нельзя, мы были вынуждены принять несколько решений, используя эту оговорку. Чего они, по-видимому, и ждали, немедленно подав на нас в арбитражный судЛондона.

Важно отметить – ситуации, когда фонд хочет пересмотреть оценку стоимости компании и увеличить свою долю, случаются. Иногда они перерастают в конфликт между фондом и другими акционерами. Но нормальные инвесторы в таких случаях не будут пытаться разрушать бизнес и, вместе с ним, свои инвестиции, намеренно парализуя его работу. Такие действия оправданы только в том случае, если они хотят заставить основателей выити из бизнеса, то есть, по сути, отобрать его.

В итоге мы проиграли этот суд – их лондонские адвокаты оказались намного круче наших, ирландских. И «благодаря» персональным гарантиям мы должны выкупить у фонда все акции, которые они приобретали, плюс заплатить проценты и оплатить услуги их адвокатов. Получается, что привлекли мы 8 млн, а вернуть должны были 12,5 млн евро. Причем 5,5 из них выпали на мою долю.

С одной стороны, мне, конечно, изначально не следовало подписывать гарантию на такую значительную сумму. С другой – я же не собирался ничего нарушать, поэтому согласился на эти условия с легким сердцем, относясь к этому как к формальности, подтверждающей добрую волю. Я никак не предполагал, что фонд начнет целенаправленно создавать ситуацию, парализующую бизнес, с целью его отнять.

Вот пример ситуации, когда недостаток осмотрительности привел к потере денег и едва не стоил нам самой компании. Поэтому, повторюсь, не будьте легкомысленны.

Итоги: глупые и умные деньги

1 УМНЫЕ ДЕНЬГИ НА СТАРТЕ – ЭТО ОЧЕНЬ ВАЖНО

Хороший бизнес-ангел или венчурный фонд делится своим опытом, помогает привлечь следующий раунд инвестиций. Это невероятное счастье, когда приходит человек, который старше тебя, опытнее, при деньгах, и ведет тебя за руку. Это парадокс, но есть два способа заставить людей помогать тебе: или заплатить им, или, наоборот, взять у них деньги. Во втором случае они будут тебе помогать, чтобы их не потерять.

Идея smart money в том, что ты получаешь больше, чем деньги: ты получаешь союзника, помощника, который будет помогать, консультировать. Ты получаешь связи, знания и опыт.

Dumb money – это инвесторы-новички. Обладатели шальных капиталов. Их можно ввести в заблуждение, но это чревато будущими конфликтами. Чем менее опытный человек, у которого ты берешь деньги, тем больше риски. Поэтому ты должен обложиться бумагами и заставить партнеров подписать все дисклеймеры.

Бывают очень спокойные dumb money – это люди, которые дали денег и ушли, и ты их никогда больше не увидишь. Они есть в списке акционеров, но ты даже не знаешь, как они выглядят. Пользы от них мало, но и вреда нет.

2 БЫТЬ ЧЕСТНЫМ С СОБОЙ И ДРУГИМИ ЛЮДЬМИ

Очень важно быть абсолютно честным со своими партнерами. Речь идет не только о том, что обман – это не только неэтично, но еще и противозаконно и чревато серьезными неприятностями. Часто люди вводят в заблуждение окружающих просто потому, что сами искренне верят во что-то, что на самом деле не соответствует действительности. Например, автор патента может искренне считать, что сделал гениальное изобретение, основатель бизнеса – что он наткнулся на золотую жилу и его стартап вот-вот станет «единорогом». Сила искреннего убеждения такова, что она может увлекать за собой других людей даже вопреки очевидным фактам: даже если продукт не работает как надо и компания еще не сделала ни одной продажи, и основатели и инвесторы вполне могут считать, что она уже стоит миллионы, а завтра – будут и миллиарды.

Иногда эти игры разума срабатывают – стартап начинает привлекать первых последователей и буквально из ничего появляются какие-то деньги. Но потом приходит серьезный институционный инвестор, подключает профессиональных людей. И после того, как они применили рыночные методы оценки, выясняется, что никаких миллионов компания не стоит и даже самые оптимистичные оценки перспектив ее продукта не позволяют оценить ее дороже, скажем, тысяч 500.

Возникает дилемма. С одной стороны, перед компанией появляется возможность привлечь крупного инвестора, который принесет не только деньги, но и множество новых контрактов и связей. Но бизнес-ангела, который вошел в ваш бизнес несколько лет назад, вы убедили, что стоите дороже тогда же. Теперь-то вы понимаете, что новая оценка ближе к реальности, но что делать с тем человеком, который вложился, исходя из того, что компания стоит больше, и хочет вернуть свои деньги в соответствии с этой оценкой?

Бизнес-ангел, как правило, не тот тип инвестора, который может реально понять стоимость бизнеса. Поэтому, когда появляется реальная рыночная оценка, с ним неизбежно возникают проблемы. Единственный правильный выход в этой ситуации – увеличить долю ангела. Но очень часто на такой поступок у людей не хватает ума и силы воли. И начинаются конфликты – у тебя появляется акционер, который считает, что его обманули. Ты берешь с собой в длинную дорогу человека, который тебя тихо ненавидит. И хорошо, если тихо, потому что чаще всего он может делать это и «громко». Он начинает мешать этой сделке, тормозит твой бизнес. И из-за этого оценка вашей компании снижается.

Особенно аккуратным нужно быть с семьей и друзьями – так можно потерять не только бизнес, но и семью.

3 ДОЛЯ – ЭТО НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО КОНТРОЛЬ

Почему основатели так переживают за оценку на старте? Да потому, что бизнес на старте не может стоить дорого и за небольшие деньги инвестор может забрать большую долю компании. Это вечный страх основателя: «А что мне останется? Как мне контролировать свой бизнес, если я все раздам на старте?»

Но между долей в бизнесе и контролем не всегда стоит знак равенства. Можно сделать так, чтобы основатель контролировал стратегию, имел право вето, но при этом не имел контролирующего пакета. Это все можно прописать в акционерном договоре. Например, Марк Цукерберг в Facebook привлек Юрия Мильнера. Это были опасные русские деньги не очень понятного происхождения. Но Юрий просто взял и отдал голоса в совете директоров Марку. Мильнер получил долю в перспективном бизнесе, Цукерберг – сохранил контроль. Все довольны. Даже в совсем небольшом бизнесе можно прописать подобные договоренности, и они очень важны.

4 «КРИВОЙ» ДОГОВОР – МИНА ЗАМЕДЛЕННОГО ДЕЙСТВИЯ

Бизнес-ангелы, а тем более друзья и семья – это люди, не очень хорошо подкованные во всевозможных хитростях договоров, на основании которых они инвестируют. Обычно они не создают внутри этих договоров всевозможных крючков, которые их защищают, – хорошо, если такой договор хотя бы просто имеется. Но некачественный договор, равно как жадность и неадекватная оценка компании, неминуемо приведет к проблемам.

На берегу все звучит красиво – быстрая сделка, хорошие деньги, все замечательно. Но это может оказаться лишь отложенной проблемой. Поэтому очень важно даже на ранней стадии быть предельно внимательным в оформлении документов и оценках стоимости компании. Поэтому никогда нельзя забывать максиму «договоры составляют для суда», то есть всегда держите в голове не просто вероятность возникновения разногласий, но и то, что их придется решать именно в судебном порядке.

Но есть и обратная сторона – венчурный фонд или бизнес-ангел могут в договоре лишить основателя полномочий. Когда на горизонте появляются деньги, у людей очень часто возникает соблазн «срезать углы». Они в душе уже не только получили эти деньги, но и придумали, куда потратить, и теперь закономерно боятся, что сделка сорвется, а надо и «за офис платить и зарплату людям». И начинают соглашаться на условия, которые им не очень выгодны, пока в один прекрасный момент не обнаружат, что ничего уже больше не контролируют. И если основатель является ключевым сотрудником компании, то инвестор, который вложил деньги на выгодных для себя условиях, но лишивший основателя доли и, соответственно, мотивации, в данном случае совершает фатальную ошибку.

Между интересами основателя и инвестора должен быть баланс. Обманутый на ранних этапах инвестор – это мина замедленного действия, которая обязательно взорвется, когда в бизнес придут новые деньги. Но и основатель, который по ошибке отдал слишком много, доверился инвестору, потеряв мотивацию, может запросто уничтожить этот бизнес.

Баланс интересов и взаимное уважение – залог счастливой совместной жизни. К огромному сожалению, статистика говорит о том, что такие счастливые истории случаются не очень часто

Глава 9
Сколько денег нужно для бизнеса и когда их привлекать?

В ПРОШЛОЙ ГЛАВЕ МЫ РАЗОБРАЛИ, ГДЕ ИУ КОГО МОЖНО ПРИВЛЕЧЬ ДЕНЬГИ ДЛЯ ФИНАНСИРОВАНИЯ КОМПАНИИ. НО ВОПРОС «ОТКУДА БРАТЬ ДЕНЬГИ?» КАЖЕТСЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЮ САМЫМ ВАЖНЫМ ЛИШЬ ПО НЕОПЫТНОСТИ. НА УСПЕХ ИЛИ НЕУДАЧУ БИЗНЕСА ГОРАЗДО СИЛЬНЕЕ ВЛИЯЕТ НАЛИЧИЕ ПРАВИЛЬНЫХ ОТВЕТОВ НА ДРУГИЕ ВОПРОСЫ: В КАКОЙ МОМЕНТ НУЖНО ПРИВЛЕКАТЬ ДЕНЬГИ И КОГДА, НАОБОРОТ, НАСТУПАЕТ ПОДХОДЯЩЕЕ ВРЕМЯ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ИХ ВЫНУТЬ ИЗ БИЗНЕСА. ОБ ЭТОМ МЫ СЕЙЧАС И ПОГОВОРИМ.

Парадокс идеи и «долина смерти»

СЛОЖНОСТЬ ИЛИ ЛЕГКОСТЬ ПОЛУЧЕНИЯ ДЕНЕГ ДЛЯ КОМПАНИИ ОЧЕНЬ СИЛЬНО ЗАВИСЯТ ОТ ЭТАПА ЕЕ РАЗВИТИЯ.

Удивительный парадокс, который я заметил еще в роли стартапера, а теперь наблюдаю как инвестор: компании без продукта получить деньги проще, чем бизнесу, которому уже есть что продавать. Это звучит неправдоподобно, но с фактами не поспоришь.

Когда у предпринимателя еще ничего нет, инвестор может оценить лишь то, что он видит, – идею и команду. Вероятность успеха на данном этапе не просчитывается – это больше вопрос веры, чем рационального анализа. Поэтому, если идея и команда произвели на него впечатление, ему проще решиться на то, чтобы дать им денег, – он вкладывает не столько в бизнес, сколько в мечту, и его готовность к риску в этом случае выше.

Но совсем по-другому он будет смотреть на предпринимателя, у которого уже есть продукт. Не имеет значения, прототип это, или промышленный образец, готовый к массовому производству. В этом случае он оценивает не умозрительную абстракцию, в которую можно верить или не верить, а конкретный материальный объект или измеримый эффект, не оставляющий много пространства для фантазий. Здесь уже спор не о вере, а о цифрах. Поэтому часто бывает так: воодушевленный предприниматель приходит к инвестору и заявляет: «У нас есть классный продукт. Мы добились – смотрите, всё работает. Это победа». Но в ответ часто слышит разочаровывающую реплику: «Подождите. Если у вас есть классный продукт, то должны быть хорошие продажи? Зачем вам тогда инвестиции? Если же покупателей нет, значит, продукт не так уж и хорош. Тогда зачем инвестировать?»

От готового продукта до продаж – длинный путь. Для начала, нужно найти первых клиентов, убедить их попробовать, запустить пилотный проект, создать сервис, получить первые деньги, которые уйдут на доводку продукта, это придется делать в любом случае, потому что значительную часть проблем невозможно выявить как-то иначе, кроме как в реальной эксплуатации. В-третьих, нужно правильно рассказать о нем массовому покупателю. В-четвертых, как-то пережить длинный цикл продаж, когда уже есть расходы на производство, но еще нет доходов от сделок. Все это занимает время.

Но, к сожалению, многие инвесторы, особенно те, кто не имел большого опыта в производстве, этого не понимают – наличие конкретных, измеримых метрик пускает их по ложному пути. В свою очередь, многие предприниматели, не понимая логику, которой оперирует далекий от их предметной области инвестор, не всегда могут правильно выстроить аргументацию и объяснить, почему продукт у них есть, а массовых продаж нет.

Конечно, бывают продукты с очень коротким циклом продаж. Например, в софтверном бизнесе Plesk цикл мог занимать всего несколько недель. Поэтому можно было начать получать прибыль без больших инвестиций. При росте объемов продаж начинали возникать технические сложности, нужно было выпускать новые версии и организовывать поддержку клиентов, но на это уже были деньги от первых пользователей.

Компании, которые выпускают продукт с длинным циклом продаж, часто попадают в так называемую «долину смерти». Это период, когда продукт уже есть, а продаж еще нет, или доходы не превышают расходы. Это очень странный и опасный период, когда предпринимателю кажется, что он близок к победе, но под ногами трещит очень тонкий лед.

Aripix – компания, выпускающая промышленных роботов, в которую я инвестировал, стала доходной в октябре 2020 года. К этому времени они достигли такого количества заказов, что полностью окупали их расходы. Но еще в августе – сентябре мы разговаривали с представителями венчурных фондов и слышали фразы, которые я приводил выше. Мои аргументы о длинном цикле продаж и прочем они и слышать не хотели. «Покажите продажи, и мы дадим деньги» – был их ответ. На что я возражал: «Так когда у нас будут продажи, нам ваши инвестиции и не понадобятся. Мы уже будем на другой стороне долины». Так оно и вышло.

В России очень мало опыта работы с робототехникой. Объективно, я не сказал бы, что мой опыт в данной сфере особенно велик, но у других российских инвесторов его еще меньше. И многие люди реально не понимают, что, когда продукт готов, но еще нет массовых продаж, вложив относительно немного в его продвижение, можно получить кратный рост. Но на стадии, когда продажи уже есть, цена компании сразу вырастает, и та же доля в ней обойдется уже в совсем другие деньги.

Правильный инвестор как раз должен искать компании, находящиеся в «долине смерти», – там нет такой конкуренции за проекты, зато предприниматели, понимающие уязвимость своего положения, готовы идти на уступки. Но заблуждение, что хороший продукт непременно должен сразу показывать хороший спрос, по-прежнему владеет слишком многими умами.

Цикл продаж занимает некоторое время, но это не только самый благоприятный, но и самый приятный для инвестора момент для вложения средств, потому что он практически сразу может видеть, как все начинает расти, как грибы после дождя. Совсем другое дело, когда у вас еще нет продукта и вы день за днем страдаете, разрываясь между надеждой, что вот-вот получится, и страхом, что ничего не выйдет. Я сам так три года ждал, когда запускал производство гироскопов в Innalabs, но технические проблемы никак не давали начать производство. Поверьте, это каторга.

Собственно, это и объясняет разницу в менталитете предпринимателя и инвестора. Для основателя этап до создания продукта – самый тяжелый. И когда продукт готов, он испытывает облегчение и прилив уверенности. Но для инвестора – все наоборот. Когда нет продукта – есть мечта, которая воодушевляет. Но как только он появляется, в дело вступают скучные и отнюдь не столь волнующие душу рациональные соображения.

Квант инвестиций: сколько нужно денег?

КОГДА ВЫ БЕРЕТЕ ПЕРВЫЕ ДЕНЬГИ, ТО В ИДЕАЛЕ УЖЕ ДОЛЖНЫ ЗНАТЬ, КОГДА ПОЛУЧИТЕ СЛЕДУЮЩИЕ.

Или хотя бы понимать, до какого этапа эти деньги вас доведут. Важно быть уверенным, что их хватит до точки, когда компания выйдет в плюс или сможет привлечь следующий раунд инвестиций.

Но «брать с запасом» тоже не стоит. Слишком много денег – это почти так же плохо, как слишком мало. Особенно на ранних стадиях, когда компания еще относительно недорого стоит, – если в этот момент взять слишком большой раунд инвестиций, то доля предпринимателя окажется сильно размытой; он может попасть в ситуацию, что на следующем раунде ему уже нечего будет предложить новому инвестору.

Но и небольшие инвестиции опасны. В теории компания должна дорожать по мере того, насколько готов и востребован ее продукт. Но на практике так бывает далеко не всегда. Предприниматель рассчитывает, что как только он выпустит продукт, это даст качественно другую оценку компании и перспективы привлечения денег. Но на деле ситуация иногда складывается противоположным образом – новые инвесторы оценивают его дешевле, чем изначальные. И это неприятно как основателю, так и тем, кто вкладывал деньги на предыдущих раундах.

Поэтому в идеале на начальном этапе нужно брать деньги из расчета, чтобы их хватило до той поры, когда пойдет стабильный финансовый поток и когда на компанию обратят внимание более крупные инвесторы.

После «долины смерти» и выхода на break-even (безубыточность) появляется несколько новых вариантов финансирования. Как правило, компании попадают на своеобразное «плато»: с одной стороны – зарабатывают достаточно, чтобы жить, но с другой – бурного роста не демонстрируют. Для того чтобы перейти на следующий уровень, им нужен дополнительный толчок, квант энергии. Иными словами, нужны деньги – для масштабирования производства, расширения команды, запуска качественной маркетинговой кампании.

Например, компания производит роботов. Производство имеет предельную мощность-до поры наращивать объемы выпуска можно за счет более интенсивной эксплуатации оборудования, но рано или поздно оно достигнет потолка. Дальнейший рост требует строительства новых цехов, покупки дополнительного или более производительного оборудования – все это требует серьезных денег. Конечно, можно накопить их из текущей прибыли, но это потребует времени, за которое благоприятный момент может быть упущен. Рынок и конкуренты ждать не будут. Поэтому на данном этапе привлечение внешнего финансирования может быстро вывести компанию на принципиально иной уровень.

Бывает и по-другому. Например, в компании Plesk не было такой зависимости от инвестиций, потому что индустрия производства программного обеспечения устроена иначе: наращивать мощности можно постепенно. У компании был готовый продукт, и количество покупателей плавно увеличивалось. Соответственно, росла и прибыль, за счет которой можно было наращивать команды по обслуживанию клиентов, расширять бэк-офис, развивать и настраивать инфраструктуру продаж и поддержки пользователей. Но подобный экстенсивный рост возможен далеко не всегда.

Это развилка: либо расти за свои, если бизнес не требует мощных финансовых вливаний, либо привлечь инвестиции и резко рвануть вверх. И в том, и в другом случаях можно брать деньги инвесторов. Потому что даже бизнес, который двигается экстенсивно, может воспользоваться этими деньгами, чтобы, например, купить конкурента, у которого есть большая база. Бывает и так, что компания сделала какой-то продукт и стала на нем зарабатывать. Однако предприниматель к этому времени лучше понял рынок и осознал, что ему гораздо нужнее немного другой продукт. Соответственно, если он быстро разработает и выпустит его, то он может выиграть джекпот. Это хороший этап для инвестиций, потому что компания, помимо знания рынка, обладает клиентской базой и определенной репутацией на рынке, поэтому смена или расширение продуктовой линейки с высокой степенью вероятности принесет успех.

Например, компания Bitrix в свое время продала половину своего бизнеса компании 1С. При этом Bitrix была вполне доходной компанией, но они пошли на эту сделку, потому что база клиентов 1С бесконечна. Таким образом, продав долю и заработав на этом, они резко увеличили объемы продаж. Отдали часть бизнеса, но взяли сильного партнера в обойму. Это по-настоящему умные деньги.

Пример: как мы привлекали деньги в Innalabs

ЗДЕСЬ Я МОГУ ПОДЕЛИТЬСЯ СОБСТВЕННЫМ ОПЫТОМ – ОН ОТЛИЧНО ИЛЛЮСТРИРУЕТ ОШИБКИ, О КОТОРЫХ Я РАССКАЗЫВАЛ.

Одним из самых серьезных вызовов, с которым я в свое время столкнулся в проекте Innalabs, была ошибка в определении объема необходимых инвестиций. Дело в том, что я не учел очень длинный цикл продаж, который существует в этой сфере. Я был уверен, что если мы сделаем классный продукт, то клиенты в любом случае придут и купят. В итоге продукт мы сделали отличный и в сроки уложились, но ждать денег от покупателей пришлось почти 10 лет!

Цикл продаж продукта в таких индустриях, как космос, авиация, военная продукция, – очень длинный. Вы продаете компонент, к которому предъявляются исключительно строгие требования и поэтому он должен пройти цикл очень длительных и крайне дорогостоящих испытаний. Это обстоятельство создает первый серьезный барьер входа на рынок, чтобы компании хотя бы начали рассматривать ваш продукт, он должен давать какие-то решающие преимущества по сравнению с тем, что они используют сейчас.

Далее, если все начальные тесты прошли красиво и обещанные характеристики подтвердились, они вставляют этот товар, в данном случае – гироскоп, в навигационную систему и вновь тестируют. Если все хорошо, этот блок навигации вставляют в само изделие – ракету или самолет – и тестируют уже там. То есть ваш продукт, прежде чем его купят, проживает три очень длинных этапа сертификации. И когда его в конце концов сертифицируют, вам еще предстоит дождаться, когда правительство или корпоративные заказчики примут решение о закупке этих самолетов. Соответственно, самолетостроители запустят производство, начнут закупать системы навигации, а их производители, соответственно, – приобретать ваши гироскопы. Только на этом этапе вы наконец увидите деньги. Можете представить, сколько времени проходит с момента, когда вы показали потенциальному покупателю ваш товар, до формирования устойчивого спроса.

Но есть и позитивный момент. Если вы все-таки вписались в эту технологическую цепочку, то заказами вы будете обеспечены на годы вперед. Производители, потратившие миллиарды на создание этого самолета, окупят затраты, только если будут выпускать ихтысячами. И даже если они начнут разрабатывать другую модель, все равно есть вероятность, что для нее они будут покупать ваши компоненты, потому что тестировать и сертифицировать новые, как уже было сказано ранее, долго и дорого. Так что до появления новой технологии, обещающей значительный прирост характеристик, продажи вам обеспечены.

Проблема заключалась в том, что тогда я этого не понимал. В итоге мы сначала долго-долго создавали лучший гироскоп в мире, а потом долго-долго пытались его продать. В итоге я застрял в этой «долине смерти» на много лет. Моя ошибка как бизнесмена состояла в том, что я не исследовал этот рынок, хотя, объективно, мне ничто не мешало это сделать. За что и поплатился – мне снова и снова приходилось поднимать новые раунды инвестиций в бизнес, который сделал классный продукт, но не имел выручки. Что для меня, как для основателя бизнеса, означало постоянное размывание моей доли. Если бы я мог изначально, еще на уровне идеи убедить людей дать много денег сразу, чтобы дожить до первых продаж, то тогда я сумел бы сохранить контрольный пакет.

Но, с другой стороны, если бы я знал обо всех этих нюансах еще «на берегу», то, скорее всего, компании Innalabs не возникло бы вообще. Потому что врать инвесторам и акционерам я бы не стал, но если бы я им сразу сказал, что возврата инвестиций придется ждать 10 лет, вряд ли кто-нибудь на это согласился бы.

Кэшаут: как вынуть деньги и не пустить бизнес под откос?

КОГДА БИЗНЕС ДОЗРЕЛ ДО ОПРЕДЕЛЕННОГО УРОВНЯ, НАЧАЛ ЗАРАБАТЫВАТЬ И НАКОНЕЦ ПОЯВИЛИСЬ ТЕ, КТО ГОТОВ КУПИТЬ В НЕМ ДОЛЮ, ВОЗНИКАЕТ ВАЖНЫЙ ВОПРОС.

Могут ли наконец основатель и другие менеджеры-акционеры получить из этих денег что-то «на руки», для себя?

Очень часто венчурные фонды и другие внешние инвесторы не любят выкупать долю у действующих менеджеров. Существует всеобщее убеждение, что «эти парни должны быть голодными». Доля истины в этом есть, и дело не в их жадности. Представим себе топ-менеджера в каком-нибудь проекте. Он ходит на работу и относительно неплохо зарабатывает – достаточно, чтобы содержать себя и семью. Все у него хорошо. Но вдруг неожиданно на него сваливается сумма, в несколько раз превосходящая его годовой доход. Очень часто люди не готовы к таким деньгам, особенно если они молоды и работают в стартапе. Интересы и приоритеты у них могут меняться очень сильно и в неожиданную сторону. Еще вчера он сутки напролет проводил в офисе и с головой уходил в рабочие задачи, а сегодня полдня размышляет – то ли ему дом построить, то ли яхту купить.

Поэтому кэшаут нужно делать очень осторожно. Давать большие деньги можно людям, которые морально к этому готовы и не будут резко менять свой стиль жизни. Если этот человек – опытный бизнесмен, который

уже проходил та кой этап, у него уже достаточно денег – не вопрос. Но, если большие деньги сваливаются неожиданно, жди беды. Вспомните, сколько печальных историй произошло с талантливыми, перспективными актерами, артистами, спортсменами, которым первый успех и первые деньги вскружили голову и которые в итоге разрушили свою карьеру и жизнь. С управленцами все точно так же.

Зная об этом риске, опытные инвесторы чаще всего стараются выкупить долю других инвесторов или вложить деньги в бизнес, но не отдать на руки основателям и менеджерам. Им скорее дадут опцион, но не живые деньги.

Другое дело, когда человек понимает, что всю жизнь вкалывал, добился каких-то успехов, и настало время получить какой-то бонус для себя и семьи. У него есть осознанное понимание, для чего ему нужны эти деньги – купить квартиру, дом, оплатить образование детей. В таком случае кэшауг только усилит компанию, человеку станет проще. Он увидит отдачу от своих усилий и это придаст ему сил и энергии идти дальше. В этом случае кэшауг воспринимается по-другому: я работал и добился, теперь опять буду работать и добьюсь еще большего.

Это очень тонкий момент, так как деньги могут пойти во благо, но могут и все испортить. Очень важно, чтобы и инвестор и основатель понимали, зачем эта сделка происходит, почему деньги уходят вовне, а не остаются внутри бизнеса.

Дилемма дивидендов: рост или реинвестирование

САМЫЙ ПРИЯТНЫЙ СПОСОБ КЭШАУТА – ЭТО ДИВИДЕНДЫ.

Однажды наступает момент, когда вы вдруг замечаете, что на счетах компании накопились деньги. То есть бизнес-модель работает – вы зарабатываете больше, чем тратите. Что делать с этими деньгами?

Возникает дилемма – можно взять и раздать акционерам, а можно реинвестировать в рост бизнеса. Выбор здесь зависит от конкретной ситуации.

Иногда люди делают бизнес для себя. Размер компании их устраивает, они понимают, что им сил хватает только на это, и они не хотят ничего другого. Инвестиции подразумевают рост. Рост, в свою очередь, подразумевает изменение структуры. И часто люди понимают, что они не хотят управлять огромной корпорацией. Им вполне достаточно относительно небольшого бизнеса, который занимает определенную комфортную нишу на рынке. Часто люди просто боятся идти дальше. Или рост подразумевает изменение парадигмы бизнеса, с которой они незнакомы или к которой они не готовы. Или, наоборот, знают и понимают, что с дальнейшим ростом компании объем задач, который надо решать, вырастет больше, чем доходы.

Это отчасти философская дилемма – растить и развивать бизнес или вынимать из него деньги. Есть бизнесы, где зависимость от вложенных денег более-менее линейная. Например, коммерческая недвижимость: покупаешь метры площадей, сдаешь их в аренду, растешь. Если конъюнктура хорошая – чем больше денег вкладываешь обратно в покупку новых метров, тем больше растешь. Здесь вопрос вынимания денег из бизнеса решается проще-достаточно установить для себя определенную пропорцию между дивидендами и реинвестированием.

В других бизнесах зависимость, наоборот, ступенчатая: чтобы реализовать новый проект или запустить новый продукт, нужно накопить значительную сумму. И тогда вопрос сложнее – или отказаться от проекта и забрать дивиденды, или решить его реализовывать, но тогда подождать с деньгами.

Как и во всем в жизни, здесь необходим баланс между интересами дела и вашими собственными интересами. Крайности, когда все реинвестируется, а акционеры живут впроголодь, или акционеры высасывают все соки из бизнеса и не дают ему развиваться, одинаково вредны. Но в любом случае помните – жизнь у вас всего одна, и в разные периоды в ней возникают объективные потребности, которые надо удовлетворять. В том числе и для того, чтобы сохранять и развивать свой творческий потенциал, энергию и мотивацию для работы. Не нужно забывать о себе.

Альтернатива инвестициям: краудфандинг и франчайзинг

ПРОДОЛЖАЯ РАЗГОВОР ОБ ИНВЕСТИЦИЯХ, НЕЛЬЗЯ ЗАБЫВАТЬ ПРО ПОПУЛЯРНЫЙ НЫНЕ КРАУДФАНДИНГ.

Его разновидность краудинвестинг – когда ты берешь деньги у так называемых неквалифицированных инвесторов.

Это юридически значимый момент, и за ним строго следят регуляторы – Комиссия по ценным бумагам в США или ЦБ в России. Например, когда мы собирали деньги в Америке на Plesk, каждый инвестор, согласно требованиям закона, должен был подтвердить, что он является квалифицированным инвестором, иными словами, соответствует требованиям регулятора к объему собственного капитала или ежемесячного дохода за определенный срок.

Эти требования предназначены для защиты инвесторов от различных форм биржевого мошенничества и манипуляций, но они же создают серьезные препятствия по привлечению денег с использованием традиционных финансовых инструментов. То есть может получиться так, что вам и денег нужно относительно немного, и вам их готовы дать, но взять их вы не можете – закон не позволяет.

Поэтому в последнее время в связи с бумом стартапов, появились новые формы инвестирования. Благодаря Интернету процесс привлечения инвестиций стал проще, появилось множество площадок-платформ, которые позволяют это делать легально и относительно просто. Требования к инвесторам на этих площадках гораздо менее строгие за счет «правильной» юрисдикции краудфандера.

В чем проблема? Такие инвесторы, как правило, готовы вкладывать небольшие суммы, то есть инвесторов в любом случае будет много, и перед каждым из них появятся обязательства. Предпринимателю нужно готовить такой акционерный договор, при котором он сможет сам принимать решения и привлекать уже настоящие инвестиции. Потому что собрать подписи от тысячи человек в какой-нибудь момент перед собранием нереально. Управлять этим процессом невозможно.

Конечно, если вы открываете крафтовый бар в своем районе и предлагаете его потенциальным посетителям скинуться, чтобы вам помочь, а потом получить вечную скидку на пиво, краудфандинг имеет смысл. Вы же не просто привлекаете деньги, а формируете ядро аудитории. Или собираетесь выпустить на рынок какой-нибудь оригинальный гаджет, который состоит из более-менее стандартных компонентов, но имеет необычный форм-фактор, сценарий использования, набор функций, словом, не требует серьезных вложений в исследования и разработки. Вы, по сути, решаете сразу две задачи – находите деньги на производство и покупателей.

Но если мы говорим про инновационный высокотехнологичный бизнес, для которого нужны серьезные деньги, то краудфандинг или краудинвестинг не сработает. Никакой растущий и потенциально крупный бизнес не может себе позволить такое огромное количество акционеров на начальных этапах. Тем более что они не являются квалифицированными инвесторами ни в юридическом, ни даже в обывательском смысле, то есть не разбираются ни в бизнесе, ни в продукте, ни в принципах инвестирования. Инвесторов всегда настораживает большое количество акционеров в стартапе, потому что это означает, что процесс принятия решений резко усложняется. Соответственно, если их будут сотни или тысячи, ни один серьезный инвестор в такой проект не пойдет.

Краудфандинг – это, на самом деле, очень дорогие деньги, потому что нужно будет много потратить на рекламу на площадке и к тому же отдать ей долю от собранных денег в качестве комиссии. Найти нескольких инвесторов можно в ручном режиме, тысячи – только благодаря рекламе. Это очень некомфортные и очень тяжелые деньги. Изначально они кажутся легкими, но легализовать такие инвестиции и управлять ими крайне сложно – как в публичной компании, но при несопоставимых размерах. Кстати, во многих странах после того, как количество акционеров превышает сто человек, автоматически появляются требования к отчетности как у публичной компании, что резко повышает издержки: необходимо публиковать отчетность, нанимать аудиторов, словом, делать все то же, что делают крупные корпорации. Для стартапа это может быть неподъемной задачей.

Другое дело – франчайзинг, когда сторонние предприниматели открывают под вашим брендом собственные заведения. Они инвестируют свои деньги и время, а твоя сеть растет. Это очень хорошая, интересная история, если у компании работающая бизнес-модель. Лучший пример – это McDonalds. Всем советую посмотреть фильм «Основатель» про раскрутившего этот бренд Рэя Крока.

Для франчайзи это тоже выгодно. Он на старте получает знания, на которые иначе убил бы годы. Правильная франшиза – это очень хорошая история для индивидуального предпринимателя, который хотел бы создать небольшой семейный бизнес.

Но франшиза – это все-таки не про инвестиции, а про специфическую бизнес-модель со своими рисками. Народ часто не выполняет требования владельца бренда, и качество резко падает. Это не альтернатива инвестициям, а просто одна из бизнес-моделей, которая тоже потребует инвестиций, потому что нужны автоматизация и контроль. Только продуктом здесь являются не гамбургеры, а лицензия на использование этой бизнес-модели. Если бизнес-модели нет или она нерабочая, то франчайзинг не поможет.

Итоги: деньги для бизнеса и для себя

1 БРАТЬ ДЕНЬГИ НАДО ВОВРЕМЯ И В ДОСТАТОЧНОМ КОЛИЧЕСТВЕ – ВОТ МОЙ ГЛАВНЫЙ ПОСТУЛАТ

Бывают моменты в развитии бизнеса, когда проще всего привлечь инвестиции: на уровне идеи и формирования команды; когда бизнес достиг безубыточности готов к масштабированию; когда он может за счет инвестора совершить квантовый скачок.

2 ПОМНИТЕ О «ДОЛИНЕ СМЕРТИ»

Когда продукт уже есть, а прибыли еще нет, начинается парадоксальное и опасное время. Инвесторы хотят видеть продажи и рост доходов, а предпринимателю нужны время и деньги для развития. И чем длиннее цикл продаж, чем сложнее продукт, тем больше этот период. В этой долине погибло немало компаний, и вполне мог пропасть Innalabs. Поэтому обязательно учитывайте это обстоятельство и закладывайте в свою стратегию – у вас должно быть достаточно денег, чтобы ее пересечь

3 КТО СЛЕДУЮЩИЙ?

В вашей голове должна быть детально выстроенная стратегия привлечения денег – когда, от кого, сколько. Денег надо брать достаточно, чтобы дожить до следующего этапа, когда появится прибыль или новый инвестор. Если вам предлагают инвестиции, но их недостаточно, чтобы добежать до следующего раунда, то, чаще всего, лучше отказаться. Соблазн, конечно, велик, самонадеянность и жадность говорят: «Бери и беги», но это путь к страданиям и потере контроля над ситуацией.

4 КАК ВЫНИМАТЬ ДЕНЬГИ?

Деньги – опасная вещь. Плохо, когда их нет, но, когда они есть, возникают новые проблемы: как премировать людей и не демотивировать их. Шальные большие деньги меняют людей в худшую сторону, поэтому кэшаут должен быть наградой за долгий путь для морально устойчивых людей

Часть 5
Кризис рынков

Глава 10
Кто я такой?

КЛЮЧЕВОЙ ВОПРОС НА СТАРТЕ БИЗНЕСА: КТО Я И КАКОЕ МЕСТО НА РЫНКЕ МОГУ ЗАНЯТЬ?

ОТВЕТ НА ЭТОТ ВОПРОС-И ЕСТЬ КОНКУРЕНТНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО. ДАЖЕ ЧЕСТНЫЙ ОТВЕТ «НИКТО» СЭКОНОМИТ УЙМУ ДЕНЕГ И ВРЕМЕНИ. ПОНИМАНИЕ ТОГО, ЧТО ИМЕННО ЯВЛЯЕТСЯ ВАШИМ КОНКУРЕНТНЫМ ПРЕИМУЩЕСТВОМ, КРИТИЧЕСКИ ВАЖНО ДЛЯ УСПЕХА. ЕСЛИ ПРЕИМУЩЕСТВА НЕТ – НЕ СТОИТ ВСТУПАТЬ В ИГРУ ВООБЩЕ.

Ищем неравенство

ЧТОБЫ НАЙТИ КОНКУРЕНТНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО, НУЖНО ОБНАРУЖИТЬ НЕРАВЕНСТВО.

Благодаря глобализации и открытому рынку, благодаря Интернету, доступности образования и информации очевидных точек неравенства становится все меньше. По сравнению с Советским Союзом или Северной Кореей у нас достаточно открытая страна, где нет системных проблем с передвижением по миру. Благодаря этому 99 % предпринимателей или людей, которые хотели бы заниматься бизнесом, имеют практически равные внешние шансы.

Однако, создавая какой-либо новый проект, в первую очередь нужно найти или создать некое неравенство. Нужен рычаг или интересная возможность, которая позволит делать что-то лучше других. Если ты делаешь все точно так же, как делает кто-то другой, то шансы на то, что у тебя что-то получится, довольно низки. Это работает не только на сложных технологических рынках, но и в любом, самом банальном бизнесе. Даже если ты открываешь «шаурмячную», то не можешь сделать все так же, как у твоего удачливого соседа. Как минимум тебе придется найти другое место, даже если ты будешь его в точности повторять.

Чтобы выжить на рынке, у компании должно быть конкурентное преимущество, точка опоры. Преимущество должно работать вдолгую или хотя бы до тех пор, пока предприниматель не найдет новую точку неравенства и не создаст еще одно преимущество.

На старте очень важно понимать, почему вдруг именно ты занимаешься именно этим. И конкретное конкурентное преимущество может быть настолько удивительным и уникальным, что все варианты не перечислишь. Чем более глобальные конкурентные преимущества предпринимателю удастся найти или создать, тем больше шансов, что бизнес выживет. Тем более доходной и устойчивой к кризисам получится компания.

В случае с «шаурмячной», например, таким суперпреимуществом будет не соус и не чистота, а договоренность с главой района, что он не выдаст никому лицензию ближе, чем в 300 метрах от твоей точки. Да, это не очень законно, да и глава может смениться, но в моменте это даст точке просто невероятные преимущества.

Ставка на Россию

КАК ПРИМЕР ДАВАЙТЕ РАЗБЕРЕМ КОМПАНИЮ PLESK.

В ней мы нашли несколько конкурентных преимуществ, которые дали нам колоссальный рычаг. А самое главное, дали мне как молодому основателю, у которого не было много денег и опыта, возможность преодолеть эти недостатки.

Первым и ключевым преимуществом стало месторасположение нашей команды в Новосибирске. Для того чтобы сделать что-то подобное в Кремниевой долине, я думаю, потребовалось бы миллионов 10 долларов. Мне же хватило 1 миллиона.

В Долине в тот момент уже появились другие компании, которые хотели делать тот же самый софт для хостинга. И привлечь столь же большие деньги, как и они, я не мог. Я не умел разговаривать с фондами, у меня не было бизнес-опыта, то есть я был не в их формате. Поэтому те люди, которые уже работали в Долине, которые понимали, как работает венчурный рынок, они имели передо мной конкурентное преимущество.

Но у меня было совершенно неожиданное преимущество – я вырос в России и умел говорить по-русски. Я понимал, как устроен российский рынок, мог найти здесь партнеров и сотрудников. И благодаря этому я мог привлекать программистов в десятки раз дешевле, чем в Штатах. Я мог собрать звездную команду, за которую мне в Америке пришлось бы бороться очень долго и упорно. Мало того, лучшие люди в Америке еще ко мне и не пошли бы. В США я был очередным стартапером без денег и ресурсов, а в России – богатым американцем, носителем уникального опыта. И русские люди с удовольствием шли за мной, верили в мой проект.

У российской локации, впрочем, были и существенные недостатки. Делать в России международный бизнес никогда не было легко. Банковское регулирование и сейчас не подарок, а в те времена было просто драконовское, так что для того, чтобы объяснить транзакции за рубеж, требовалось или ангельское терпение, или дьявольская изобретательность. Таможня тогда была коррумпированной, злобной и непредсказуемой. То есть для бизнеса, который выпускал бы что-то «железное», которое нужно было бы физически перемещать за границу, обстановка в стране была (да и остается, увы) крайне тяжелой. Но IT-компании в России на тот момент имели важное конкурентное преимущество. Для настаможня была нестрашна. Это Интернет – ты нажал на кнопку, и твой продукт доступен по всему миру.

Банки тоже не страшны. Продавая продукт, тебе не нужно было постоянно гонять деньги в Россию и обратно. Я создал зарубежную компанию в той юрисдикции, которая была удобна. Соответственно, на нее производились все продажи, все деньги аккумулировались в этой компании, и она просто раз в месяц присылала деньги в российскую компанию, чтобы заплатить зарплату, аренду и так далее. То есть внутри страны практически не было доходов. Нужно было просто платить налоги на белую зарплату, и все.

И еще важное преимущество – IT-компанию очень сложно отнять, она не представляет особого интереса для рейдеров. Это не завод, где можно захватить землю и станки. Если бы к нам пришли мрачные люди в погонах или без, то все, что они могли забрать, это наши компьютеры, которые мы и так меняли раз в год. Ключевая наша ценность – это люди, а рейдерам они неинтересны.

Стартовали мы в начале 2000-х годов, когда Россия только-только отходила от кризиса 1998 года. Это означало, что конкуренция за хороших людей, программистов, была ниже, чем сейчас. Соответственно, мы могли им меньше платить. То есть вдруг неожиданно сложилась такая хитрая ситуация, когда мы могли привлекать высококвалифицированных программистов гораздо дешевле, чем наши прямые конкуренты в США. При этом кривизна российского рынка была нам на руку-у нас-то не было проблем с таможней, банками и рейдерами. Потом, конечно, IT-индустрия стала развиваться, начался экономический рост, и в борьбу за программистов подключились такие гиганты, как «Яндекс», Сбербанк, которым требовались люди для внутренних разработок.

Мы могли очень быстро разрабатывать софт, а это являлось мощнейшим конкурентным преимуществом на западном рынке. Я мог иметь в десять раз больше людей для того, чтобы просто задавить конкурентов. Мы всегда были на шаг впереди.

В софте, и вообще в хайтеке, самое важное – быть быстрым, выпускать продукты быстрее других, чтобы постоянно у тебя была какая-то инновация, а остальные догоняли и копировали. Поэтому российские корни, база в России, оказали огромное влияние на то, что Plesk стал лидером рынка, несмотря на скудные ресурсы.

Я считаю, что это практически единственная причина, почему бизнес выстрелил. При всех деньгах и пафосе Долины они отстали от нас в этом продукте. Мы были голодные, у нас было мало денег, зато была сплоченность не зажравшейся команды, гордость за то, что мы опережаем западных разработчиков.

Позитивный взгляд и иллюзии

ОЧЕНЬ ЧАСТО ЛЮДИ НЕ ПОНИМАЮТ, ЧТО ОНИ ИМЕЮТ В РЕАЛЬНОСТИ.

Измените точку зрения – и изменится понимание ситуации. Если смотреть на жизнь позитивно, то всегда найдется фишка, которую можно превратить в конкурентное преимущество. Чтобы обнаружить неравенство, часто нужно просто взглянуть на ситуацию под другим углом.

Например, непродолжительное время я былакционером компании, которая выпускала медицинский прибор для промывания носа «Долфин». Мой партнер увидел такую штуку в США и решил продавать ее в России. Он попытался договориться о лицензии с людьми в Америке, но они запросили какие-то невероятные деньги, и мы решили справиться сами. «Медицинский прибор» – это, конечно, громко сказано, на самом деле это всего-навсего флакон из мягкого пластика и крышкой-носиком, и пакетики с морской солью. Казалось бы, что тут может пойти не так?

В общем, разработали незамысловатую конструкцию и запустили производство флаконов. Уже сделали первую партию, как вдруг прибегает бледный начальник производства и буквально падает на колени: «Шеф, все пропало!» Выяснилось, что с мягкостью пластика немного переборщили – крышечка плотно не закручивается, и, если надавить чуть сильнее, резьба проскакивает. Надо всю партию списывать в брак. А это – 500 тысяч штук, на которые ушли все деньги.

Мой товарищ предложил не спешить. Покрутил наконечник в руках и говорит: «Слушайте, это же не брак, это фича. Это специально сделано, чтобы люди нос себе не травмировали. Если превысить безопасный уровень давления на баллон, крышка слетает с резьбы и не дает струе воды травмировать носоглотку».

Мы написали все это в инструкции, и производственный брак превратился в заботу о людях. Смекалка и позитивный взгляд на жизнь, могут позволить увидеть в ошибках возможности, а в отклонениях от нормы – «фишки».

Конкурентное преимущество – это коктейль чего-то физического, чего-то метафизического, смекалки, точки зрения, взгляда на жизнь. Это комбинированная история, которая позволяет одним людям быть сильнее других.

Однако грань между позитивным взглядом на жизнь и опасными иллюзиями очень тонкая. Ошибка в определении преимущества приводит начинающих предпринимателей к тому, что бизнес «не взлетает», а уже работающие бизнесы заводит в тупик. Важно не просто задавать правильные вопросы, но и отвечать на них честно.

Недавно мне позвонил человек, который попросил совет. Он знал, что я занимаюсь, в том числе, и водой, и хотел начать бизнес в этой сфере. Ему предложили инвестировать в новый проект: продажа воды в упаковке «Тетрапак». Как этот человек мне объяснил, ключевая фишка и конкурентное преимущество в том, что никто больше так не делает. Все фасуют воду в прозрачные бутылки.

Затея сразу показалась мне сомнительной. Никто не добывает воду на Луне, например, но это же не означает, что здесь есть незанятая бизнес-ниша. Мы долго эту тему обсуждали и пришли к выводу, что вода в «Тетрапаке» не пойдет. Понятно, почему продается в закрытой упаковке молоко или сок – их-то надо защищать от света, а вода, наоборот, любит свет: в нем она искрится, сияет, становится живой. Люди хотят видеть воду, хотят видеть, что она прозрачная и красивая.

Во-первых, ты всегда видишь, сколько воды еще осталось. Во-вторых, пить из «Тетрапака» неудобно, нужно переливать в стакан. На самом деле, при ближайшем рассмотрении вылезает много проблем, а довод «за» только один – необычный внешний вид.

В итоге я дал ему бесплатный совет потратить деньги на что-то еще. Как я понял, он меня не послушал, потому что совсем недавно я увидел этот продукт в «Азбуке вкуса». Почему? Суть простая: человек работает юристом, он партнер в юридической компании. Ему просто надоели бумажки и скучные процессы, ему хочется попробовать реальный бизнес. Сделать продукт, который можно потрогать руками.

Понимаете, ему, на самом деле, не нужен был мой совет, он все для себя уже решил, поверил в основателя и продукт. Но это как раз классический пример бизнеса, который развивается от продукта, а не от рынка. Ребята что-то придумали, а теперь решили протолкнуть свою идею в рынок. К ним не приходили большие сети с запросом на такой товар, они почему-то сами решили, что продукт будет востребован. Основатель бизнеса загорелся идеей и сумел убедить в своей правоте инвестора. И все всё понимают, но ничего не могут с этим сделать – они погрузились в иллюзию.

Какие перспективы? Допустим, не пойдет этот продукт. А ребята уже деньги и силы свои потратили. Они вложат еще деньги и начнут выпускать воду в обычных бутылках. Смогут они там найти конкурентное преимущество? Не уверен. Анализ всегда упирается в вопрос: «Почему я лучше?» И если честно посмотреть на ответ, то получается, что «я лучше, потому что мне этого очень хочется». И ничего не сделаешь с этим. Хорошо, если эти люди в процессе додумают свою идею, найдут какую-то нишу, и им повезет.

Совет простой: если у вас появилась какая-то идея или вы уже разрабатываете бизнес-план, посмотрите на свой проект с точки зрения покупателя. Вот кто-то предлагает вам такой проект купить, на что бы вы смотрели? Конечно, на проблемы, которые не всегда видно изнутри. Люди субъективны и одержимы эмоциями. Влюбившись в идею, они закрывают глаза на правду и не искренни сами с собой. Нужно эмоционально отвязаться от своего проекта и посмотреть на него со стороны. К сожалению, для основателя психологически сложно это сделать. Хорошо бы привлечь человека со стороны. И если уж привлекли – выслушайте его доводы, а не ждите 100-процентного одобрения.

5 видов конкурентных преимуществ

КОНКУРЕНТНЫЕ ПРЕИМУЩЕСТВА МОЖНО ПОДЕЛИТЬ НА ПЯТЬ СЕКТОРОВ.

Идея и основатель: есть ли у вас какая-то личная способность, которая отсутствует у конкурентов. Например, это может быть знание языка и культурных особенностей.

Команда: есть ли профессиональные люди, готовые за вами последовать?

Финансы: есть ли у вас деньги или знания, как их привлекать?

Производство: можно ли наладить более эффективное производство, чем у конкурентов?

Рынок: какова институциональная среда и регуляторная база, в которой вы находитесь? Поможет ли она опередить конкурентов?

В каждом пункте вы должны спросить себя: «В чем я лучше других?» И максимально честно ответить. Кроме того, следует обязательно спросить: «А чем я хуже других?» И тоже ответить честно. Это не только придаст объемность точке зрения, но и позволит заметить противоречия.

Почему важна честность? Потому что, отвечая на эти вопросы, придется вскрывать собственные недостатки. И важно, чтобы они не оказались фатальными. Например, в Plesk моим основным минусом было то, что я был не бизнесменом, а инженером. И у меня напрочь отсутствовало понимание, как поднимать деньги, с кем разговаривать. У меня отсутствовали в контактной базе люди, у которых я мог попросить денег. Но я нашел людей, у которых эти контакты были. Я дал им долю, и они привели инвестора.

Моим минусом было то, что я никогда ничего подобного не делал. И те люди, которые дали мне деньги, они, естественно, рисковали. Но количество плюсов, которые мне давала разработка в России, перевесили минусы. И в итоге тот факт, что денег у нас было мало, стал преимуществом. Мы не сжигали столько ресурсов, как конкуренты, и нам нужно было зарабатывать гораздо меньше, чтобы быть в плюсе. Мы могли реинвестировать прибыль – одно за другим начало складываться. Иногда неопытность и незашорен-ность может стать не меньшим преимуществом, чем знания и опыт.

В компании Innalabs изначально я не мог ответить на многие вопросы честно, мне казалось, что я все понимаю. Сейчас мне кажется, что я был в помутненном состоянии разума. Результатом стал гораздо более длинный срок окупаемости и гораздо большее количество денег, которые мы инвестировали. Я предполагал, что сделаю этот проект за 5 лет, а в итоге потратил 15.

Да, в итоге мы сделали мощную производственную компанию, но где оказался лично я? У меня практически не осталось доли в компании, которую я придумал и создал. Почему так произошло? Потому что я был в иллюзии, не отвечая честно на очевидные вроде бы вопросы.

Верификация: лев или буйвол

КАК ВЕРИФИЦИРОВАТЬ СВОЕ УБЕЖДЕНИЕ?

Как понять, что конкурентное преимущество действительно есть, а не вы его выдумали?

К сожалению, проверить гипотезы зачастую можно только через дела. Меня научил этому принципу Джон О'Лири, изначально – начальник производства, а теперь СЕО Innalabs, который сделал уникальную производственную базу, выпускающую с нулевым браком высокоточные приборы.

Для него не важен путь, имеет значение только результат: работает прибор или нет. Только нормальная работа прибора является доказательством. Если прибор не работает, то процесс контроля качества раскручивает цепочку в обратную сторону: находит элемент, который не работает, и досконально разбирается с причиной брака. Этот процесс может длиться бесконечно долго, но важно не потраченное время, а результат. Для этих ребят вообще не важны слова, важны только факты. Также и в бизнесе: гипотеза имеет право на жизнь только, если она работает.

Часто стартаперы просто смотрят в Интернете: ага, общий объем рынка миллиарды долларов, захватим 1 % – и вот мы уже миллионеры. Но есть не только ТАМ (Total Addressable Магке^общий объем целевого рынка, но и SOM (Serviceable & Obtainable Market) – реально подходящий под ваш продукт объем рынка. И между этими цифрами может лежать пропасть.

И для того чтобы правильно определить свой рынок, нужно ответить на вопрос: кто ты? Выше я уже рассказывал про компанию Aripix. Когда они в первый раз пришли к нам, то ориентировались на мировой рынок роботов и называли какие-то невероятные цифры, но в реальности могли ли они продавать свой товар по всему миру? Было ли у них достаточно ресурсов и знания рынков Америки и Европы, чтобы местные компании бросились раскупать их продукт? Думаю, ответ очевиден. Но российский рынок оказался более чем готов работать с такими, как они. Оказалось, что конкурентное преимущество Aripix как раз и заключалось в том, что они находятся и производят свою продукцию в России. Локальным потребителям сложно работать с иностранными поставщиками, в первую очередь из-за страха остаться один на один с техническими проблемами. А вот уже после того, как у Арипикса получится все на российском рынке, им откроется дорога на рынки зарубежные. Но это уже будет новая история, требующая совершенно нового бизнес-плана и поиска других преимуществ, уже на совершенно другом рынке!

Рынок похож на поляну. На ней растет трава и водятся кабаны. Но чтобы эту поляну захватить, нужно понять, кто ты – буйвол или лев. Буйволу нужна трава, а льву – кабаны. Чтобы честно ответить на ключевой вопрос, часто уходит время. Сразу с нуля понять, кто ты, бывает сложно. Очень многие бизнесмены думают, что они львы и у них ничего не получается, охота не ладится. Но как только они осознают, что они буйволы, то сразу обнаруживают поля ну травы. Компании исторически эволюционируют и выруливают на правильный путь (или погибают). Именно кризисы позволяют им эволюционировать и начать правильно отвечать на вопросы.

Один из критериев правильно найденного конкурентного преимущества – это то, что вы получаете новую точку зрения. Приходит новое понимание, открывается какая-то новая перспектива, новый инсайт. Ты неудачно охотился на кабанов, а вдруг посмотрел на поляну глазами буйвола. И понял, что все не так уж плохо. Если ты верно понимаешь свои сильные и слабые стороны, то бизнес начинает взлетать. Ты просто начинаешь делать ставки на правильные вещи.

Итоги:

1 УСПЕХ ИЛИ НЕУСПЕХ БИЗНЕСА ЗАВИСИТ ОТ ТОГО, СМОЖЕТЕ ЛИ ВЫ НАЙТИ СВОЕ КОНКУРЕНТНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО

Для этого нужно честно рассмотреть свои слабые и сильные стороны, ответить на вопросы: кто я, чем я хуже и лучше других? Честно ответить бывает сложно, и велик риск, что возникнет иллюзия преимущества.

2 ПРЕИМУЩЕСТВА БЫВАЮТ РАЗНЫЕ, И У КАЖДОГО БИЗНЕСА ОНИ СВОИ

Искать преимущества стоит в пяти сферах: идея основателя, команда, финансы, производство и рынок. Хорошо, если преимущества есть в разных направлениях, они могут дополнять и усиливать друг друга. Наилучшее конкурентное преимущество – это такое, о котором вы можете рассказать кому угодно и все равно это никто быстро не повторит.

3 ВЕРИФИКАЦИЯ

Проверить преимущество зачастую можно только в бою – попробовать идею реализовать. Для этого нужно разбить процесс на этапы таким образом, чтобы у вас была итеративная проверяемость. Постоянно нужно отслеживать, это действительно работает или вам только кажется.

4 ЛЮБОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО – ВРЕМЕННОЕ

Условия и рынки меняются, конкуренты не дремлют. Поэтому нужно смотреть не только на текущую ситуацию, но и на то, как она изменится. Как говорил хоккеист Уэйн Гретцки: «Я мчусь туда, где шайба будет, а не туда, где она была». Вы должны быть готовы к тому, что конкурентное преимущество в какой-то момент исчезнет или появится. Поэтому задавайте себе вопросы «Чем я лучше?», «Чем я хуже?» постоянно.

5 ОПТИМИЗМ И ГОТОВНОСТЬ К ПЕРЕМЕНАМ – УЖЕ ПРЕИМУЩЕСТВО

По большому счету ключевое преимущество, объединяющее успешных предпринимателей, – это их взгляд на жизнь. Если человек честен сам с собой, не впадает в уныние и всегда ищет новые возможности, то он их всегда найдет. Всему остальному можно научиться

Глава 11
Как создать высокотехнологичное производство?

КАЧЕСТВЕННОЕ ПРОИЗВОДСТВО – ЭТО ЦЕЛАЯ НАУКА, ПРО КОТОРУЮ НАПИСАНО МНОЖЕСТВО КНИГ, НО ТЕМА ВСЕ ЕЩЕ ДАЛЕКА ОТ ИСЧЕРПАНИЯ.

Поэтому нечего и думать, что я могу полноценно раскрыть этот вопрос всего лишь в одной главе. С другой стороны, этого вполне хватит, чтобы передать вам общую идею, направление и принципы мышления. Некоторые из них могут показаться нестандартными для российского человека, но, если вы последуете им, результаты превзойдут ваши ожидания.

Так получилось, что в США я попал в довольно молодом возрасте – уже после учебы в университете и службы в армии. По этой причине мне так и не довелось столкнуться с российским (а точнее – с советским) производством. Первый опыт такого рода я получил только в Ирландии – уникальной стране с точки зрения организации предприятий.

Поскольку в настоящее время я инвестирую в робототехнику и занимаюсь внедрением промышленных роботов, я имел возможность познакомиться с большим количеством отечественных производств. Когда мы приходим на очередное предприятие с целью его автоматизации, нам, естественно, показывают всю подноготную производственного процесса. Которая, как правило, выглядит не слишком привлекательно. С другой стороны, нас-то это как раз радует, особенно когда я представляю, каким бы мог стать этот завод, если наладить правильное производство. Потенциал просто невероятный.

Тому, как должно работать правильное производство и как его надо создавать, я научился в компании Innalabs. Приборостроение само по себе – сложная вещь, оно требует не только нетривиальных инженерных и производственных решений, но и огромного количества трудозатрат. В приборах вы обычно имеете дело с комбинацией большого количества мелких деталей и высоких требований к точности изготовления каждой из них. Если же вы, как Innalabs, делаете не просто приборы, а высокоточные гироскопы, которые используются в ракетах и космических спутниках, сложность вырастает многократно. Процесс производства и инструменты, которые делают приборы такой точности, должны быть как минимум на два порядка более качественными, чем в обычном приборостроении. Так что, если вы сумели его освоить, вы можете получить огромный прирост качества и производительности, применяя этот опыт на любых других производствах.

И самое главное открытие, которое я для себя сделал, – дело вовсе не в технике. Качество обеспечивают не станки, технологии или квалификация, хотя все это, безусловно, очень важно. В конечном счете все упирается в принципы, на которых основано ваше производство, именно они определяют, что вы получите в итоге. Наше оборудование ничем принципиально не отличалось от того, что использовали наши конкуренты. Люди, с которыми мы работали, вовсе не являлись какими-то гениями или уникумами. Но качество, которого нам удалось добиться, с запасом перекрывало сертификационные требования Boeing, SpaceX, NASA и прочих заказчиков. Они много раз приезжали к нам, разбирая наши процессы буквально по винтику, и каждый раз уезжали в полном восторге.

Как же так получилось?

Стандарты, или почему контроль качества – это не формальность

НА САМОМ ДЕЛЕ ВСЕ ПРАВИЛА СОЗДАНИЯ КАЧЕСТВЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА УЖЕ ДАВНО НАПИСАНЫ.

Существует множество стандартов качества: например, ISO 9001,2001 и многие-многие другие. В различных отраслях могут существовать всевозможные дополнительные стандарты: что-то для авиации, что-то для наземного транспорта, что-то для пищевой индустрии и так далее. Эти стандарты содержат в себе очень конкретные требования, которые надо просто дисциплинированно исполнять. И, как говорится, будет вам счастье. Вот так – проста и без затей.

Однако по совершенно неизвестным причинам эта простая истина большинству отечественных производителей кажется совершенно неочевидной. К большому сожалению, если вы посмотрите на реальные российские предприятия, то 70 % из них видят в этих стандартах скорее препятствие, чем возможность. В лучшем случае они стремятся выполнить эти требования формально, не вдумываясь в их содержательную сторону, – лишь бы получить заветный сертификат. Но картина совершенно меняется, если воспринимать их как базу, основу мировоззрения и понимания мира.

Что такое стандарт? Это детально прописанные процедуры. На все, до последнего винтика. Причем ISO-стандарты описывают не только то, как надо закручивать эти винтики, но и то, как работает бухгалтерия, отдел кадров, как делаются и внедряются новые разработки и так далее. Это не бюрократия – у каждой этой процедуры есть изначальная причина, зачем это нужно делать и почему это важно. Если правила дорожного движения написаны кровью, то эти правила – компаниями, которые разорились потому, что не смогли выпускать качественный продукт.

Большинство людей в России просто хотят получить сертификат, чтобы показать его покупателям или инвесторам. Конечно, сертификаты проверяются – приезжает инспектор, говорит: «Расскажите, как вы это делаете?» Они достают документы: «А вот, как в бумагах описано, так и делаем». Инспектор ставит галочку и уезжает. Но проблема в том, что реально по этим документам заводы не живут. Как только инспектор вышел за дверь, все эти документы отправляются в сейф, и – понеслась душа в рай. Включаются наши национальные черты – «авось» и «разберемся». Если что-то сломается, найдется местный «кулибин» и все починит. А если не будем успевать в срок, найдем местного «Стаханова» и все успеем.

Так что, как парадоксально это ни звучало бы, но не дураки и дороги, а эти самые «Стахановы» и «кулибины» и есть две наши самые главные беды. Во всяком случае – в производстве. Оно может быть сертифицировано хоть четыре раза кряду, но это ни о чем не говорит. Это единичную блоху можно подковать за счет ловкости рук. Но системное производство «на пальцах» не сделаешь, даже если все ваши сотрудники – абсолютные гении.

Зачем сделаны эти стандарты? Они позволяют настроить систему таким образом, что она никогда не даст сбоя. Эта система позволяет убрать фантазии и инициативу. Задача качественного производства – это полностью убрать человеческий фактор. Как только описан процесс производства, там запрещено думать. Ты должен исполнять то, что там написано, а не придумывать что-то новое.

Сам процесс создания этих процедур является творческим процессом, но даже этот процесс должен быть подчинен определенным правилам: как это творчество внедряется каждый раз, по какой системе это происходит. То есть качество – это всего лишь исполнение инструкции. В ISO-процессах описан не только документ, не только исполнение, но описана методика контроля и обратная связь, каким образом всегда это можно проверять.

В правильных компаниях есть вице-президент по контролю качества. Он сначала помогает написать инструкции, а потом контролирует процесс исполнения. Человек не подчиняется никому, кроме СЕО или совета директоров. Его самая высокая мотивация – найти проблему. Как только он находит косяк, получает бонус.

Как это работает?

ЧТО ТАКОЕ КАЧЕСТВЕННОЕ ПРОИЗВОДСТВО 1/1 КАК ОНО СТРОИТСЯ?

Начинается все с каждой отдельно взятой конкретной детали. Нужно не просто описать ее, но и определить, кто ее поставляет и каким требованиям она должна отвечать. А главное – квалифицировать поставщика.

Сначала он должен предоставить все необходимые сертификации. Затем первые три партии проверяются на 100 %. Если 100 % деталей соответствуют, то начинается частичная проверка, например, 10 %. Если там нет брака, то производитель переходит в разряд квалифицированных. После этого осуществляется только выборочная проверка. При любом сбое процедура повторяется сначала.

Обычно при правильном производстве на каждую деталь у тебя есть более одного квалифицированного поставщика: основной и вторичный. Часть покупается у одного, часть у другого. Это тоже является частью требований безопасного производства, потому что нельзя допустить остановки производства из-за проблем поставщика. В идеале – надо иметь трех поставщиков, способных заменить друг друга.

Когда детали описаны, а поставщики квалифицированы, необходимо все собрать. Компания Innalabs работает по принципу Boeing – вся разработка разбита на этапы. Сами детали мы практически не производим – на это есть множество субподрядчиков, которые очень качественно делают электронику и другие детали. Центральное ноу-хау компании заключается в разработке, сборке и уникальной системе балансировки.

Откуда взялись эти знания? Свой первый гироскоп мы собрали на Украине практически «на коленке». Приехали в Ирландию, показали прибор и попросили производственников наладить выпуск. Но те сделали круглые глаза: «А где технологические карты, где инструкции? Как вы себе это представляете?» Пришлось разобрать каждую деталь, понять, из какого материала она делается, с помощью каких методик, на каких станках, по какой технологической карте, каким образом обрабатываются материалы, как их правильно соединять. И на каждом этапе у нас происходили какие-то проблемы. В общей сложности с момента нашего приезда до старта производства прошло два года беспрерывного ада.

Зато когда продукция начала наконец выходить, то 98 % приборов получались качественными. Причем остальные 2 % – это был даже не брак, а точно такие же приборы, но с чуть меньшей точностью. Для примера: компания Sagem, один из мировых лидеров производства гироскопов выпускает прибор Quapasson похожей технологии и близким по набору материалов, но только 70 % изделий идет к клиентам, 30 % отправляется в мусорный ящик.

Почему так? Наш прибор сделали люди, которые никогда в жизни не видели гироскопов. Они просто работали по правильной системе, по точной инструкции. Отношение ко всему изделию ровно такое же, как отношение к каждой отдельной части, к каждому отдельному болту. Каждая операция, которая происходит, должна пройти веете же самые квалификационные процессы. И когда ты можешь гарантировать каждый отдельный элемент, все изделие будет в порядке.

Так что секрет прост: качество – это исполнение правильных инструкций, проверенных и доказанных. Доказательством является повторяемость, она должна быть не ниже 70 %. То есть из 100 выпущенных приборов 70 должны быть идеальны. Если 50 % на 50 %, то методики пока нет. Это как монету бросать. Может, получится, а может, и нет.

Как мы сделали акселерометр

ЕСТЬ ТАКАЯ АМЕРИКАНСКАЯ КОМПАНИЯ HONEYWELL МИРОВОЙ ЛИДЕР В ПРОИЗВОДСТВЕ НАВИГАЦИОННЫХ ДАТЧИКОВ И ПРИБОРОВ.

Я был на их заводах лет 17 назад, и у меня было ощущение, что я побывал на космическом корабле, причем марсианском. Это было что-то невероятное.

Honeywell является лидером в производстве многих устройств, в том числе акселерометров. Они требуются для навигационных систем ракет и самолетов. Это очень важный и очень точный прибор. Например, с помощью акселерометра можно с большой высоты измерять изменение гравитации Земли в разных местах. Можно с самолета увидеть локальное изменение гравитации – это может означает, что там есть железо, нефть или еще что-то полезное человечеству.

Honeywell производит одни из самых лучших акселерометров, но патенты на них закончились несколько лет назад. Неудивительно, что несколько уважаемых компаний попытались их скопировать, но не смогли этого сделать.

Захотели и мы в Innalabs, по стратегической причине. Основной наш продукт – гироскопы, но для создания полноценной навигационной системы необходимы и акселерометры. Я прекрасно понимал, что тот же Honeywell с радостью заблокирует продажу моих гироскопов, не продавая акселерометр моим клиентам. Я должен был быть независимым от этой угрозы. Так что я предложил своим производственникам начать выпускать их тоже. И увидел то же знакомое выражение в глазах: «Дмитрий, вы как себе это представляете?» Любому человеку, который работает в этой индустрии, понятно, что для этого нужны уникальные, прямо-таки сакральные знания. А у нас нет специалистов по акселерометрам. У нас специалисты по гироскопам и специалисты по производству. Я ответил: «Нам будет проще, потому что мы не будем придумывать с нуля. Мы скопируем, а процессы вы налаживать умеете».

И что вы думаете? Мы купили китайскую копию акселерометров Honeywell, так как купить оригинал не позволяли экспортные ограничения США. Разобрали, разобрались, нарисовали, произвели бесчисленное количество компьютерных симуляций. Мы очень качественно разобрались с требуемыми параметрами деталей и параметрами всей системы, но самое тяжелое было еще впереди.

Представьте себе кристалл, который выращивается на специальном производстве и внешне похож на среднего размера дыню. Эта «дыня» режется слоями толщиной 10 микрон и превращается в фигурную деталь, похожую на монету, в которой дополнительно создаются «шейки» по 2 микрона. Собирать это руками невозможно. Для этого были созданы роботы, которые позволяли с идеальной точностью интегрировать элемент в финальную сборку. Сначала создавался прибор, потом создавались требования для каждой конкретной детали, эти требования верифицировали на компьютере, и под эти требования создавались машины.

Так вот, не вдаваясь в детали, через 6 месяцев мы запустили производство первых акселерометров. Я потратил на это всего тысяч 300 долларов дополнительно. Мы даже не думали, что такое возможно. Точно так же считали и все наши конкуренты. Год спустя один из ведущих менеджеров известной итальянской компании по производству вооружений признался, что они в свое время потратили 5 лет и 30 миллионов евро, пытаясь сделать то же самое, но безрезультатно.

Honeywell производит линейку акселерометров. На самом деле они не производят разные акселерометры – они производят один и тот же, но в зависимости от результатов испытаний им ставят разный рейтинг. 70 % – самые неточные, потом 20 % поточнее и лишь 10 % самых точных, которые продаются дороже всех остальных вместе взятых. Иногда звезды сходятся, и получается высокоточный прибор, который очень-очень дорогой и очень важный. Так вот, в Innalabs они все были высокоточные. Это даже стало реальной проблемой – мы не знали, как строить ценовую политику в таком случае. Нам пришлось разработать технологию искусственного «отупления» приборов. Иначе нам приходилось отправлять на заказы дешевых акселерометров точные приборы, но клиенты, видя потрясающие параметры «дешевых» приборов, не заказывали дорогие устройства!

Еще раз – у нас не было уникального оборудования. У нас не работали гении. У нас даже не было специалистов по акселерометрам. Но если есть методика, то она работает в любом процессе.

Незнание есть благословение?

А ТЕПЕРЬ КЛЮЧЕВОЙ ВОПРОС:

Почему у нового производства качество изделий оказалось выше, чем у Sagem или Honeywell, огромных корпораций с большой историей?

Боюсь, что ответ здесь прячется в английской поговорке: «Ignorance is a bliss», что переводится как «Незнание есть благословение». Мы не знали, что сделать такое невозможно. Как это работает? Я до сих пор не понимаю. С одной стороны, опыт твой лучший друг. С другой – опыт может превратиться в своего рода «забор», построенный твоим сознанием. Как найти эту грань? Как дать волю здоровому авантюризму? И все-таки в данном случае нам помогли дисциплина и методика которой владела компания. И, конечно же, не обошлось и без изрядной доли везения.

Также огромным фактором могут являться те самые «конкурентные преимущества», которые отрабатывают не только в плюс, но и в минус. Основным клиентом компании Sagem является государство. Французский госсектор не может покупать больше ни у кого, кроме как у Sagem. Ну и зачем тогда добиваться 100 % качества, хватит и 70 %. Наличие госзаказа не стимулирует делать лучше – оно гарантирует, что у тебя всегда будут покупать.

Конкурентные преимущества России

В РОССИИ НЕ ЛЮБЯТ МЕТОДИКИ 1/1 ПРАВИЛА, У НАС ЛЮБЯТ ГЕРОЕВ.

Почитайте наши сказки – Илья Муромец лежал на печи 30 лет и 3 года, ничего не делал, а потом встал и всех победил. Иван-дурак – все делает неправильно, но итоге у него все заканчивается хорошо. Это наша национальная черта – мы верим в звезд, а не в упорный труд и выполнение инструкций. А в коллективном разуме разочаровались во времена СССР. Я и сам был такой, не читал инструкций и искал героев-Кулибиных, пока не начал работать в Ирландии. Вернулся в Россию, заказал пресс-форму для пластиковой бутылки и три раза отправлял ее обратно. Каждый раз что-то да отличалось от наших требований. Почему же мы все так не любим правила?

На самом деле ключ к спасению – это производственная дисциплина и определенный уровень культуры у команды. Это не так уж невероятно, между прочим. Есть же китайцы, которые работают на заводах Apple? Или русские, которые производят BMW. Понятно, что менталитет меняется поколениями, но вполне реально добиться качества и на конкретном заводе по принципу: «Не можешь – научим. Не хочешь – заставим».

Судя по процессам, которые мы сейчас наблюдаем, глобализация заканчивается. Мир имеет все шансы снова оказаться поделенным на зоны, и Россия может стать лидером в своей. Тот, кто сейчас правильно займется высококачественным производством в нашей стране, практически обречен на успех. У нас нет выбора, кроме как брать самые лучшие практики и их применять.

Почему я думаю, что у России есть все шансы? Во-первых, мы как нация довольно образованы. Процент образованных людей очень большой, есть хорошая физико-математическая школа. У нас очень развита изобретательность. Ее сложнее воспитать, чем дисциплину. Это генетическая, национальная особенность, которую так просто не создашь.

Но при этом нам необходимо учиться делать правильно. Мы же не ставим под вопрос какие-то фундаментальные научные знания. Они воспринимаются как основа, просто никто нам не объяснил, что качество, процедура и процессы – это фундаментальные законы. Если это донести, если не бояться это рассказать, люди понимают довольно быстро, они видят результаты.

Проблема в том, что мы развалили советскую систему, а новую не создали. Качественно мы научились делать только софт. У нас есть компании, которые успешно развиваются в мировом масштабе: Plesk, Kaspersky и другие. То есть русский человек в принципе в состоянии научиться, важно теперь применять эти навыки и в других отраслях.

Подход Китая, когда они брали свое за счет дешевой рабочей силы и низкого качества, в нашей стране не применим по объективным причинам: у нас просто нет столько людей. Поэтому правильный путь – это работать над качеством, развивать высокоавтоматизированное производство и становиться технологическим лидером хотя бы в своей части планеты.

Итоги: Дисциплина побеждает класс

1 ВЫСОКОТЕХНОЛОГИЧНОЕ ПРОИЗВОДСТВО ВОЗМОЖНО ТОЛЬКО ПРИ ФАНАТИЧНОМ КОНТРОЛЕ КАЧЕСТВА

Контроль должен быть абсолютно во всем – не только в том, как производится само изделие, но и все его комплектующие, исходные материалы, производственное оборудование и даже в том, как разрабатываются и применяются методы и инструменты контроля.

2 МАЛО ЧТО-ТО ИЗОБРЕСТИ, НУЖНО ЕЩЕ НАУЧИТЬСЯ ЭТО КАЧЕСТВЕННО ПРОИЗВОДИТЬ

Стандарты – это фундамент бизнеса. И чем раньше они у вас появятся, тем быстрее и устойчивее будет ваш рост. Благодаря им вы снизите себестоимость, обеспечите высокое и, главное, стабильное качество – именно это конкурентам воспроизвести бывает сложнее всего. По мере вашего развития они сэкономят вам колоссальные средства – на порядки большие, чем вы потратили на их создание. В ряде отраслей без них вы вообще не продвинетесь дальше первого шага. Но даже если вы не производите высокоточные приборы, стандарты все равно понадобятся – «плавающее» качество нигде не способствует росту продаж.

На стандарты качества нанизывается все остальное: востребованная рынком идея, звездная команда разработчиков. Но без производства любая гениальная идея обречена на провал: можно собрать уникальную машину или прибор, но, если ее нельзя воспроизвести, это не бизнес, а творчество.

3 ДИСЦИПЛИНА – ЭТО ЛЮДИ

Наличие стандартов и инструкций – это необходимое, но не достаточное условие для обеспечения качества. Для того чтобы его обеспечить, их нужно строго и неукоснительно соблюдать.

В теории это звучит просто, но на практике именно эта задача составляет наибольшую трудность. Строгое следование инструкциям – это элемент культуры организации, которую невозможно создать при помощи директив или внедрить поощрениями и наказаниями. Культура – это социальный, а не рациональный феномен. Поведенческая норма формируется, в первую очередь, путем подражания действиям лидера. Поэтому на этом этапе Балу и Каа должны уйти в сторону – в дело вступает Акела. И уже он занимается формированием команды на основе ценностей, составляющих его ключевое достоинство, – формализация, регламентация и дисциплина.

4 КАЧЕСТВЕННОЕ ПРОИЗВОДСТВО – ЭТО ИГРА ВДОЛГУЮ

Многие российские бизнесмены не любят строить долгосрочных планов. Постоянно меняющаяся законодательная база, непрозрачный процесс принятия решений органами власти, не слишком благоприятный деловой климат – все это приучило их не заглядывать далеко в будущее и стараться заработать здесь и сейчас. Системный подход к построению и развитию бизнеса в таких условиях затруднен, поскольку требует значительных и растянутых во времени затрат. Однако для того чтобы построить крупный бизнес, создать серьезный бренд, нужны годы целенаправленного труда. Это возможно только при условии, что вы верите в долгосрочные истории.

Время быстрых и легких денег давно ушло. Но любая долгосрочная стратегия строится на стабильном качестве, которое невозможно без внедрения соответствующей производственной культуры, стандартов и контроля. Это сложный и затратный процесс, но по-другому эта задача не решается

Глава 12
Как выйти на международный уровень (И стоит ли)?

ВЫЙТИ НА МЕЖДУНАРОДНЫЙ РЫНОК, СТАТЬ ГЛОБАЛЬНОЙ КОМПАНИЕЙ – МЕЧТА МНОГИХ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЕЙ, РАДИ КОТОРОЙ ОНИ НЕ ЖАЛЕЮТ ВРЕМЕНИ, СИЛ И ДЕНЕГ. ОДНАКО РЕЗУЛЬТАТ ДАЛЕКО НЕ ВСЕГДА ОПРАВДЫВАЕТ ОЖИДАНИЯ. ПОЭТОМУ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ПРИСТУПАТЬ К ЗАРУБЕЖНОЙ ЭКСПАНСИЙ, ИМЕЕТ СМЫСЛ ЗАДАТЬ СЕБЕ НЕСКОЛЬКО ПРОСТЫХ ВОПРОСОВ. ЗАЧЕМ МНЕ ЭТО НУЖНО? ПОДХОДЯЩЕЕ ЛИ СЕЙЧАС ВРЕМЯ ДЛЯ ЭТОГО? ГОТОВ ЛИ Я?

КРАЙНЕ ВАЖНО ОТВЕТИТЬ НА НИХ МАКСИМАЛЬНО ЧЕСТНО – ЭТО УБЕРЕЖЕТ ВАС ОТ МНОГИХ ДОРОГОСТОЯЩИХ ОШИБОК. О НИХ МЫ И ПОГОВОРИМ В ЭТОЙ ГЛАВЕ

Причины правильные и не очень

ЛЮДИ ЧАСТО НЕ ОТДАЮТ СЕБЕ ОТЧЕТА В ТОМ, ЧТО ИДЕИ, КОТОРЫЕ ОНИ СЧИТАЮТ СВОИМИ И РЕАЛИЗАЦИЕЙ КОТОРЫХ ОНИ ЗАНИМАЮТСЯ, НА САМОМ ДЕЛЕ ПРИШЛИ К НИМ ИЗВНЕ.

И не имеют никакого отношения к их подлинным интересам и потребностям.

Есть несколько причин, при которых выход на международные рынки я бы считал обоснованным:

– Рынок вашей страны исчерпан либо конкуренция в соседних территориях стала ниже, чем в вашем рынке. Опять же важно помнить, что «конкуренция» будет для всех разная и зависит от ваших конкретных способностей, то есть от вашего конкурентного преимущества. – Ваш бизнес изначально предполагал, что он должен работать на много стран – иначе бизнес-модель не будет работать. – Вы изначально работаете на зарубежные рынки, но находитесь в своей стране, поскольку это дает вам конкурентное преимущество. Тот же Plesk я изначально создавал как международную компанию как раз потому, что внутреннего российского рынка для такого софта на тот момент просто не существовало. Рынок хостинга в России тогда находился в зачаточном состоянии. Наши хостинговые компании ориентировались только на западный рынок и вообще не рассматривали российские продукты как что-то стоящее внимания. Парадокс, но Plesk пришел в Россию как западный продукт! При этом сточки зрения стоимости и квалификации рабочей силы, Россия как центр производства была идеальным местом. В тех условиях у нас по большому счету не было другого выбора, кроме как сразу создавать международную компанию.

Повторюсь, начинать работать в другой стране следует лишь тогда, когда локальные рынки или отсутствуют, или исчерпаны. Выход на международный рынок должен давать какие-то качественные выгоды: увеличение объемов продаж и, в идеале, рост капитализации компании.

Кстати, потенциал роста – это тоже ресурс. Оценка компании напрямую зависит от объема рынка, на котором она работает. Например, для российских компаний, которые работают на внутреннем рынке, возможности инвестирования существенно ограничены, по сравнению с США или Европой. Число IT-гигантов, которые могли бы выступить покупателями перспективных стартапов в IT, у нас очень невелико: Сбербанк, «Яндекс», Mail, ru group, вот, пожалуй, и все. А международным игрокам локальные истории обычно не интересны, если только у них нет потенциала выхода на международный масштаб. Тем более – российские: они и раньше не слишком ориентировались в местном рынке и побаивались инвестировать в проекты на российской территории. Теперь же, в связи с санкционным режимом, наши активы стали для них слишком «токсичными». Поэтому выход на международный рынок может увеличить ваши шансы привлечь инвесторов и, соответственно, поднять стоимость компании. Так что выход на зарубежные рынки может также повышать вашу капитализацию непропорционально объему продаж, но начинать и закрепляться нужно на своем рынке.

Подводя итог: если локальный рынок не исчерпан, то проще и дешевле начать с него. Зарубежную экспансию начинайте, лишь когда почувствуете, что стали упираться в его потолок.

Стратегия выхода: попробовали в России, идем за рубеж

ПО СУТИ ДЕЛА, СТАРТ В НОВОЙ СТРАНЕ – ЭТО ЗАПУСК НОВОГО БИЗНЕСА.

Нельзя просто взять скопировать бизнес-модель и перенести ее за рубеж. Тот же самый бизнес или то же самое изделие, программа, сервис в том же виде, в котором они существуют на территории России, могут вообще не работать в другой стране.

Поэтому новый рынок всегда должен быть изучен. Нужно понимать суть рынка и нужно понимать, в чем же конкурентное преимущество компании. Нужно посмотреть по-новому на свой продукт, пойдет ли он, имеет ли он смысл на новой территории.

Давайте разберем вопрос, стоит ли выходить на зарубежные рынки, на примере компании Aripix, которая производит промышленных роботов.

Бизнес-план компании изначально разрабатывался с прицелом на российский рынок и потому исходил из его особенностей и запросов. Поскольку для отечественных производств характерны частые (и безуспешные) попытки решить проблему нехватки рабочей силы за счет низкооплачиваемых и низкоквалифицированных работников-мигрантов, мы поставили задачу сделать робота, который должен был их заменить. Соответственно, он должен уметь выполнять простые операции точно и быстро и при этом не быть слишком дорогим. Несмотря на всеобщее убеждение, что это невозможно, компания создала такого робота и сейчас активно осваивает местный рынок.

Почему было принято такое решение. Не лучше ли сразу стартовать за рубежом? Там уже существует развитый рынок промышленных роботов, есть платежеспособный спрос, наконец рабочая сила стоит столько, что даже дорогостоящие роботы идут, как говорится, на ура.

Ответ прост: потому что потенциал внутреннего рынка России еще очень далек от исчерпания. Наоборот, спрос настолько превышает предложение, что Aripix не успевает производить достаточное количество роботов, чтобы его покрыть. Правда, важно заметить, что конкурентов у них почти нет.

С точки зрения дальнейшего развития модельного ряда или освоения новых ниш, ситуация такая же – все имеющиеся инженеры загружены на 100 % работой по адаптации робота под особенности различных отраслей и производств.

Таким образом, компания в настоящий момент наращивает как валовый объем продаж, так и охват новых сегментов рынка. Попутно они совершенствуют конструкцию робота, отрабатывают инженерные решения в различных условиях работы, работают над задачами масштабирования производства, словом, наращивают свои компетенции и приобретают опыт. На текущий момент это – центральная задача их бизнеса.

Бежать сейчас на международный рынок? Зачем? Рассмотрим вопрос на примере рынка США. Много производств, богатые клиенты – это самый лакомый кусок производителей роботов, недаром они присутствуют на нем практически в полном составе. При этом ни у кого из них нет ничего похожего на то, что делает Aripix. Там есть большие и дорогие роботы для автоматизации заводов и есть совсем маленькие коллаборативные роботы для локальных задач. Продукция Aripix занимают нишу между ними – и на этом рынке у них нет прямых конкурентов.

Есть ли в США потребность в такой же дешевой рабочей силе, как в России? Конечно. Там много небольших производств, где тоже нужна сортировка, упаковка и пр. Зарплаты там выше, а значит, окупаются роботы быстрее, их можно продавать дороже. При этом в Америке можно брать длинные и дешевые кредиты. Там есть развитые лизинговые компании, которые позволяют производителям таких роботов покупать. Все это говорит о том, что в Америке именно на такой продукт в данный момент существует спрос.

Казалось бы – есть все условия для мощного старта. Но готова ли компания Aripix выходить на этот рынок? Американский рынок – очень жесткий, он ничего не прощает и не делает скидок новичкам. Здесь вы конкурируете с лучшими производителями со всего мира, малейший сбой – и вас обойдут. Любая ошибка стоит денег, а в США это будут очень большие деньги. Стратегия «подождите чуть-чуть, мы сейчас туг немножко доделаем» или, хуже того, «ой, секундочку, сейчас мы все исправим» и в России не всегда срабатывает, а здесь – это верный путь к краху. Наконец, именно в силу большого размера рынка, чтобы там успешно запуститься, необходимо сразу иметь соответствующий масштаб.

Да, перспективы колоссальные, на порядок превосходящие все, что можно получить в России. Но и риски – соответствующие. Чтобы снизить их, нужно сперва набить шишки в более дружелюбной к новичкам среде – в России.

Так что, несмотря на то что компания и ее продукт идеально подходят для международной экспансии, на данный период выходить будет преждевременно. Это все равно, что гулять по скоростному хайвею: можно продержаться какое-то время, но попадание под машину в таких условиях – дело времени. Действовать нужно только осмысленно, с четким пониманием того, что и зачем делается, и, разумеется, должен быть выбран правильный момент.

Обкатывать гипотезы, отрабатывать продукт и проходить боевое крещение команды лучше в родной стране. Поверьте – даже на знакомом рынке вам придется несладко, так что не стоит создавать себе дополнительные сложности. Но когда компания отработает продукт и закрепится на локальном рынке, сформирует финансовые и кадровые резервы, вот тогда можно переходить к следующей фазе роста и идти в «большой мир».

Стратегия развития

САМЫЙ ПРОСТОЙ 1/1 ДОСТУПНЫЙ ВАРИАНТ ЗАВОЕВАНИЯ ЗАРУБЕЖНОГО РЫНКА – ЧЕРЕЗ МЕСТНЫХ ДИЛЕРОВ.

В этом случае ваши затраты на развитие инфраструктуры продаж и обслуживания вашего продукта будут минимальны – это сфера ответственности вашего партнера. К тому же таких партнеров может быть несколько, находя новых дилеров в различных регионах, вы сможете быстро охватить достаточно большую территорию. Наконец, третьим преимуществом работы через местных партнеров является знание ими локальной специфики, наличие деловой репутации и связей на рынке. Соответственно, вы можете сосредоточиться на решении задачи бесперебойных поставок – все остальное партнер сделает сам.

Но в таком подходе есть и существенные минусы. Первой и очевидной проблемой является эмпирическое правило, справедливое практически для любого рынка: чем дальше вы от финального покупателя, тем меньше вы получаете. Посредник неизбежно забирает себе часть прибыли, соответственно, вам остается меньше.

Но потенциально более серьезным негативным следствием работы через дилера является отсутствие качественной обратной связи от покупателей. Вы не будете иметь точной и оперативной информации о том, что думают клиенты ни о качестве вашего продукта, ни об уровне сервиса, не говоря уже о проблемах, с которыми они сталкиваются или об их пожеланиях к его доработке и улучшению.

Работая через дилера, вы очень зависите от степени его профессионализма, добросовестности и оттого, насколько его стратегические планы совпадают с вашими. Вы можете разработать отличную долгосрочную стратегию закрепления на рынке и выхода в более премиальные сегменты – за счет роста качества основного продукта, широкого перечня опций, постпродажного сервиса и тому подобных элементов. Но если ваш дилер заинтересован лишь в краткосрочной прибыли, то он легко сведет все ваши усилия на нет, причем не имея четкой картины происходящего на рынке, вы можете даже не понять, в чем дело.

На первых порах низкие затраты выхода на рынок отчасти компенсируют эти неудобства, но чем дальше, тем важнее наращивать собственные компетенции. Поэтому после того, как компания достаточно окрепнет, а ее бренд станет узнаваемым на рынке, от этого канала можно отказаться.

Следующий способ работы на зарубежном рынке – через торговых представителей. По сути, это ваши сотрудники в целевом регионе, которые взаимодействуют с покупателями и обеспечивают вас оперативной обратной связью.

Отрицательная сторона этого канала – более высокий уровень затрат, поскольку вы должны платить этим людям зарплату. К тому же всегда есть риск, что кто-то из них уйдет и заберет с собой часть клиентов.

Наконец, третий канал – это создание локального офиса. В этом случае у вас появляется реальная организация, которая не только обеспечивает продажи и собирает обратную связь, но также осуществляет техническую поддержку, сервисное обслуживание и даже адаптирует или дорабатывает продукт.

Это наиболее затратный и сложный, но одновременно и наиболее выгодный в долгосрочном периоде способ. В этом случае вы максимизируете не только вашу выручку, но и лояльность покупателей.

Но какой бы путь вы не избрали, обязательно сделайте «домашнее задание» – изучите как следует рынок, на который собрались идти. Приведу несколько примеров того, как это делать.

Есть индустрии, которые можно изучить, не выходя из дома. Если я, допустим, хочу продавать российскую воду в Америку, то в первую очередь мне следует узнать цифры потребления воды в США. (К слову, они весьма внушительны.)

Следом имеет смысл выяснить, кто ее производит, продает, где он это делает и каким образом. Тогда станет понятно, какие игроки есть на этом рынке в части производства и дистрибуции, в чем их сильные и слабые стороны, какие каналы сбыта работают лучше всего и почему. Также следует изучить структуру потребления и уровень цен. Сделать это не так уж сложно – вся информация есть в открытом доступе, надо только добросовестно подойти к ее сбору и анализу.

Когда вы собрали сведения о рынке, вы можете приступить к процедуре разработки под него вашего продукта. И первый шаг – попытаться ответить на вопрос: в чем заключается ваше конкурентное преимущество? Почему вдруг американцы начнут его покупать? По какой цене они его будут покупать, и почему именно по ней? Не менее важно понять, в чем будет заключаться интерес продавца и какие аргументы следует привести в переговорах с ним.

Здесь одними наблюдениями и гипотезами лучше не ограничиваться. Оптимальный способ получить ответы – выйти на местного участника рынка и задать эти вопросы ему. Я бы нашел сильного, но небольшого дистрибьютора, с оборотом в несколько десятков миллионов долларов. Почему его – потому что у него такая же проблема, что у меня. Большие игроки его не замечают – условная Coca-Cola или не продает ему воду вообще, или продает на тех же условиях, что другим. То есть у него нет какого-либо конкурентного преимущества, которое помогло бы ему отстроиться от них. Именно такому партнеру будет необходим уникальный продукт, который создаст ему такое преимущество, то есть я. Он будет готов взять на себя риски, чтобы получить возможность вырасти.

Никаких серьезных затрат реализация этого плана не потребует: знание языка, доступ в Интернет, немного трудолюбия, упорства и уверенности в себе – и вот готов ваш бизнес-план по выходу в США. Конечно, в реальности существуют детали и нюансы, в которых, как известно, прячется дьявол, и различные непредвиденные трудности, но в целом правильный процесс выхода выглядит примерно так.

Следует иметь в виду, что рынки разных стран сильно отличаются друг от друга. В Китае, например, я бы действовал немного иначе. Структура потребления там другая, но там тоже есть огромное количество всевозможных бизнесменов, которые хотят работать с Россией. Есть и отличия в менталитете. Например, если с американцами многие вопросы можно решить дистанционно – по телефону или электронной почте, то китайцу обязательно нужно увидеть продукт вживую, потрогать его.

Я лично столкнулся с этим, когда запускал продажи воды в Китае. На выставке пищевой промышленности наш павильон пользовался большой популярностью: к нам приходило очень много китайцев, которые долго вертели в руках наши бутылки и неизменно задавали один и тот же вопрос: «А вода уже здесь? Мы можем ее купить?» И когда мы объясняли, что только налаживаем контакты, разочарованно уходили. Для них, если товара нет в Китае, значит, он где-то на Луне. Когда в стране полтора миллиарда жителей, не нужно разбираться в статистике, чтобы понять, если пришла в голову интересная идея или появилась выгодная возможность, будьте уверены, что они пришли и к кому-то другому. Поэтому девиз китайского бизнесмена: «не зевай, действуй сразу, а там посмотрим, кто успеет первым».

Очень часто начинающие предприниматели считают, что для того, чтобы успешно запустить новый бизнес, нужно найти для этого подходящее место и непременно переехать туда лично. Для них характерно убеждение, что проблема не в них и не в продукте, а в стране, где они хотят начать бизнес. Типичный пример – Кремниевая долина, которая собирает немыслимое количество стартаперов со всего света. Их надежды можно понять, в конце концов, именно в Долине состоялось множество известных историй по превращению остроумных идей в многомиллиардные бизнесы. Но с другой – еще большее количество сюжетов с куда менее оптимистичным финалом осталось в тени.

Я считаю, что если сердце просит Америки, Англии или какого-то другого места, то нужно садиться в самолет и лететь. Для предпринимателя важно уметь слушать свое сердце. Но, если честно, я знаю не так много компаний, основатели которых прилетели из России в Штаты с одним чемоданом и создали крутой бизнес. Гораздо чаще я вижу, как люди теряют деньги и разочаровываются. Печально, но закономерно – если у них не удалось что-то в России, то почему должно получиться в США? Это не просто другой рынок – это еще и совершенно другой уровень сложности. Да, там больше денег, но и конкуренция гораздо выше. В США потребитель куда более требователен и зачастую регулирование там гораздо строже, чем в России. Чтобы преуспеть в таких условиях, нужно иметь очень серьезное конкурентное преимущество. И, что очень важно, его нужно «привезти с собой», а не надеяться вырастить его на месте, в чужой среде, где за любой ресурс идет отчаянная конкуренция.

По этой причине, чтобы выпустить продукт в США, нужны колоссальные деньги, потому что в перспективных отраслях идет борьба за каждого специалиста и люди стоят дорого. Соответственно, ваша конкурентоспособность там определяется возможностью привлечь крупные инвестиции. Но для этого нужны не столько блестящие идеи, сколько умение быстро наращивать связи и находить контакты с нужными людьми.

Сильные стороны России

ЧТОБЫ ПОЛУЧИТЬ КОНКУРЕНТНОЕ ПРЕИМУЩЕСТВО В МИРОВОМ МАСШТАБЕ, НУЖНО СПЕРВА ПОПЫТАТЬСЯ МАКСИМАЛЬНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ ТЕ СИЛЬНЫЕ СТОРОНЫ КОТОРЫЕ ВАМ ДАЕТ РОДНОЙ РЫНОК.

И я вижу, что сейчас в России возможности просто колоссальные.

Единственное, чего в нашей стране не хватает по-настоящему – это денег. Но и в Америке, поверьте мне, далеко не все стартапы получают доступ к финансированию. К слову, когда я запускал Plesk, то пытался взять для этого кредит в американском банке. С тем же успехом, с каким я мог бы попробовать сделать это в российском, то есть с нулевым. Даже вопросы были одни и те же: а какие у вас продажи? А какой есть залог? И если у вас нет ни того ни другого, то и денег не будет.

Конечно, в США есть венчурный капитал, на порядки превосходящий российский, но и претендентов на него намного больше. Итог тот же – на каждый проект, которому удалось привлечь деньги, приходится несколько десятков тех, кому отказали.

Российский рынок сейчас очень недооценен. Москва и Московская область – это один из мощнейших образовательных и научно-исследовательских кластеров в мире: нигде больше нет такой концентрации соответствующих организаций. При этом уровень зарплат у нас ниже, чем в Китае. Соответственно, здесь нет главного «бутылочного горлышка» современной экономики: в наличии имеется достаточное количество высококвалифицированных специалистов, которые к тому же, по мировым меркам, стоят очень недорого.

Кроме того, здесь есть развитая инфраструктура и уровень налогообложения ниже, чем во многих других странах. Можно воспользоваться и различными льготами; например, Aripix является резидентом Сколково и платит очень низкие налоги. Благодаря этим факторам в ряде отраслей российские компании по сравнению с иностранными имеют существенные конкурентные преимущества. Вот лишь несколько из них:

ПРОГРАММНОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ

В первую очередь, это, конечно, все, что связано с программным обеспечением. Образование и инфраструктура позволяют реализовывать в России самые амбициозные проекты. При этом благодаря нематериальному характеру продукта, его легко продавать по всему миру.

Конечно, есть тонкости. Если вы делаете компьютерные игры или простые мобильные приложения, то с каким-либо проблемами из-за российского происхождения вы вряд ли столкнетесь. Но стоит вам выйти на серьезный уровень или начать работать с чувствительной информацией – ситуация может поменяться. В свете роста политической напряженности, компании российского происхождения сегодня могут столкнуться на некоторых рынках с ограничениями или санкциями. Например, антивирус «Лаборатории Касперского» запретили использовать государственным компаниям и предприятиям США. Конкуренты, скажем, из Израиля или Швейцарии с таким отношением вряд ли столкнутся. В том числе и по этим причинам компания моего бывшего партнера Сергея Белоусова Acronix зарегистрирована в Швейцарии. Она работает с личными данными пользователей, так что российское происхождение могло бы стать для нее серьезным препятствием для развития.

Но с другой стороны, эти проблемы отнюдь не фатальны, особенно если ваш продукт действительно хорош. Та же «Лаборатория Касперского» никогда не скрывала происхождение своего продукта. И, несмотря на сложности, они продаются по всему миру, и «коробки» стоят в каждом американском BestBuy.

ОБРАБАТЫВАЮЩАЯ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ

Второе перспективное направление для бизнеса в России – все, что связано с ресурсами и их переработкой. То, что наша страна богата природными ресурсами – общеизвестно, как и то, что распоряжаемся мы ими, мягко говоря, не слишком эффективно. Сырье уходит из страны, перерабатывается там в финальный продукт и продается с большой маржой нам же. Мы покупаем немецкие автомобильные масла, но делают их из российской нефти. Мы являемся крупнейшими производителями алмазов в мире, но все свои камни отправляем в Индию, где их перерабатывают и превращают в бриллианты. Стоимость переработки плюс таможенные пошлины – и вот их цена взлетает в несколько раз. Но что мешает гранить их внутри страны?

ПРОИЗВОДСТВО ПРОДУКТОВ ПИТАНИЯ

Третья сфера с большими возможностями для развития – сельское хозяйство. Помимо природных богатств, мы также обладаем обширной территорией, на которой можем производить колоссальное количество сельскохозяйственной продукции. При этом рядом с нами находится невероятно емкий рынок сбыта в лице Китая, который готов покупать что угодно в любых количествах. Если наше сельское хозяйство чуть-чуть настроить: обеспечить стабильность производства и транспортировки, внедрить современные технологии, – то можно делать удивительные вещи.

В Китае есть две проблемы – это дефицит земли и плохая экология. За последние 20 лет страна вывела из оборота почти 20 % земли сельхозназначения. Там, где раньше были поля, теперь стоят города и автомобильные развязки – растущему населению надо где-то жить и как-то перемещаться. Но ему также необходимо питаться – и в условиях нехватки земли приходится идти на компромиссы. Отсюда вторая беда – излишне либеральное экологическое законодательство и весьма слабая практика его применения привели к сильному отравлению всех продуктивных земель. Обеспечивать необходимую урожайность приходится за счет интенсивного использования удобрений и средств борьбы с вредителями, но избыток «химии» делает продукты вредными для здоровья. Чтобы избавить землю от накопившихся ядов, ей необходимо «отдохнуть» в течение не менее 10 лет, но Китай не может себе этого позволить. Эта ситуация является национальной проблемой, если не катастрофой.

Благосостояние китайцев выросло, они могут позволить себе хорошо питаться. Но с другой стороны, они отлично понимают, что употреблять пищу местного производства может быть опасно для здоровья, и поэтому готовы охотно покупать импортные продукты питания.

СОЗДАНИЕ НОВЫХ МАТЕРИАЛОВ

Наконец, я считаю, что у нас есть просто потрясающие возможности для создания новых материалов. У нас есть для этого сырье, нефть и металлы. У нас есть высококачественное образование в сфере химии и физики. Я считаю, что создание новых материалов – это именно то направление, где можно в достаточно сжатые сроки добиться прорыва. К тому же это одно из самых перспективных направлений в мировом масштабе, и продукты на основе новых материалов могут найти себе применение как внутри страны, так и снаружи.

России давно пора перестать полагаться на продажу сырья и в особенности углеводородов. Мало того, что эпоха нефти однозначно подходит к концу, этот сектор весьма чувствителен как к кризисным явлениям в экономике, так и к целенаправленным санкциям, что делает социально-экономическое положение страны шатким и не дает нормально развиваться.

К тому же сейчас мы наблюдаем некоторый «откат» глобализационных процессов: ведущие страны, в первую очередь – США, развязывают торговые войны, защищают свои рынки от чужаков пошлинами и санкциями. Эти процессы создают новые возможности для местных предпринимателей.

Что русские, уехав отсюда, могут добиться больших высот, подтверждается многочисленными примерами. Но что делать людям, которые хотят жить в России? Стартовать в своей стране и, если получится, попробовать работать на экспорт. Главное – понимать, зачем, и найти свое конкурентное преимущество на других рынках. И не испытывать иллюзий, что где-то за рубежом работать будет проще, чем в России.

Да, несмотря на все эти плюсы, у нас есть и очень существенный минус – наш внутренний рынок маленький и небогатый. Населения у нас в 10 раз меньше, чем в Китае, мы физически не можем потребить все то, что можем произвести. Поэтому мы в любом случае должны идти на международные рынки и быть экспортно-ориентированной страной. Это вполне реальная и решаемая задача.

Итоги:

1 НАЧНИТЕ С ВОПРОСА «ЗАЧЕМ?»

Эта глава посвящена экспансии на международные рынки, но я недаром уделил столько внимания преимуществам России. Причина проста: тратить ресурсы на выход за рубеж, не реализовав потенциал успеха дома, – это пустая трата времени и денег. Поэтому прежде чем начинать – постарайтесь дать подробный и честный ответ: зачем вам это надо?

2 УДАЧА УЛЫБАЕТСЯ ПОДГОТОВЛЕННЫМ

Чем выше уровень, тем выше ставки и цена провала. Прежде чем замахиваться на глобальный масштаб, убедитесь, что вы готовы. Спешка здесь смертельна – можно не только не выйти на новые высоты, но и утратить прежние позиции. Отработайте все что можно – гипотезы, бизнес-процессы, команду, продукт. Тем более что в России существует огромное разнообразие незанятых ниш и нереализованных возможностей. Бизнес-идей, которые нельзя сначала протестировать на домашнем рынке, – очень и очень мало.

3 ВЫ ВСЕГДА СТАРТУЕТЕ С НУЛЯ

Каким бы развитым ни был ваш бизнес, любая новая страна – это все равно что начинать его с нуля. Делайте то же самое, что и при запуске нового проекта: изучить рынок, определить конкурентные преимущества и найти местных партнеров. Имейте в виду, что многие особенности потребления можно увидеть только изнутри страны.

4 ИЩА НОВЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ, ОПИРАЙТЕСЬ НА ТЕ, ЧТО У ВАС УЖЕ ЕСТЬ

Для развития бизнеса в новой стране нужно использовать те сильные стороны, которые есть в домашнем регионе. Например, в России много земли и ресурсов, а в Китае много людей и плохая экология. Соответственно, экспорт продуктов питания – неплохая идея.

5 ВСЕМУ СВОЕ ВРЕМЯ

Если бизнес вырос и окреп, выход за рубеж практически неминуем. Российский рынок небольшой и не самый богатый, а инвесторы готовы платить больше за компании, которые работают в разных странах. Всему свое время

Часть 6
Кризис лидера

Глава 13
Проблема роста?

НЕ ЗНАЮ ТАКИХ МЕСТ, ГДЕ С НУЛЯ, СИСТЕМНО И КАЧЕСТВЕННО ОБУЧАЮТ ЛИДЕРСТВУ ИЛИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВУ КАК ТАКОВОМУ.

Вам могут дать знания по каким-то отдельным аспектам ведения бизнеса – экономической теории, маркетингу, бухгалтерскому учету и отчетности, менеджменту… Но тому, как интегрировать все эти знания и навыки в единый комплекс, который называется предпринимательство, вас не научат. Как и тому, как принимать на себя риски и нести ответственность, как противостоять кризисам и принимать решения в условиях нехватки информации, как падать и вновь подниматься.

Люди не становятся предпринимателями, потому что получили соответствующее образование. Как правило, бывает наоборот: сначала человек создает бизнес и затем, столкнувшись с ситуацией, когда его компетенций не хватает, чтобы идти дальше, начинает учиться на различных курсах или идет получать МВА.

Гораздо большее влияние на становление предпринимателя играет его жизненный опыт-трудности, с которыми ему приходилось сталкиваться, и то, как они их преодолевал. Какие-то из них уникальны для определенной эпохи, места действия, отрасли или даже конкретного человека. Но есть и системные проблемы – личные и профессиональные кризисы, с которыми неизбежно сталкивается любой основатель и владелец бизнеса. За то время, что я занимаюсь бизнесом, я прошел через них все и сейчас, оглядываясь назад, понимаю, что как руководитель я нынешний и я 10 лет назад – это совершенно разные люди.

Именно поэтому я могу сделать некоторое обобщение и попробовать рассказать вам о своих личных кризисах и том, как я их преодолевал. Не исключено, что это знание пригодится вам, когда и вы столкнетесь с ними, а вы обязательно столкнетесь. Моя задача – помочь вам собрать рюкзак для похода к вершине этой горы – подсказать, что вам пригодится по дороге, а что тащить с собой вовсе необязательно.

Но прежде всего я хочу сказать несколько слов о кризисах как таковых.

Вообще, в живой природе практически нет процессов, которые бы развивались линейно и равномерно. Пожалуй, и в неживой тоже, разве что радиоактивный распад или движение небесныхтел могут происходить в течение тысяч лет в одном темпе. Но для жизни – единственного процесса, направленного в сторону возрастания сложности, иными словами – развития, характерна ступенчатость, то есть поочередная смена фаз роста и покоя.

Смена этих фаз всегда сопровождается серьезными переменами, в ходе которых система трансформируется и приобретает новый ресурс для развития. Это и есть то, что мы привыкли называть кризисами. Без них никакой рост невозможен – они составляют его неотъемлемую часть. Поэтому глупо мечтать о жизни, в которой все и всегда будет хорошо и гладко, – законы природы этого не позволяют.

Особенно это касается тех, кто решил посвятить себя бизнесу. Жизнь – это квест, который нужно пройти, а квест у предпринимателей особенно сложный. Предпринимательство – это жизнь в квадрате, здесь все происходит ярче и острее.

Поэтому кризисы в жизни предпринимателя неизбежны по определению. Кризис – это острая реакция системы на накопившиеся противоречия, поэтому совсем устранить его невозможно, для того чтобы развиваться дальше, противоречия все равно нужно снять. Но можно растянуть этот процесс во времени, снизив его остроту. Именно поэтому крайне важно избегать в бизнесе самоуспокоенности и самоуверенности, той самой «зоны комфорта», из которой, как учат все учебники, надо уметь выходить.

Это утверждение может показаться банальным, но это не делает его менее истинным. В компании должна быть сформирована среда, которая поддерживала бы состояние мобилизационной готовности. Вам никогда не должно быть слишком комфортно. Для этого необходимо осознанно создавать «микрокризисы», которые моделировали бы предстоящие сложности и готовили бы вас к ним. Помогали заранее изменяться, чтобы оставаться впереди планеты всей или хотя бы на плаву в случае, когда прилетит настоящий «черный лебедь». Это главное – вы должны меняться быстрее, чем меняется компания или окружающая среда.

Итак, поговорим подробнее о том, что вас ждет.

Кризис № 1. Как стать предпринимателем

ВЫБОР ПУТИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ РЕДКО БЫВАЕТ РАЦИОНАЛЬНЫМ И ВСЕГДА СОПРОВОЖДАЕТСЯ СЕРЬЕЗНЫМ ЛИЧНОСТНЫМ КРИЗИСОМ.

У меня он сопровождался еще и кризисом эмигранта, когда я после стольких лет жизни в Америке внезапно понял, что хочу жить в России. И выбор страны, и выбор своего дела были связаны, потому что и там, и там я хотел получить свободу.

Как уже писал, я работал в США инженером и довольно быстро продвигался по карьерной лестнице. Я попал в индустрию мобильной связи на заре ее становления – в год, когда я окончил университет, американское правительство продало три новые лицензии на запуск сотовой связи. То есть трем операторам нужно было как можно быстрее развернуть вышки по всей стране, поэтому в индустрии проблем не было ни с деньгами, ни с вакансиями, ни с возможностями. Но тем не менее не могу сказать, что я был всем доволен: несмотря на то что жаловаться на жизнь мне не приходилось, сама она почему-то устраивала меня все меньше и меньше. Что-то не давало мне покоя, но я никак не мог сформулировать, в чем, собственно, проблема.

Все изменилось, когда я попал в командировку в Москву. От увиденного в России захватывало дух: огромный быстрорастущий рынок, ненасыщенный спрос, отсутствие конкуренции, потрясающие возможности, открывающиеся на каждом шагу, колоссальные деньги, которые делаются практически из воздуха. По сравнению с Россией жизнь в США предстала передо мной в новом свете – я вдруг осознал, что меня тяготит ее размеренность, структурность, зашоренность, жесткие правила и рамки, в которые тебя все время пытаются поставить. Все это составляло разительный контраст с духом свободы и предпринимательства, который тогда царил в России. Этот визит на родину стал невероятным толчком для моего свободолюбия.

Я достаточно пожил в США, чтобы понять важную особенность этой страны: если вы существуете в рамках системы, она будет вас хранить, но как только вы попытаетесь за них выйти, она может вас убить. Америка – это власть закона, но у этого факта есть и темная сторона, которая поначалу неочевидна. Законов в ней банально слишком много: федеральные законы, законы штата, округа, города и даже у каждого небольшого поселка есть свой свод правил и обязанностей. К тому же право в США прецедентное, то есть многие законодательные акты принимались по какому-то конкретному случаю. И неважно, что ситуация с тех пор могла существенно измениться и закон теперь является устаревшим или откровенно вредным, он будет действовать до тех пор, пока его не отменит суд – в результате какого-нибудь другого случая.

В результате количество нормативных актов, регулирующих вашу жизнь, таково, что в какой-то момент вы понимаете: будете делать по-своему – обязательно где-нибудь да наступите на мину. И вы начинаете действовать, как все остальные, не задумываясь над тем, почему надо делать именно так и можно ли поступить иначе. Поэтому все ходят «по струнке» – на всякий случай.

Однажды я провел неделю в командировке и, когда приехал домой, обнаружил торчащий из двери конверте посланием следующего содержания: «Уважаемый сэр! Трава на вашем участке на один сантиметр длиннее того, что написано в вашем договоре. Если вы ее в течение трех дней не подстрижете, то мы будем вынуждены сделать это сами и выставить вам счет. Если вы откажетесь платить, то в оплату счета мы можем наложить обременение на ваш дом и получить под него ссуду в банке для оплаты. Хорошего дня!»

И так во всем: не дай бог тебе выйти из машины, если вас остановил полицейский, не дай бог дверь перед девушкой открыть, пошутить по поводу расы или критически высказаться о представителе какого-нибудь меньшинства…

Почему юристы в Штатах настолько востребованы? Как раз потому, что в такой перегруженной многочисленными писаными и неписаными нормами правовой системе попасть под раздачу может абсолютно любой человек. Но точно так же любой, у кого есть деньги на хороших адвокатов, может избежать наказания.

Американцы любят говорить о том, что у них самая свободная страна в мире, но со временем понимаешь, что живут там довольно запуганные люди. Недаром там так много психоаналитиков и потребление антидепрессантов и анксиолитиков на душу населения является самым высоким в мире. Очень многие там живут в состоянии тревоги и страха, сами того не замечая. Это состояние накапливается годами незаметно. Поэтому и я его в полной мере осознал, только вернувшись в Россию.

Параллельно в моей жизни развивался и другой кризис. Я не чувствовал себя свободным не только в США, но и в роли наемного работника. Когда вы работаете на кого-то, даже будучи успешным специалистом, вы точно так же теряете часть свободы. Вернувшись из России обратно, я понял, что хочу быть предпринимателем и не хочу больше жить в США. Именно эта поездка разбудила во мне понимание того, что я – творец своего собственного пути. Что ради свободы быть тем, кем я хочу, я готов рисковать финансовым благополучием.

Конечно, одного желания и свободолюбия недостаточно, чтобы стать предпринимателем. На старте мне помогло мое инженерное образование: оно подразумевает структурный подход, а он очень важен для бизнеса.

Я окончил физматшколу в Новосибирске, и это была довольно продвинутая территория для СССР. В одной физматшколе со мной учился основатель «Экспобанка» Игорь Ким; человек, придумавший «Кириешки» Александр Ладан; основатель БКС Олег Михасенко и многие-многие другие ныне известные предприниматели. Нас учили физике, математике, химии, так что наш мозг был натренирован мыслить структурно и оперировать точными данными. Я убежден, что это крайне важный навык для руководителя – особенно, если он занимается софтом и разработками.

Но помимо структурного мышления нужна определенная доля авантюризма. Часто рациональность говорит, что это нельзя делать никак, но ты берешь и делаешь. Готовность прыгнуть выше головы необходима – нельзя стать успешным бизнесменом, если слово «невозможно» вас останавливает.

Наконец, всех успешных предпринимателей отличает два очень несхожих качества: это жажда наживы и стремление изменить мир. Первое необходимо потому, что любой бизнес – это в первую очередь про зарабатывание денег. Не будет денег – не будет ничего. Второе важно потому, что, если вы не стремитесь принести в мир что-то новое и сделать его лучше, вы никогда не будете по-настоящему успешны и счастливы, даже если в моменте сможете заработать много денег.

Итак, первый кризис лидера – это желание стать кем-то большим, чем ты есть. У каждого этот путь свой. Деньги, свобода, творчество, независимость, самовыражение, призвание – выбирайте на свой вкус. Но самое важное – чтобы эти желания были для вас сильнее страха, неуверенности и лени!

Кризис № 2. Проблема роста

ВТОРОЙ КРИЗИС ЛИДЕРА НАЧИНАЕТСЯ, КОГДА ЕГО СТАРТАП ПРЕВРАЩАЕТСЯ В КОМПАНИЮ.

Тут очень важно вовремя понять, кто вы такой, чтобы не стать тормозом для компании. В Plesk мне это удалось.

Когда у Plesk появился продукт, у нее очень быстро появились покупатели, инвесторы и партнеры. Вся история от старта до момента слияния с компанией SWsoft Сергея Белоусова заняла не более двух лет – события происходили невероятно быстро.

Когда мы встретились с Белоусовым, то мне стало понятно, что он смотрит на рынок чуть более продвинуто, глобальнее. У него к тому времени уже был достаточный опыт бизнеса. Он стартовал лет на 7–8 раньше меня и уже прошел свой кризис роста. Поэтому он понимал: чтобы расти, нужно покупать бизнесы.

Когда мы слили наши компании, то у нас появилась возможность привлекать серьезные инвестиции и развиваться качественно иными темпами. Сергей хотел, чтобы объединенную компанию возглавил я. Но мне в тот момент уже стало ясно, что пора уходить. Во-первых, я понял – мне неинтересно заниматься оперативным управлением. Точнее, я не понял, а почувствовал – тогда в 99 % случаев я полагался на свои ощущения. И они никогда меня не подводили. Компания хорошо зарабатывала и в перспективе могла зарабатывать еще больше, но меня не увлекала история линейного роста. Мы пережили мощнейший рывок вверх, который постоянно требовал решений новых и новых задач. Постоянно появлялись новые вводные, новые схемы, и нам нужно было разбираться с большим количеством нетривиальных задач. Это было моей стихией. Но после слияния круг задач сузился, появилась рутина, ключевым навыком стала стабильная повторяемость процессов, а не творческий подход и вечный поиск нестандартных решений. Только годы спустя я осознал, что мне нравится создавать новые бизнесы и писать бизнес-планы, но в регулярном управлении, отладке процессов я не силен.

Во-вторых, я осознал, что работать с Белоусовым мне будет непросто. Двум сильным лидерам в принципе сложно ужиться вместе, особенно когда они идут непроторенной дорогой и у каждого свое видение на счет того, что надо делать. Так что, если бы я остался, рано или поздно мы пришли бы к какому-нибудь крупному конфликту. Но поскольку я вовремя ушел, мы остались друзьями, хотя и видимся сейчас раз в три года.

Кризис роста – это когда перед тобой встает несколько вариантов будущего и тебе нужно сделать этот выбор. Но как? Что подскажет тебе верный путь? Когда я начинал моделировать будущее, то возникало несколько вариантов развития, и я вдруг понимал, что к некоторым вариантам не готов.

Проявляется он точно так же, как первый кризис, – с ощущения, что вы не понимаете сами себя. Когда вы в одно прекрасное утро приходите на работу и вдруг осознаете, что не знаете, что делать. Вы зависаете в рутине: время идет, а вы ничего не делаете. Причем часто даже событий никаких не происходит, а вы просто испытываете внутренний дискомфорт. Этот кризис, с моей точки зрения, возникает по нескольким причинам.

Причина номер один: вы занимаетесь не своим делом. Например, вы – типичный Балу, а выполняете роль Акелы. Когда вы начинаете заниматься не своим делом, то сначала вы это делаете через силу, напрягаясь, но ваше воображение, ваше видение будущего, картинка изменяющегося мира – она уже не генерируется. Из увлеченного своим делом предпринимателя вы превращаетесь в отбывающего повинность работника.

Все свои бизнесы я начинал с нуля. Писал под них бизнес-планы и технические задания под продукты. Даже для такого относительно простого с технической точки зрения бизнеса, как производство бутилированной воды, нужно техзадание: как должна выглядеть бутылка, какие параметры должны быть у воды, какая должна быть цена? В техзадании должны быть описаны все свойства продукта.

И в рамках этого этапа – изучения рынка и формирования продукта, мне всегда было очень комфортно. Я – Балу, и это моя стихия. Но как только я переходил на роль Акелы, как, например, было в Innalabs, сразу начинались проблемы. Лидер должен понимать, кто он, и заниматься своим делом. Есть прекрасные лидеры, которые справляются с ролью Акелы, но это не про меня. Акелы отлично работают в рамках отлаженной схемы и чувствуют себя очень комфортно. Однако в случае, если схема больше не работает и у них нет людей, которые ее доработали бы, они будут продолжать делать то, что делали, вплоть до полного уничтожения бизнеса.

Я же – это человек, который строит эти схемы. Мне нужны новые вызовы и задачи, мне нравится поиск решений. Но не реализация. К счастью, я это вовремя осознал.

Лидер – это только маленькая деталь всего бизнеса. В зависимости от того, кто этот лидер, по-разному создаются и команды вокруг него. И если лидер не понимает, в какой области он функционирует хорошо, а в каких плохо, и пытается заниматься не своим делом, – это всегда кончается плохо.

Вторая причина – нехватка знаний. Невозможно научиться всему в школе или университете. Я чему-то учусь каждый день, коллекционирую знания. Например, я могу управлять автомобилями практически всех категорий, могу управлять трактором, снегоходом, катером и даже самолетом.

Зачем все время учиться? Так ты создаешь микрокризисы, постоянно заставляешь себя находиться в зоне дискомфорта. Напоминаешь себе, что есть что-то, чего ты не знаешь. И что немаловажно – избавляешься от иллюзии, что даже если ты чего-то не знаешь, получить новые знания и компетенции легко. Этих иллюзий – всезнания и всемогущества надо избегать всеми силами. Если лидер утвердится в мысли, что он все знает и все может, он останавливается в развитии. И каковы бы ни были на самом деле его знания и способности, крах становится лишь делом времени.

Состояние ученика – очень комфортно: ученик имеет право ошибиться. Но как только вы берете на себя роль учителя, вы теряете право на ошибку. На вас вся ответственность, так как эта роль подразумевает, что вы обладаете большим знанием предмета, чем другие.

Лидер ведет других за собой не тем, что он их учит, а наоборот, тем, что он все время учится и благодаря этому постоянно растет. Поэтому для меня все люди – учителя, я всегда нахожусь в поиске и открыт для новой информации.

Нужно ли бизнесмену МВА?

КСТАТИ, ОБ ОБРАЗОВАНИИ.

Я не отношусь негативно к классическому экономическому образованию. Более того, не раз ловил себя на мысли, что мне очень сильно не хватает системных знаний, например, чтобы лучше понимать бухгалтерский учет. Если бы в свое время я изучил эти предметы, во многом мне было бы легче.

Но можно ли научить в университете предпринимательству? Сильно сомневаюсь. Я видел, как моя бывшая супруга получала МВА. Это была двухгодовая программа за 100 тысяч долларов от двух крупнейших в мире бизнес-школ – английской и американской. И у меня сложилось устойчивое понимание, что она не столько помогает предпринимателям строить бизнес и управлять им, сколько способствует тому, чтобы из них далее выжимали все соки банкиры и финансисты.

Например, в программу входил курс по венчурным инвестициям, где они разбирали написание инвестиционного меморандума. Их учили миллиону различных инструментов и уловок, благодаря которым инвестор может максимально усложнить жизнь компании, в которую он вкладывает. Причем учили не в смысле предупреждения – смотрите, мол, как бывает, не попадитесь. Как раз наоборот, они подавались как общепризнанная практика! То есть людей учат бизнесу и при этом объясняют, что ловушки в договоре, создающие колоссальный перекос в сторону финансистов и загоняющие предпринимателя в долговую яму – это нормально, так и должно быть. Естественно, что, когда дело дойдет до реальных сделок, они подпишут эти бумаги – их же так на МВА научили!

Получается, что такое бизнес-образование настроено таким образом, чтобы банкирам было проще навязать предпринимателям свои правила игры, а предприниматели с этим соглашались. Моя супруга не верила, что можно привлечь деньги и без всех этих оговорок. Когда люди получают МВА, у них в голове закладывается программа, в рамках которой они живут.

Классическое бизнес-образование – это палка о двух концах. Есть определенные знания, которых явно не хватает с точки зрения операционного управления. Но, с другой стороны, МВА может тебя ограничить, загнать в рамки, придуманные другими людьми. Г рань очень тонкая.

Порой незнание для меня было благословением. И я думаю, что многие бизнес-люди добились каких-то результатов именно потому, что в них не была заложена эта программа. Старт бизнеса часто является авантюрой, это всегда зов сердца, на грани испытания. Когда мне не хватало ума и логика не могла помочь, я просто слушал свое сердце.

Любопытный парадокс, неоднократно подтверждавшийся опытом: когда появляются знания, вы вроде как становитесь умнее, но одновременно вдруг начинаете совершать ошибки. Почемутак получается? А все очень просто – вы перестали слушать свое сердце. Рассуждая строго логически, можно убедить себя в чем угодно – смотря, какие цели вы себе ставите. Внутренняя непротиворечивость построений ничего не говорит об их истинности, поэтому не стоит переоценивать их роль. Или, скорее, не стоит недооценивать силу интуиции. Жизнь, в первую очередь, – это чувственный опыт, и лишь во вторую – его рациональное осмысление.

Кризис № 3. Личный кризис

ИТАК, ДЛЯ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ ОЧЕНЬ ВАЖНО РЕГУЛЯРНО ВЫХОДИТЬ ИЗ ЗОНЫ КОМФОРТА.

Кто-то для этого получает новое образование, а кто-то проходит Ironman – люди создают кризисы и преодолевают себя. Так или иначе мы меняемся и проходим трансформации.

Несколько лет назад я понял, что не хочу больше создавать новые бизнесы с нуля. Точнее, я понял, что не хочу создавать новые бизнесы с нуля сам! Мне хотелось чего-то нового, масштабного, и для меня таким «новым» стал переход в позицию учителя. Я начал помогать стартапам, составлять бизнес-планы, писать книгу.

На мой взгляд, становиться учителем можно, только когда тебя об этом просят. Когда ты говоришь только о том, что делал сам. Когда тебя попросили и заплатили, только тогда твоя мудрость действительно чего-то стоит.

Я вижу в этом возможность масштабироваться. Если я занимаюсь своим бизнесом, то могу делать одну компанию, максимум две. В позиции ментора же я могу помогать десятку компаний одновременно. Я делаю именно то, что мне нравится и что у меня хорошо получается. Это даже не про деньги, это про меня, мою суть. Такое счастье видеть, как у компаний что-то получается, они делают рывок. Просто приятно посмотреть на них.

Понятия «твое» и «не твое» уходят на второй план. Например, Plesk сейчас мне не принадлежит. Я продал все свои акции, но это же не отменяет того факта, что я этот бизнес придумал. Это ощущение гордости и невероятного счастья.

Итоги: лидер и кризисы

1 ЛИДЕР РАСТЕТ ВМЕСТЕ СО СВОЕЙ КОМПАНИЕЙ

Лидер должен расти вместе со своим бизнесом, он не должен отстать от него, иначе он становится тормозом. Для этого нужно все время учиться. Необязательно это должно быть классическое бизнес-образование. Иногда нужно просто быть открытым и восприимчивым к новому.

2 ЛИДЕР ДОЛЖЕН ПОНИМАТЬ, КОГДА НУЖНО УЙТИ

Нельзя быть лучшим во всем. Предприниматель должен понять, какая функция в бизнесе удается ему лучше всего. И, когда станет понятно, что эта функция уже не нужна, нужно найти в себе силы и отдать власть другому человеку. Если у тебя получается запускать новые бизнесы, если ты – Балу или Каа, наступит момент, когда бизнес превратится в корпорацию, все правила будут написаны, а руль надо будет отдать Акеле. Эго владельцев убило не один бизнес. Не нужно повторять их ошибок.

3 КАК ПОДГОТОВИТЬСЯ К КРИЗИСУ?

Серьезным решениям часто предшествует кризис, когда ты не понимаешь, что происходит и как дальше быть. Кризис – это нормально, более того, иногда стоит создавать для себя микрокризисы, чтобы быть готовым к чему-то более серьезному. Для меня, например, зарядка – это микрокризис. Но ты просыпаешься, берешь себя за шкирку и выходишь на пробежку. Это выход из зоны комфорта. Но это и способ доказать, что ты управляешь своей судьбой, а не судьба управляет тобой. Если ты боишься выступать перед людьми – иди и выступай. Если боишься высоты – прыгни с парашютом. Ты можешь делать все, что душе угодно, главное, преодолеть свои страхи и понять, что ты можешь все.

Глава 14
Как продать компанию?

ПРОДАЖА КОМПАНИИ – ОЧЕНЬ ТРУДНЫЙ, НО ПРАКТИЧЕСКИ НЕИЗБЕЖНЫЙ ЭТАП В ЖИЗНИ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЯ.К НЕМУ НУЖНО ГОТОВИТЬСЯ С МОМЕНТА СТАРТА БИЗНЕСА. ЛЮДИ ОБЫЧНО СОЗДАЮТ БИЗНЕС ДВУХ ТИПОВ: НА ПРОДАЖУ ИЛИ ДЛЯ СЕБЯ. БОЛЬШИНСТВО КОМПАНИЙ СОЗДАЮТСЯ ЛЮДЬМИ ПО КАКОЙ-ТО ИХ ВНУТРЕННЕЙ ПРИЧИНЕ. НАПРИМЕР, РАБОТАЛИ ПО НАЙМУ, УВИДЕЛИ, ЧТО МОГУТ СДЕЛАТЬ ЧТО-ТО ЛУЧШЕ, ЧЕМ ИХ РАБОТОДАТЕЛЬ, И РЕШИЛИ ПУСТИТЬСЯ В САМОСТОЯТЕЛЬНОЕ ПЛАВАНИЕ. ИЛИ НАЧАЛИ КАК ФРИЛАНСЕРЫ-РЕМЕСЛЕННИКИ И НАУЧИЛИСЬ ТАК ХОРОШО ПРОДАВАТЬ СВОИ ТОВАРЫ И УСЛУГИ, ЧТО ОБРОСЛИ КЛИЕНТАМИ И СОТРУДНИКАМИ. ТАКИЕ «ОРГАНИЧЕСКИ» РАЗВИВАЮЩИЕСЯ БИЗНЕСЫ ПРОДАТЬ, КАК ПРАВИЛО, ДОСТАТОЧНО СЛОЖНО.

ЛЮДЕЙ, КОТОРЫЕ НА САМОМ СТАРТЕ ДУМАЮТ О ТОМ, КАК ЭТОТ БИЗНЕС БУДУТ ПРОДАВАТЬ, ОЧЕНЬ МАЛО, НО ЭТО САМЫЙ ВЕРНЫЙ ПУТЬ.

В таком случае вы можете планировать свои действия на очень длительную перспективу и не набрать груза ошибок, обстоятельств и обязательств, которые обычно отягчают «органически» развивающийся бизнес.

Очевидно, что для строительства дома необходимы качественный план и проект. Если заранее продумать, где должны быть коммуникации, где розетки и провода, то вы потратите минимум денег и сил. Если же, наоборот, сначала построить дом, а потом вдруг вспомнить, что забыли в пару комнат проводку провести или, того хуже, канализацию проложить, то переделка обойдется гораздо дороже.

Менее очевидно, но точно так же необходимо продумать и дальнейшую перспективу жизни в нем. Сколько лет вы планируете жить в этом доме? Как при этом может измениться состав вашей семьи? Род ваших занятий, место работы? Окружающая местность? И будет ли, с учетом этих факторов, ваш дом иметь оптимальные размеры, планировку и месторасположение?

Когда строишь бизнес сразу на продажу, то это очень часто ускоряет и упрощает процессы.

Свои бизнесы я никогда не воспринимал как дело всей жизни. Я всегда смотрел на них как фермер на барашка: нужно его вырастить и продать. Если барашек к тому же дает шерсть – тоже хорошо. Но главное – достичь момента, когда барашек станет большим и пушистым, у него будет много шерсти и мяса, и кто-то захочет его купить. Если строишь бизнес на продажу, то вопрос «А зачем продавать?» переходит в вопрос «А когда?».

Зачем продавать бизнес?

КОНЕЧНО, ДАЖЕ ЕСЛИ ВЫ СТРОИТЕ БИЗНЕС ОЧЕНЬ ОСОЗНАННО И ХЛАДНОКРОВНО, ЧЕТКО ПОНИМАЯ ЕГО СТАДИИ РАЗВИТИЯ И ЗНАЯ, В КАКОЙ СТАДИИ СОБИРАЕТЕСЬ ЕГО ПРОДАВАТЬ, ТО ЧТО-НИБУДЬ ОБЯЗАТЕЛЬНО ПОЙДЕТ НЕ ТАК.

Во-первых, развитие бизнеса занимает время, и часто – большее, чем вы предполагали. Во-вторых, не всегда все идет по плану. В-третьих, конъюнктура рынка не всегда соответствует ситуации в компании. Бывают резкие всплески, и обстановка так сильно меняется, что вы можете сказать себе, что надо срочно продавать сейчас. Бывает наоборот – компания уже готова к продаже, она на пике развития, а рынок стагнирует или вдруг случается провал. То есть создавать бизнес на продажу – правильно, но угадать заранее со временем сделки – практически нереально. Единственный выход – как самурай должен всегда помнить о смерти и быть к ней готовым, – так и компания в любой момент должна быть готова к продаже.

Основатели бизнеса – это люди. Они подвержены эмоциям, у них возникают личные обстоятельства, которые влияют на принятие решений. Какие могут быть причины для продажи компании?

Самое распространенное – пропадает желание заниматься им дальше. Почему? Бывает, люди устают, выгорают. Обычно это происходит, если организация построена неверно – все лежит на плечах основателя, а сам он берется за функции, которые ему несвойственны. В идеале компанию нужно построить так, чтобы она не зависела от основателя. Чтобы, если он решил завтра уехать на Мальдивы на три месяца, все продолжало работать и без него. Это самая идеальная картинка.

Бывает и так, что отторжение к работе возникает из-за других причин, например, морального кризиса. У меня была такая ситуация в компании Innalabs, когда мы сделали гироскопы для систем космической навигации, но неожиданно ведущими покупателями стали военные. То есть наши гироскопы пошли в ракеты, в танки и пр. И у меня по этому поводу началась страшнейшая ломка. Очень тягостно сознавать, что твоя продукция может использоваться для убийства людей. Вызванная этими мыслями депрессия прошла через год, когда мы стали поставлять нашу продукцию в Израиль для противоракетных систем «Праща Давида». Эти системы перехвата стоят возле каждого поселка в Израиле, в автоматическом режиме засекают ракеты, которые террористы запускают по жилым домам, и сбивают их. Получается, наши гироскопы могут и спасать жизни…

Когда основатель устает от бизнеса, это проблема не только его самого, но и компании. Психологическое состояние основателя непосредственно влияет на бизнес и его стоимость. Не нужно дожидаться момента, когда у основателя сменился фокус, ему надоело и хочется чего-то нового.

Если в компании есть венчурные инвестиции, то инвесторы очень часто оказывают давление на основателя. Даже если компания развивается и зарабатывает, у венчурных людей могут быть на нее другие планы. Например, у любого фонда есть устав. В этом уставе прописаны инвестиционные циклы, допустим, пять лет на развитие и два года на выход, то есть максимально фонд должен вернуть деньги через семь лет. Инвесторы дают этому фонду деньги на определенное время. И даже если ситуация для продажи не лучшая, все равно надо продавать по бюрократическим причинам.

Бывает и такая банальная ситуация, что основателю лично хочется денег. Часто серьезные деньги этот человек видит только после продажи бизнеса. На бумаге у него денег много, бизнес большой и он растет, но в реальности доступа к финансам нет. По формальной оценке активов, он может быть мультимиллионером, но не иметь ни дома на Рублевке, ни личной яхты, ни даже Porsche. Иногда такая ситуация приводит людей к фрустрации. Они 6изнесом-то решили заниматься, чтобы иметь много денег, чтобы удовлетворить свои внутренние желания. Но вместо этого работают как проклятые, а миллионы видят только в отчетности. И они готовы продавать, даже если это противоречит бизнес-логике.

Бывает и так, что у человека заканчивается экспертиза. То есть компания доросла до определенной точки, а дальше – страшно. Непонятно, что делать. И предприниматель решает продать, пока он еще чувствует твердую почву под ногами. Он хочет выйти на пике успеха как спортсмен на пике карьеры.

При этом у людей часто бывает психологическая привязанность к бизнесу, к коллективу. И тогда вопрос выбора покупателя может лежать уже не только в разрезе максимальной цены. Продавцу важно найти человека, который этот бизнес и коллектив сохранит. Соответственно, он выбирает покупателей, исходя из внутренних ограничений.

Любые персональные причины и ограничения для продажи бизнеса – плохие. Они идут от человека, а не от рынка, это автоматически означает, что основатель получит меньше, чем мог бы. Продавать бизнес нужно тогда, когда на него есть спрос, а не когда этого захотелось акционерам.

Зачем покупать бизнес?

ЧТОБЫ ХОРОШО ПРОДАТЬ СВОЙ БИЗНЕС, НУЖНО ПОСМОТРЕТЬ НА НЕГО ГЛАЗАМИ ПОКУПАТЕЛЯ.

Понять, чего хочет этот человек и на что он рассчитывает.

Люди часто не видят горизонт. Думал ли Стив Джобс, начиная компанию Apple, что ее капитализация превысит капитализацию всего немецкого рынка? Часто основателям кажется, что то, чего они уже достигли, – это предел мечтаний. У них не хватает понимания и ощущения того, что будет дальше. Есть американское выражение «Hindsight is 20/20», оно означает, что все мы крепки задним умом. Прошлое видим на 100 %, а будущее на 0 %.

Покупка компании – это то же самое, что покупка любого продукта. Покупатель обменивает деньги, которые для него имеют более низкую ценность, чем то, что он получает. Цена – это всего лишь вопрос ощущения стоимости, это субъективная штука.

Поэтому на каждый продающийся бизнес всегда найдется человек, который захочет его купить. Вопрос только цены. Покупатели видят компанию по-другому, чем продавец. Они знают, что делать с этим бизнесом, у них горизонты видения другие. Либо у них есть знания, которых нет у продавцов. Знания – это, прямо говоря, сила.

Например, человек руководит бизнесом и очень-очень устал. Покупатель же понимает, что рынок хороший, продукт хороший, проблема только в основателе, точнее – у основателя. Что у него нет знаний, или людей, с помощью которых процессы можно было бы выстроить так, чтобы снять с основателя часть нагрузки. Если у покупателя все это есть, он может вывести компанию на следующий уровень. То есть знание рынка, знание конъюнктуры, знание процессов непосредственно влияет на цену сделки.

Ключевой вопрос для продавца должен быть таким: по какой причине купят твой бизнес? Что движет покупателем и, соответственно, как должна выглядеть компания, чтобы получить за нее максимальное количество денег?

Оценка компаний

МОТИВОМ ДЛЯ ПОКУПАТЕЛЯ МОЖЕТ БЫТЬ ЖЕЛАНИЕ ПОЛУЧАТЬ СТАБИЛЬНЫЙ ДОХОД.

Это простая линейная история. Можно купить какие-нибудь облигации государственные и получать 3 % годовых, а можно бизнес – и получать 20 %. Чтобы продать бизнес такому покупателю, ему нужно просто доказать, что он понятный, прозрачный и устойчивый. Оценивать его будут по денежному потоку. Можно взять и посчитать, какую прибыль принесет бизнес за следующие 10–15 лет, сопоставить эту доходность со ставкой рефинансирования и получить готовую цену бизнеса.

Проблемы с оценкой начинаются, когда у компаний есть большой потенциал роста. Далеко не всегда понятно, какой мультипликатор к ней применять. Одну компанию можно продать за 5 EBITDA (прибыль до налогов), а другую – за 15. Почему? Первая компания технологическая, она работает на быстро развивающемся рынке и имеет потенциал кратного роста. На сленге инвесторов такие называются «звездами». Другая же – имеет стабильную долю на стабильном рынке. Она приносит хороший доход, но расти будеттолько плавно и не быстрее, чем растет сам рынок. Это так называемая «дойная корова». Отсюда и разная оценка стоимости – то, насколько компания попадает в рыночные тренды, растет ли она быстрее или медленнее рынка – все это является не менее важным фактором, чем реальная прибыль. Мультипликатор – это оценка потенциала роста, перспектив рынка.

Именно поэтому, например, в «Тинькофф» говорят, что они никакой не банк, а финтех-компания. Потому что банкинг – это очень зарегулированная и высококонкурентная сфера, а финтех, то есть современные цифровые технологии в финансовой сфере, – это перспективный, быстро растущий сегмент стартап-индустрии.

Вопросы «кто ты?», «в чем твои конкурентные преимущества?» на этапе продажи бизнеса не менее важны, чем на старте. Если у тебя получится убедить инвесторов, что твой бизнес – не «дойная корова», а «звезда», то ты получишь гораздо больше денег. Часто это ощущение дают новые разрабатываемые компанией технологии, которые еще не приносят денег. Например, этот феномен можно видеть в компаниях, которые производят лекарства. В зависимости от уровня прохождения этого лекарства от лаборатории к рынку скачкообразно происходит переоценка стоимости компании. У нее нет продаж, нет прибыли, но, если она проводит клинические испытания лекарства, за которое люди будут готовы платить много, она может стоить очень много еще до начала выручки. Задача каждого основателя – найти такую технологию или идею, которая позволит показать его компанию как инновационную.

Часто компании покупают из-за конъюнктурных соображений. Произошла пандемия, поменялся мир: детям нельзя ходить в школу, но можно учиться дома. И неожиданно стало понятно, что процесс онлайн-образования станет важным и спрос на него резко возрастет. То есть неожиданно возникает большой рынок. И компании, у которых все технологии для онлайн-обучения уже имеются и внедрены, резко пошли вверх.

Большие игроки могли бы все это сделать сами, но у них нет времени на это. В моменте возникает конъюнктурный спрос на такую технологию, которая в руках большой компании стоит миллиард, а в руках маленькой – миллион. Можно ли технологию повторить? Конечно! Но быстрее и проще купить. Именно своевременность этой технологии становится решающим фактором, а продавец получает возможность диктовать свои условия.

Высший пилотаж, когда основатель смотрит на длинную дистанцию и понимает, что когда-то проблема возникнет и заранее готовит ее решение. Я верю, что эту своевременность можно предсказать.

Еще одна хорошая причина для сделки, когда между компаниями возникает синергия. Когда, например, мы с Сергеем Белоусовым слили наши компании Plesk и Virtuosa, мы резко увеличили КПД этого бизнеса и его доходность. Если большая компания покупает маленькую, то она может придать ускорение всему бизнесу. Например, получить контракты, которые раньше были недоступны. И включается следующая логика: да, сегодня мы чуть-чуть переплатим, но завтра заработаем гораздо больше и, главное, не отдадим эту технологию конкурентам.

Как я продал Plesk?

С PLESK ПОЛУЧИЛАСЬ ДОСТАТОЧНО ИНТЕРЕСНАЯ ИСТОРИЯ, ТАК КАК ЗА 20 ЛЕТ СУЩЕСТВОВАНИЯ КОМПАНИИ ОНА БЫЛА ПЕРЕПРОДАНА НЕСКОЛЬКО РАЗ.

В первый раз покупатель появился менее чем через год после запуска. И я сразу попал как раз в такую удивительную ситуацию, когда потенциальному продавцу нужна была моя технология, чтобы увеличить свою оценку перед IPO. Моя компания давала им резкое увеличение капитализации. Правильная сделка в правильное время, но мы чуть-чуть не успели из-за краха доткомов.

Затем я очутился в сложной ситуации, так как стал разрабатывать новые продукты, которые съедали время и деньги, но не приносили выручки. У нас был основной продукт, который приносил деньги, и Enterprise-версия, которая сжигала 90 % денег, но ничего не приносила. По уму, нужно было бросить новый продукт и спокойно развивать то, что есть. Я мог остаться в компании и позволить ей зарабатывать деньги. Но тогда в моменте у меня не хватило силы воли, и я решил, что новый партнер спасет компанию, спасет мое детище. Я не видел другого выхода, кроме как доинвестировать деньги в компанию через слияние. В тот момент я думал не о моей личной выгоде, а о сохранении бизнеса. После того, как я продал свои доли, компания подорожала за пятнадцать лет раза в три, то есть относительно немного, и была продана одному из фондов поздней стадии за 100 млн долларов. И – о чудо – спустя два года фонд продает Plesk уже за 1,6 млрд долларов! То есть за 15 лет компания подорожала в три раза, а за следующие два года – в 16 раз. Вот как бывает, когда у актива есть правильный продавец и заинтересованный покупатель.

Тем не менее я считаю, что вышел хорошо и вовремя. Корреляцию денег и времени никто не отменял. Любой актив имеет разную стоимость в разных руках. Поэтому очень важно, чтобы среди инвесторов, партнеров, были люди уважаемые – они могут поднять цену одним только своим присутствием.

Финансовый стриптиз: риски при продаже бизнеса

ПРОДАЖА КОМПАНИИ – ЭТО ОЧЕНЬ ОПАСНЫЙ МОМЕНТ.

Ты по большому счету начинаешь раздеваться перед миром, начинаешь показывать всю подноготную. И если ты не готов к этому процессу, где-то есть спрятанные скелеты, то продажа бизнеса может обернуться его смертью.

Для команды этот процесс тоже стрессовый. Они не знают, что будет делать новый владелец и как к ним отнесется. Поэтому важно, чтобы в управленческой команде не было сомневающихся, чтобы они были уверены, что в случае продаже бизнеса по хорошей цене они тоже окажутся в плюсе. Если вы пожадничаете или пренебрежете их интересами, то не удивляйтесь, если они встанут на сторону покупателя – своего потенциального работодателя. Элементарные знания каких-то плюсов и минусов бизнеса дают другой стороне огромные рычаги для давления на продавца. И никто не знает их так хорошо, как ваш собственный менеджмент. Так что будьте честны с вашими людьми, иначе они перестанут быть вашими.

Допустим, у вас есть полный консенсус акционеров, все решено с менеджментом, бизнес прибыльный, есть время и деньги, чтобы не торопиться. Но этого все еще мало. Бизнес должен стать невероятно прозрачным. С точки зрения бухгалтерии, сточки зрения прошлых сделок все должно быть в белом. За черное ничего не заплатят.

Бизнес не должен зависеть от основателей и от ключевых менеджеров. Если что-то завязано на одного человека, который может уйти, это дает огромный минус к оценке стоимости компании. Часто встречаются такие основатели, которые хотят контролировать все. В системе не предусмотрены механизмы, позволяющие ей работать без него. Когда вы смотрите на компанию, то сразу понимаете – убери этого парня и все посыплется. Так не должно быть. Бизнес должен быть устойчивой системой. Кого бы из нее ни выдергивали, система всегда должна находить новый баланс.

Важно, чтобы у компании была финансовая подушка, чтобы хватало денег на процесс торговли. Если покупатели знают, что денег в бизнесе осталось на два месяца, они могут растянуть переговоры на четыре. И тогда прогнуть продавца не составит проблем. Когда у вас нет достаточного количества свободных денег, то с вами можно играть в игру «кто первый моргнет» с заранее известным победителем. Поэтому, начиная процесс продажи, нужно понимать, что у вас хватит сил и ресурсов, чтобы пережить его.

Когда вы продаете бизнес, то не можете начинать новые проекты. Они требуют затрат, которые снижают общую оценку компании, а результат дадут (если дадут) – уже потом, когда компания будет уже не вашей. Вы не можете привлечь новые кредиты – по той же причине. Соответственно, легко можете попасть в ситуацию, когда конкуренты просто воспользуются предложением о покупке только для того, чтобы затормозить ваше развитие. То есть измотают переговорами, вынут всю подноготную, вынудят заморозить все программы развития, а потом просто откажутся от сделки. Так что всегда смотрите, кто покупатель, думайте, зачем ему это нужно, и не будьте слишком наивными. И всегда прописывайте санкции за отказ от сделки.

Как подготовить бизнес к продаже?

ИТАК, ПРЕЖДЕ ЧЕМ СТАРТОВАТЬ С ПРОДАЖЕЙ НУЖНО ОЧЕНЬ-ОЧЕНЬ КАЧЕСТВЕННО ПОДГОТОВИТЬСЯ.

Мотивы для продажи могут быть разными, но важно, чтобы они не были срочными. Когда люди подходят к этому неподготовленно, не понимая, что они делают, обычно это заканчивается плохо.

Продажа бизнеса – это ад, погружаться в который самому без проводника рискованно. Я советую в таких случаях нанимать умных и качественных посредников, которые будут заниматься этим процессом. Ты заплатишь им какой-то процент (2–3 % за сделку), но эти люди позволят тебе получить правильную цену.

Почему важно самому отстраниться?

Во-первых, это эмоциональный процесс. Если вы хоть раз самостоятельно продавали свой автомобиль частному лицу, вы поймете, о чем я. Напрямую разговаривая с покупателем, вы оказываетесь в довольно дискомфортной ситуации: ваше детище кто-то оценивает, ищет слабые стороны и тыкает вас в них, задает неудобные или даже неуместные вопросы, стремясь сбить цену. Это здорово выводит из себя. При этом, даже если дело не кончится конфликтом, в эмоционально возбужденном состоянии легко допустить ошибки, которые приведут к снижению стоимости.

Во-вторых, нежелательно давать покупателям прямой доступ к команде. Они могут вычленить из этой команды слабое звено, переманить этого человека к себе и получить инсайдерский доступ к информации. То есть нужно поставить заслонку, фильтр, чтобы не было прямого доступа к данным, знание о которых может обернуться неприятностями для вас.

Посредник же, напротив, очень часто может повысить стоимость компании. Он эмоционально не привязан к вашему бизнесу-для него это просто работа, и он стремится сделать ее максимально хорошо, чтобы получить свой процент. Как профессионал, он может аргументированно обосновать свою цену на примерах других похожих сделок. К тому же с другой стороны тоже может выступать такой же посредник, и им найти общий язык будет намного проще – они оба одинаково мотивированы договориться.

Предложение от посредника часто воспринимается как более серьезное. Если сам предприниматель звонит знакомым и предлагает купить его бизнес, значит, он в крайней степени отчаяния. Если то же самое делает уважаемый посредник – другое дело. Это заставляет покупателя обратить внимание на это предложение.

Помимо качественных продавцов важно иметь и качественных юристов, которые помогут оформить сделку так, чтобы потом не было мучительно больно. Я видел ситуации, когда юристы уничтожали сделки. Также я видел неправильно написанные контракты, где одна фраза или запятая стоила десятки миллионов долларов. Поэтому обязательно найдите компетентных юристов, причем таких, которые занимаются именно структурированием сделок по купле-продаже бизнесов. Никогда не стремитесь сэкономить на этом – последствия могут быть фатальными.

Итоги:

1 ЛЮБОЙ БИЗНЕС НУЖНО СОЗДАВАТЬ НА ПРОДАЖУ

На старте редко кто задумывается о том, что когда-нибудь бизнес придется продавать. Но я не знаю вечных бизнесов и вечных владельцев. Даже если бизнес станет большим и его можно будет вывести на IPO, то это точно та же продажа, просто покупателей будет много, а регулирование строже. Время семейных компаний, которые передаются из поколения в поколение, прошло. Современные наследники, как правило, разрушают бизнес. Поэтому любая компания рано или поздно умрет или будет продана. Вопрос только, когда это произойдет и на каких условиях. Или владельца выкинут, или он сумеет заработать. Чтобы пойти по второму пути, лучше думать о грядущей продаже на самом старте.

2 ПРОДАВАТЬ НАДО ВОВРЕМЯ

Бизнес развивается циклично. И продавать его надо на пике возможностей как компании, так и самого основателя. Хуже нет ситуации, чем продавать бизнес на спаде, когда на нем висят долги, а прибыли нет. Идеальная ситуация, когда бизнес реализовал максимум своих возможностей. Например, стал лидером в своем регионе, но владелец отлично понимает, что для захвата новых территорий у него нет ни денег, ни знаний. Если предприниматель просто устал и хочет уйти, то его бизнес заберут за копейки. Уходить на пике сложно, но правильно. Когда ты сильный, тогда ты и диктуешь условия.

3 К ПРОДАЖЕ НУЖНО ГОТОВИТЬСЯ

Разрешить все акционерные конфликты, привлечь правильных акционеров и качественных посредников. В идеале нужно очень четко понимать, кто твой покупатель и что им движет. Продажа компании – это очень рисковая ситуация, это острый кризис. И любая слабость будет использована против тебя. Сильный бизнес – это прозрачный бизнес. Он должен расти и при этом не зависеть от основателя и еще кого бы то ни было. Именно поэтому к продаже нужно готовиться с момента основания. И это очень дисциплинирует. Позволяет вам вести бизнес правильно, не расслабляясь, не совершая непонятных действий. Поскольку рано или поздно к вам придут юристы и будут раскапывать все ваши сделки за последние десять лет. Понимая, что впереди будет такая процедура, вы будете делать всю отчетность идеально, и оценивать риски каждой сделки – навык, который полезен не только при продаже.

Заключение

МЫ ЖИВЕМ В ЭПОХУ, КОГДА ЗНАНИЯ ПЕРЕСТАЛИ БЫТЬ РЕДКОСТЬЮ.

Сегодня по первому запросу в Интернете к вашим услугам будут десятки тысяч тематических сайтов, каналов, видеороликов, обучающих курсов и специализированных сервисов.

И конечно же, тысячи книг.

По любой теме и в любой момент времени вы имеете доступ к колоссальным массивам информации, которые не получится усвоить даже за сотню лет.

К тому же знания стремительно устаревают. И в первую очередь это происходит в сферах, которые наиболее интересны предпринимателю, – там, где сосредоточены спрос со стороны рынка, научная и инженерная мысль и деньги инвесторов.

Книга, которую вы держите в руках, – лишь одна из многих, посвященных предпринимательству. И, написав ее, я не претендую ни на уникальность содержащихся в ней знаний, ни на их полноту.

Я не сказал в ней и десятой части того, что мог бы, по любой из затронутых в ней тем. И конечно же, многие важные вещи не были в ней упомянуты вообще.

С другой стороны, даже простое перечисление того, что требуется знать современному предпринимателю, в особенности – тому, кто работает в высокотехнологичном секторе или стремится выйти на международные рынки, увеличило бы размеры этой книги в несколько раз. И не сильно прибавило бы что-то к ее ценности.

Я и не ставил себе задачу написать учебник – вряд ли это вообще возможно для такой сложной и изменчивой сферы деятельности. В практике бизнеса слишком многое может быть постигнуто только на опыте совершенных ошибок и окончательно осознано лишь спустя некоторое время.

Моя цель заключалась в другом.

Ко мне чуть ли не ежедневно обращаются предприниматели из самых разных сфер деятельности.

Кто-то ставит себе амбициозные задачи: выпустить на рынок уникальный продукт, который изменит мир, стать лидером отрасли, построить глобальную компанию.

Кто-то чувствует, что уперся в потолок. Достиг максимума эффективности. Предела рынка. И теперь не знает, куда двигаться дальше.

Кто-то, наоборот, чувствует, что до потолка еще далеко и есть резервы для дальнейшего роста. Но перед ним – словно невидимая стена. Он предпринимает самые энергичные и решительные действия, но ничего не происходит.

Наконец, есть и такие, кто просто устал. Выдохся. Или просто хотел бы отойти от дел, или хотя бы временно переключиться на что-то другое, но не может решиться. Слишком много процессов завязано на них, слишком многое зависит отличного участия или персональных договоренностей.

Мне нравится решать подобные бизнес-задачи. Это то, что я умею и люблю, – выводить бизнес на новые рубежи развития.

Но не так уж часто решение задачи требует каких-то уникальных знаний, личных связей или построения сложных, многоуровневых стратагем. Напротив, в моей практике в достаточно большом количестве случаев оказывалось, что решение практически лежало на поверхности, но его просто не замечали.

Все, что требовалось, – просто взглянуть на проблему под другим углом, независимым взглядом.

Эта книга – попытка дать вам такой независимый взгляд. Точку опоры для анализа, инструмент организации внутреннего диалога.

Возможно, познакомившись с моим опытом, вы нашли что-то новое в своем собственном. Смогли иначе посмотреть на ситуацию, в которой находитесь, и увидеть то, чего раньше не замечали. Найти правильный ответ или, что часто является даже более важным, задать себе правильный вопрос.

Если вы только думаете о том, чтобы запустить свой бизнес, – надеюсь, эта книга вдохновит вас попробовать и предостережет от самых распространенных ошибок, которые допускают начинающие.

Если вы уже многого добились, мне хотелось бы, чтобы вы нашли в ней поддержку своих начинаний и полезные мысли относительно того, как преодолеть сложности, с которыми вы неизбежно столкнетесь.

Но больше всего мне хотелось бы, чтобы эта книга помогла вам изменить мир – привнести в него что-то новое и нужное людям. Потому что именно в этом, в сущности, состоит призвание предпринимателя, и именно в этом я хотел бы видеть и свое предназначение.

Если у меня получилось, и на этих страницах вы нашли что-то ценное для себя, я буду рад, если вы напишете мне об этом и расскажете свою историю на dmitri@simonenko.com.

И тем более напишите, если у вас есть какой-то вопрос или интересная бизнес-задача.

Возможно, это станет началом нового увлекательного путешествия.

Мои компании:

Plesk Inc.

Дата основания:

Май 1999 года, США

Отрасль/Индустрия: Написание программного обеспечения.

Сайт: www.plesk.com

Компания Plesk занимается разработкой средств автоматизации управления интернет-приложениями и серверами. За прошедшие 20 лет компания несколько раз меняла владельцев. Последняя продажа состоялась в 2019-м за сумму, превышающую 1,6 миллиарда долларов. Сегодня «Плеск» занимает 98 % рынка автоматизации серверов и является самой популярной системой управления хостинговыми платформами в мире.

ООО «Хобби Центр»

Дата основания:

Сентябрь 2001 года, Россия

Отрасль/Индустрия: Розничная и оптовая торговля радиоуправляемыми моделями.

Сайт: www.hobbycenter.ru

На данный момент «Хобби Центр» является самым известным брендом в области радиоуправляемой техники в России. Компания первой официально закрепила за собой эксклюзивные права на лидирующие японские бренды − Kyosho, OS Engines, Futaba.

Innalabs Ltd.

Дата основания:

Июнь 2011 года, Ирландия

Отрасль/Индустрия: Точное приборостроение/Системы навигации.

Сайт: www.Innalabs.com

Компания Innalabs разрабатывает и производит гироскопы, акселерометры, навигационные системы и системы стабилизации мирового уровня. Клиентами Innalabs являются такие компании, как: Google, SpaceX, NASA, ESA, Airbus, Boeing, Thalles, SAAB и огромное множество других. Компания Innalabs сделала Ирландию восьмой страной в мире, самостоятельно производящей системы навигации.

ООО «Арипикс»

Дата основания:

Июль 2018 года

Отрасль/Индустрия:

Робототехника.

Сайт: www.aripix.com

Роботы компании «Арипикс» нацелены на замену «самого дешевого работника» на любом производстве. Продукция компании применяется в промышленности, производстве пищевых продуктов, переработке мусора и т. д. Компания прошла путь от идеи до запуска первой коммерческой инсталяции менее чем за 18 месяцев. В 2021 году Арипикс выходит на зарубежные рынки, в частности на рынок Китая.

АО 8 «Вершин»

Дата основания:

Октябрь 2019 года

Отрасль/Индустрия: Производство минеральной воды.

Сайт: www.eightpeaks.ru

Компания «8 Вершин» выпускает линейки воды со всех восьми горных регионах страны, что позволяет дать потребителю разнообразие выбора и возможность производить продукцию близко к потенциальному потребителю. Экспорт продукции является приоритетом для компании. За период менее 12 месяцев компания запустила продажи в России, Китае и Саудовской Аравии.

Для мыслей

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________

______________________________________________________